Рождение Героя и сумасшедшие ублюдки

'Кейл' не знает, что сказать. Его глаза глупо хлопают, пока рот то открывается, то закрывается. Он переводит озадаченный взгляд на недовольного отца, затем снова на стоящего перед ним 'Героя Роана'. — Эм, отец? — все же решается хоть что-то сказать юноша, пока граф нервно дёргает скулами на лице. — Это…что? — Как видишь, это Мастер Меча, сынок, — цедит Дерут, удерживая себя, чтобы сейчас же не вышвырнуть данного человека из своего дома, но лежащее в кабинете письмо с королевской печатью, увы, этого сделать не позволяет. — Это я вижу, но почему он выглядит… — Кейл снова поднимает глаза на корейца, пытаясь понять, спит он и ему снится кошмар, или это глюк его уставшего мозга. — Так..? 'Чхве Хан' неловко поджимает губы, пока по щекам расползается румянец. Его обычная чёрная форма рыцаря была заменена на строгий мундир расшитый серебряной и чёрной ниткой, и с пуговицами из белого золота. На плечах лежал такой же как сам костюм, чёрный плащ, а руки обтянули мягкими белыми перчатками. Волосы, впервые, были аккуратно уложены назад, а на поясе не свисал меч. Он выглядел очень дорого и так, словно заявился на банкет к кронпринцу, а не в резиденцию графа. И хоть поза у героя была уверенной, нервно дергающийся кадык и краснота щёк полностью выдавали его волнение. — Приветствую молодого Господина Кейла, — слегка хрипло выдыхает Хан, склоняя голову и окончательно выбивая мысли и любые слова у аристократа напротив. Кейл смотрит на него, как на то, что вообще не должно существовать в этом мире, заставляя мечника чувствовать себя очень глупо. Особенно от того, что юноша перед ним выглядит слишком… Домашним. Белая рубашка с высоким воротником расстегнута до середины груди, а нежная ткань вообще выглядит полупрозрачной. Широкие рукава терялись в тяжёлом халате светло-зеленого цвета, что висел на локтях юноши, а высокие черные брюки затягивал на узкой талии широкий такого же зелёного оттенка тканевый пояс. На шее свисала парочка украшений, а в руке все ещё удерживался увесистый том книги. Юный Господин дома Хенитьюз уж точно не ждал гостей, а это значит, не притащи 'Хан' по совету принца ещё одно утвержденное им же письмо, к графскому сыну его бы не пустили. Как низко. Проходит долгая минута тишины, когда они оба разглядывают друг друга, прежде чем красноволосый неожиданно сгибается пополам, а его плечи дёргаются. — Сынок.! — уже кидается к нему граф, но одергивает сам себя, когда по коридору разносится заливистый смех. Кейл громко смеётся, закидывая голову и хватается за дверь, чтобы не упасть. Звонкий смех становится только громче, когда красно-карие глаза сталкиваются с непонимающим лицом корейца. — Т-т-ты че напялил на себя, герой? — сквозь хохот выдавливает юноша, вытирая слезинки в глазах, но снова смеётся, ещё раз посмотрев на этого человека. — Лимонад мне в зад, какой ужас! Ты как корова с седлом в этом! Он снова хохочет, когда тонкие руки резко обвивают узкую талию, а возле смеющегося парня появляется девочка с каштановыми волосами и большими голубыми глазами. — Старший братец, ты скоро? — спрашивает юная леди Хенитьюз, на что Кейл все ещё смеясь, гладит её по голове свободной от книги рукой. — Что тебя так рассмешило? — Наш дорогой гость, Лили, — кивает Хенитьюз. — Твой любимый Мастер Меча, поздоровайся и запомни тот миг, когда видишь героя в этом тряпичном ужасе. Дерут, что замер в неверии от этого искреннего смеха и ещё больше от наличия в комнате старшего ребёнка своей дочери, дёргается и поднимает взгляд на Мастера меча, уже готовясь угомонить того от попытки ударить Кейла, но сам теряется ещё больше. На губах мечника играет слегка неловкая улыбка, а чёрные глаза блестят от какого-то облегчения. — Кто бы знал, что это так Вас развеселит, — выдыхает Хан, все ещё держа формальный тон. Конечно, не такой реакции он ожидал, но она намного лучше надуманного презрения и холода в чужом взгляде. — Приветствую, юная леди Хенитьюз. Девочка, что замерла возле красноволосого, удивлённо хлопает глазами, а потом плотнее прижимается к боку брата, пряча лицо в ткани халата. — Было бы под рукой записывающее устройство, я бы точно сохранил этот кошмар на память, — с ухмылкой фыркает 'Кейл', прислоняясь к косяку двери, продолжая поглаживать ребёнка по голове. — Чем обязан Вашему визиту, Мастер меча Чхве Хан? Хан скашивает глаза на графа и тот сразу расправляет плечи, прочищая горло. О реакции сына, и в целом ситуации он может подумать позже. — Из дворца пришло несколько писем с запросом на официальный визит, — говорит Дерут, привлекая внимание красноволосого. — Я ничего не делал и сидел в комнате, — быстро реагирует тот, заставляя мечника усмехнуться. — Да, братик помогал мне с уроками! — сразу кивает Лили, но поймав улыбку мечника, снова отворачивается. Он правда так ужасно выглядит в этом костюме? Неужели принц нагло поиздевался над ним? — Я не об этом, — выдыхает граф. — Официальный визит был направлен на встречу с тобой. Кейл поднимает бровь и тыкает на себя пальцем. Дерут повторной кивает. — Я отклонил все письма, — говорит он, отчего Хенитьюз слегка хмурится. — С каких пор моя почта стала твоей? — спрашивает он, на что Дерут вскидывает подбородок. — Я хозяин этого места, а также твой отец, поэтому все официальные письма проверяются мной, — достаточно строго говорит он, на что Кейл закатывает глаза. — Но сказать ты мог. — Я и сказал прямо сейчас. Они упрямо смотрят друг на друга, и Хан не может не заметить эту схожесть раздраженных взглядов. Он неловко откашливается, поэтому граф сразу продолжает. — Сегодня утром пришло письмо заверенное королевской печатью, поэтому отменить визит я уже не мог, — продолжает он. — И хоть я и не думал, что сэр Чхве Хан приедет так скоро, но встреча официально заверена, поэтому мы здесь. — Ясно, — кивает Кейл и вновь переводит взгляд на корейца. — Так ты из-за этого как на парад припёрся? Хан молча кивает, заставляя 'Хенитьюза' фыркнуть смешком и спокойно перевести взгляд на свою комнату, залитую солнечным светом. Он выдыхает и взъерошивает волосы девочки рукой, отчего она вскидывает лукавый голубой взгляд. — Закончим позже, — кивает Кейл, со спокойным выражением лица. — У меня, оказывается, встреча с представителем Наследного принца. — Как невежливо встречать почётных гостей в халате, братик, — улыбается девочка, на что парень пожимает плечами. — Меня никто не предупредил, это раз, — кидает шпильку в сторону отца Кейл. — И я трезв — это два. Разве этого уже недостаточно для хорошего тона беседы? Девочка качает головой и притворно тяжело вздыхает. — Неуважительный старший брат. — Приставучая младшая сестра. Они обмениваются взглядами, когда Лили довольно улыбается и вновь сильно его обнимает, под удивлённый взгляд графа и выбитый из лёгких воздух юноши. — Ты обещал, — хмурится она. — Я помню. Она снова кивает и посмотрев на 'Чхве Хана' слегка склоняется в реверансе. — Лили Хенитьюз приветствует Мастера меча. Хан чуть склоняет голову на уважительный тон и девочка, кивнув в ответ, выходит из комнаты юноши, становясь возле отца. — Заходи, поболтаем, раз уж все так официально, — кивает уже спокойнее Кейл, и проходит в комнату, даже не обернувшись на гостя. Дерут тяжело выдыхает на это вернувшееся безразличное поведение. Сейчас Кейл не должен был вести себя так с мечником, ведь тот официально приехал из дворца, как представитель принца и Короны. Это было, мягко говоря, неуважением. — Сэр Чхве Хан, я… — Спасибо, что проводили, граф, — спокойно перебивает Хан. — Леди Лили, рад был Вас увидеть. Он уже проходит в комнату, желая закрыть дверь, когда Дерут хватается за ручку. — Я мог бы помочь с ведением диалога… — начинает он, но Кейл, уже сидя на диване, отмахивается. — Всё в порядке, отец, можешь идти, я все решу. — Но… — Ваша Светлость, я желаю поговорить с Мастером Кейлом наедине, поэтому позвольте, — мило улыбается Чхве Хан, но по спине графа пробегают мурашки от холода голоса. Ну кем возомнил себя этот мечник? Заявился в его дом, требует встречи с его сыном, выгоняет его из покоев! — Хоть один волосок, сэр Чхве Хан.! — хмурится мужчина, но его сразу окликивает раздраженный голос. — Граф Дерут Хенитьюз, сэр, идите, я сам разберусь с делами, которые ко мне имеет Мастер меча, — хмуро перебивает Кейл, резко перейдя на официальный тон, отчего Дерут все же сдаётся. Злить обоих взрывных на характер молодых людей ему уж точно не хотелось. Двери тихо закрываются, оставляя их наедине. Кейл выдыхает и откидывает голову на диван, а Хан уставше опускается напротив. — Как же все это тяжело, — выдыхает мечник, проводя рукой по лицу. — Этикет то ещё дерьмо, — соглашается красноволосый, массируя переносицу. — Да чихать на этикет, я про твоего отца, — ворчит Мастер меча, вспоминая, как они десять минут стояли на улице обмениваясь «любезностями», пока его все же не согласились пустить. — Его упрямство просто поразительно! Он отправлял все письма обратно, так ещё и просил его не беспокоить! Кореец разводит руками и недовольно кривится, пока Кейл заинтересовано выпрямляется. — Так по какому ты делу? Что-то произошло? Кейлу нужна помощь? Почему сам тогда не пришёл? Вопросы появляются один за другим, пока мечник не тормозит юношу поднятием руки. — Ничего не произошло, — кивает он, отчего брови 'Хенитьюза' поднимаются. — Тогда... Зачем ты здесь? Хан вздрагивает, а по лицу снова расползается румянец. — Я… Хотел увидеться с тобой. Он сглатывает, смотря в глаза напротив и видя удивление на красивом лице. — Со мной? — Да. — Просто так? Без причины? — Да. Всё больше вопросов начинает появляться, но Кейл не решается задать их все, тщательно фильтруя мысленный поток. — Это приказ принца? — пробует он, зная, что 'Кроссман' заинтересован в поддержке, а от дома Хенитьюз тем более. — Нет, — качает головой мечник. — Это попытка наладить отношения с Хенитьюзами? — никак не может угомониться юноша. — Нет, — снова отрицательно отвечает Хан. — Тогда… Зачем? — вновь вернулся к своему первому вопросу красноволосый. В глазах застыл тот самый интерес. Впервые за долгое время кто-то искал встречи с ним. — Просто. Захотел. Шестерёнки в голове начинают медленно крутиться, пытаясь выстроить логичную цепь, пока красно-карий взгляд изучающе бегает по лицу корейца. — Я не понимаю, — честно отвечает юноша. Солнце ярко светит из окна, затапливая комнату золотым приятным теплом. Они молчат, каждый думая о своём. — Ты… Сказал, что больше не хочешь меня встречать, — выдыхает Хан, собравшись с мыслями и также наблюдая за реакцией аристократа. — И что шансов больше не дашь, но… Мне… Он опускает голову, чтобы этот человек не видел его горящего пожаром лица. — Давай просто начнём с начала? — достаточно тихо выпаливает мечник. Сейчас впервые эта затея кажется ему идиотской. Заявился вот так в чужой дом и снова надоедает. — Нет. И ответ юноши это также подтверждает. Где-то внутри все сжимается. — Мне жаль… — Да ты, черт, издеваешься? — чуть громче, чем надо, спрашивает Кейл, и сам одергивает себя за лишнюю эмоциональность. — И как ты предлагаешь «начать с начала»? Руки друг другу пожать: «О, здравствуйте, я — Кейл Хенитьюз, а вы»?! Ты в своём уме вообще! 'Хан' знает, что это бред, но он правда хочет… Все вернуть. А лучше, начать с начала и снова открывать этого человека с разных сторон. Каждый вечер спокойно разговаривать, переругиваться, ворчать, да без разницы! Просто чувствовать себя…спокойно. — Я знаю, ты злишься, и у тебя есть для этого всего причины, но я… — Да какая тебе разница, что я там чувствую и отчего злюсь? — закатывает глаза красноволосый. — Это закрытая история, мы все решили в то же утро. — Не решили! Кейл цокает языком и трёт висок. — Если ты пришёл мотать мои нервы, лучше уйди, без тебя сыт по горло. Мозги хватает, чем занять. Но Чхве Хан сводит челюсть. Уйти? После того, как он почти 2 недели каждый день по несколько раз слал графу письма с просьбой разрешить эту встречу?! После того, как он вместе с другим Хенитьюзом учил чёртов этикет и правила по ведению себя с дворянами, лишь бы его приняли всерьёз?! После того, как он получил десятки отказов и даже пошёл на то, чтобы попросить помощи у Альберу Кроссмана для заверения письма королевской печатью?! После всех этих походов по магазинам с тем же Кроссманом, что терпеливо подбирал костюм и давал чёткие инструкции как себя вести, что делать и как производить положительное впечатление?! Уйти после всех унижений, что он испытал, когда Наследный принц позвал своих стилистов и те все утро наряжали его как куклу?! Уйти, после двухнедельной душевной пустоты и самобичевания?! После дурацких поисков этого человека в замке, в городе, в кабаках и ресторанах?! Ни за что. Он шёл сюда, ожидая, что его выгонят, ожидая, что даже слушать не станут, но вот он сидит здесь, разговаривает с тем, кого так хотел увидеть и кого так сильно обидел… Он не настолько идиот, чтобы отнимать у себя этот, возможно, последний шанс. — Ты не появлялся две недели, — выдыхает Хан, чувствуя, как закипает скопившееся за это время раздражение. — Две, чёртовы, недели! Тебя невозможно увидеть на улице, в баре, во дворце! К тебе нереально попасть без разрешения графа! Я знаю, что ты есть, но увидеть не могу! Что за чертовщина?! — Так и устроен высший свет, — спокойно разводит руками Хенитьюз. — Влезать в окно когда тебе угодно - не работает! — Чёртово окно! Чёртовы слуги, что сдали все твоему отцу! — он прищелкивает языком и пытается успокоиться. — Дело даже не в этом, а в том, что я не могу узнать совершенно ничего о тебе! Ни как твои дела, ни когда ты придешь, ни когда мы пересечёмся, ничего! Я будто с ума схожу! Это то, о чем 'Чхве Хан' не мог перестать думать. О том, что в один день он проснётся и никакого Кейла Хенитьюза не будет существовать. О том, что он раствориться и Хан никогда не узнает, что произошло. — Какая к черту тебе разница? — выдыхает юноша. — Какая разница как мои дела и когда мы увидимся? Это бесполезная информация. «Дурак! Ты дурак!» — вот что хочется кричать Мастеру меча. Потому что ему не все равно, сколько бы он себя не убеждал. — Да не могу я так! — рявкает мечник, вскидывая голову. Лицо 'Хенитьюза' удивлённо вытягивается, а глаза дрогают. У героя Роана будто температура поднялась. Щеки и шея покрылись красными пятнами, а по виску стекал пот. В комнате Кейла не было жарко, ведь все окна были открыты и ветер гулял по покоям, остужая его больную голову. Да и Лили требовался свежий воздух во время занятий. — Не могу я так, Кейл, — выдыхает мечник и массирует переносицу, сам не заметив, как впервые так назвал имя этого человека. Хенитьюз от собственного имени от Героя Роана вздрогнул, покрываясь мурашками. Так уставше и искренне…будто правда волновался. Так похоже на тот раз, когда Чхве Хан говорил, что пошёл на аукцион чтобы прикрыть. Помочь, если потребуется. Кейл так много думал над теми словами, но просто не мог заставить себя поверить ему. Нет, не тому, кто не доверял ему в ответ. Да, они никто. Далеко не близкие, чтобы он так к нему обращался и говорил что-то таким тоном. Это было… Слишком странно. Смущающе. Глупо обнадеживающе. Повисла тишина. Чхве Хан уже хочет подняться и уйти, извинившись за свое поведение и пообещать больше не трогать графского сына, как тот и просил, когда чувствует прикосновение к шее и резко дёргается назад, ударяясь о позолоченный бортик дивана головой. Кейл стоит одной рукой уперевшись о столик между ними, а другую так и задержав в воздухе, пока его глаза пару раз вопросительно хлопают. Уши аристократа слегка розовеют, когда он одергивает руку к собственной груди, отчего чёрные глаза метнулись туда же. Свободная домашняя рубашка, что и так была до неприличного расстегнута, да ещё и почти прозрачна, сползла ниже открывая Хану вид на часть тощеватой белой груди. Будто что-то поняв в шокированном взгляде мечника, Кейл неловко откашлялся и выпрямился. — У тебя воротник затянут сильно, я лишь хотел убрать пуговицу, чтобы дышать было легче, — говорит он, возвращаясь на место и отводя взгляд на окно. — А. Спасибо, — лапочет герой, расстегивая верхние пуговицы душащей одежды. Он не мог одернуть воротник, думая, что это было бы слишком бескультурно, но раз Хенитьюз посоветовал, значит все нормально. Воздуха действительно становится больше, но лицо от этого краснеть не перестаёт. — Я не хочу начинать сначала, — продолжает юноша, решив все же закончить этот неловкий для них обоих разговор. — И я тебе уже говорил, что друзьями мы не станем, как бы тебе это не внушали твои другие товарищи. Солнечный свет, что красиво озарял комнату, падал на спокойное лицо. — Но мы оба понимаем, что нам нужно сотрудничать, если хотим добиться успехов, — продолжает Кейл. — И что и тебе, и Наследному принцу и мне, необходимо будет видеться и лучше оставить все личные конфликты ради общей цели. Он выдыхает, все ещё не зная, как реагировать на те слова Хана, но решает, что лучше сделать вид, что он ничего не слышал. Нужно со всем разобраться постепенно. — Я также хочу только мира для себя, своей семьи и этого континента, — уже серьёзно говорит юноша, повернувшись к Мастеру меча и прямо посмотрев в темные глаза. — И ради этого запихать свои эмоции куда подальше для меня труда не составит. Хан плавно кивает, пытаясь понять к чему ведёт красноволосый. Перед глазами все ещё стоит удивлённый, окружённый светом солнца, слегка смущенный юный дворянин, поэтому слова доходят крайне тяжело. — Я предлагаю сотрудничество, — кивает Кейл. — И больше ничего. Никаких ненужных встреч, никаких разговоров без поводов, никакой слежки и тому подобного. Просто деловое партнерство. — Как с Билосом? — спрашивает Хан. — Именно так, — отвечает юноша. — Чтобы впредь не повторялось… То что было. Будем использовать друг друга для достижения цели. Мастер меча слегка непонимающе смотрит на красноволосого перед собой. Он же не имел этого в виду, тогда почему Кейл предлагает только партнерство? — А если… — Без если. Либо мы договариваемся работать вместе, либо я выхожу из игры и действую так, как считаю нужным. Это предложение выгодно и вам и мне. 'Чхве Хан' снова молча смотрит на него, взвешивая все в своей голове. — Ты снова начнёшь посещать дворец и собрания? — спрашивает он. — Вероятно, но не часто, — кивает Кейл. — И мне не придётся писать письма для официального приёма? — продолжает Мастер меча, вызывая смешок у красноволосого. — Увы, этикет для всех одинаков, — пожимает плечами юноша. Хан только фыркает, но поднимается и протягивает Хенитьюзу руку. — Лучше, чем ничего, — кивает он, прежде, чем худая, но крепкая ладонь сжимает его. — Рад, что мы пришли к соглашению, — слегка улыбается 'Кейл', и косится на дверь. — Мой отец все ещё стоит в коридоре? Он спрашивает это тише, явно не желая быть услышанным. Хан на секунду удивлённо поднимает брови, прежде чем выдохнуть с улыбкой. — Отвёл юную леди Лили и вернулся к двери покоев со стражей, — также чуть тише сообщает он. Кейл фыркает и закатывает глаза. — У тебя есть время? — ещё сильнее понизив голос, тянет красноволосый все ещё смотря на дверь. — А что? — Если мы теперь партнёры, то должны действовать сообща, — кивает юноша. — Поэтому задержись на пару часов. Хан шокировано раскрывает глаз, переводя взгляд с двери на Кейла и обратно. — А как же твои слова о запрете «ненужных» разговоров? — с ухмылкой спрашивает мечник, получая поднятую бровь. — Будем считать, что это исключение ради высшей цели, — хмыкает 'Хенитьюз', идя к шкафчику с вином. — С каких пор издевательство над графом приравнялось к «высшей цели»? — продолжает усмехаться 'Хан'. — Имеешь что-то против? — спрашивает юноша, открывая бутылку и разливая по двум бокалам красную жидкость. — Ни в коем случае, — улыбается Мастер меча, принимая порцию алкоголя из белых рук. — Будем считать, это проучением за потрепанные нервы. — Чтение моей почты, а также возможного подслушивания разговоров с должностным лицом Короны, — заговорщически с улыбкой шепчет Кейл, протягивая бокал. Звон чистого стекла разносится по комнате приятным звуком, заставляя двух совершенно разных людей улыбнуться друг другу хитрыми улыбками. — Это одноразовая акция, Герой, не обольщайся, — тянет юноша, вновь вальяжно располагаясь на диване. — Разумеется, — кивает мечник, отпивая вино. — Так и чем же мы пару часов будем заниматься? Кейл задумчиво смотрит за окно, прежде, чем хитро улыбнуться. — Сумеешь незаметно снять решётки? Хан лишь с улыбкой отпивает вино. Да, с этим парнем, как обычно, не соскучишься.

***

Он покидает комнату Кейла только ближе к вечеру. Голову немного кружит от количества вина, что они пили в комнате аристократа, пока осторожно снимали с решеток магию отслеживания, а потом ставили заглушки для более лёгкого проникновения. Сначала было все ещё неловко, но после первой бутылки, общение пошло легче. Кейл, казалось, не злился за все, что произошло, но тему Билоса и вообще чего-то связанного с мечником и им самим не поднимал. Узнавал о делах, о состоянии другого Хенитьюза, о команде и детях. Хан в ответ спрашивал о его сестре, на что юноша проворчал, что она маленькая пиявка, что решила поднимать ему настроение своим присутствием. Это показалось Чхве Хану действительно милым, но поднятая красная бровь, говорила ему не нести чуши. Кейл также дал ему магический камень для срочной связи — проще говоря, когда кому-то из них есть, что сказать или чем поделиться, вместо того, чтобы неделю пытаться добиться ответа на приём от графа, они будут отправлять сигнал через свет согревающего камня. Достаточно было просто растереть небольшой рубин в руках и другой, связанный с ним, нагреется и засветится. После этого у них есть 15 минут на то, чтобы встретиться во дворце или подать сигнал для встречи в другом месте. Это было удобно. И это определённо нравилось Чхве Хану, когда он шёл по коридору дворца Наследного принца, мыча под нос какую-то мелодию. Он неожиданно слышит заливистый смех из одного из кабинетов и решает заглянуть, наблюдая просто поразительную картину: Альберу Кроссман другого мира и Розалин пьют развалившись на диване. Наследник престола смотрит на уже подпитую девушку снисходительно, с улыбкой и теплотой, отчего Чхве Хан удивленно моргает. Так это… Настоящий взгляд принца? И смотрит он так не только на Хенитьюза, как казалось мечнику за эту неделю часто видевшего обоих названных братьев? Кроссман медленно поворачивается на его пристальный взгляд и просто кивает. — 'Чхве Хан', как прошло? — спрашивает он, прерывая трель девушки, что сразу оборачивается к нему и улыбается. — Вау, ты куда такой красивый ходил? — тянет она. Хан удивленно моргает, а потом выдыхает. Его уставший и слегка пьяный мозг не видит смысла отказывать в общении со старшими товарищами, поэтому он проходит в комнату и идёт к дивану с магессой. — Добрый вечер, Ваше Высочество, — кивает он. — И Розалин. — Добрый, добрый, — отмахивается девушка, похлопав по месту рядом с собой и улыбнувшись. — Ну так? — Был в резиденции графа Хенитьюз, — отвечает ей он, на что Розалин вытягивает лицо, а потом залпом допивает вино из бокала и подпирает щеку рукой. — И зачем? — тянет она, на что Альберу фыркает с ухмылкой, пригубляя вино. Его расспрос был закончен минут сорок назад, настало время мечника, на которого Кроссман успел пожаловаться рыжей бестии. Хан неловко чешет щеку. — Встречался с юным Господином Кейлом, — честно отвечает он. — Нам нужно было уладить все разногласия. — И как? — спрашивает Кроссман, расслаблено болтая красную жидкость в бокале. Мечник смущённо улыбается, но кивает. — Хорошо, — говорит он, чувствуя, как внутри становится тепло, а тело, наконец, расслабляется. — Более чем. Мы договорились сотрудничать и в целом…неплохо поговорили. Розалин блестит глазами, кидает взгляд на Кроссмана и поймав его улыбку, снова смотрит на Чхве Хана. — Больше не делай глупостей, — кивает наследный принц. — И вы поладите. — Спасибо Вам, — уверено кивает Хан. — Правда. Вы очень помогли. Альберу поднимает брови, а потом фыркает, вставая и принося ещё один бокал. Он наполняет его вином и протягивает мечнику, что неуверенно берет очередную порцию алкоголя. — Я думаю, мы как-то неправильно начали, — кивает Кроссман, на что Чхве Хан кивает. — Надеюсь, теперь, все пойдёт лучше. — Да, Ваше Высочество, — улыбается мечник. Все же, Альберу Кроссман носился эти пару дней с ним ничуть не меньше, чем другой Хенитьюз. И действительно помог. — Ох, боже, Ваше Высочество, вы невероятны, — тянет Розалин и поднимает бокал, чокаясь с ними двумя и хитро улыбаясь. — Это лучше любого романа! — Что? — не понимает Мастер меча, на что девушка лишь хихикает. — Все в порядке, малыш Хан, я просто рада за вас, — кивает она. — Мастер Кейл хоть и сложный, но невероятный человек. Вы точно найдете общий язык! Она щурит свои красные глаза и Чхве Хан уверен, что чего-то не до конца понимает, но он лишь улыбается. — Я очень надеюсь. — А теперь рассказывай, как там наш молодой Мастер! — более эмоционально тянет девушка, обновляя всем напитки. — И ничего не скрывай! Я сегодня жуткая сплетница! Да, Ваше Высочество? Кроссман ничего не отвечает, продолжая тянуть вино и наслаждаясь пыткой, что эта несносная женщина устроила мечнику. Что ж, этот день не так уж плох. Где-то, в разных уголках столицы королевства Роан, одновременно чихнули два красноволосых юноши. «Я все же простудился?» «Какого черта?» Хорошо, что они не знали, чем заняты некоторые личности.