Not normal

В 886 году пятьдесят четыре клана, называемые «Признанными кланами», потому что они признавали права друг друга на свои семьи и земли, образовали Визенгамот. По сути, это был совет из пятидесяти четырех глав кланов, которому было поручено принимать законы, применимые ко всем кланам и волшебникам, решать как один орган все споры между кланами и иметь дело со всеми королевствами магглов и их правителями от имени всех кланов. Соблюдение законов внутри самих кланов оставалось обязанностью каждого главы клана. Аналогичным образом, глава клана мог издавать свои собственные законы, которые применялись только к членам его клана, и применять эти законы так, как он считал нужным. Раньше они могли применять свои законы против любого мага, ступившего на их территорию. Часто эти законы клана были установлены таким образом, чтобы обманом заставить неклановых магов нарушить их, например, когда закон клана гласил, что пить эль запрещено в нечетное время, которое было понятно только для членов клана. С созданием Визенгамота законы клана применялись только к клану и не могли применяться против других ведьм и волшебников, но любой глава клана мог применять закон Визенгамота против любой ведьмы или волшебника на своих землях. Сегодняшний Визенгамот сохранил пятьдесят четыре наследственных места. Девятнадцать из них принадлежат Древним Домам, каждый из которых управляется непрерывной линией Глав Домов волшебников с момента основания Визенгамота. Двадцать три места принадлежат Древним Родам, которые являются прямыми потомками одного из первых Глав Клана, но место перешло по крайней мере к одной, а часто и к нескольким дочерям-ведьмам, где не было выжившего наследника–волшебника. На остальных двенадцати местах Дома либо полностью вымерли, оставшись без магии, либо они просто оставляли Визенгамот. Эти места теперь занимают меньшие семьи, и всякий раз, когда Древний Дом или Древняя Линия подходит к концу, Визенгамот должен найти замену среди старейших Родов, которые остались, но не имеют постоянного места. Визенгамот был предшественником сегодняшнего Министерства магии. Он начал централизовывать определенные функции сразу же после нормандского вторжения в Англию в 1066 году. Во время когда нормандские магглы завоевали Англию, они совсем зациклились на ней и даже не пытались иметь дело с Ирландией, Уэльсом или Шотландией. Визенгамот и кланы же были из этих мест и смогли объединить своих бойцов, чтобы сокрушить нормандских волшебников и заставить их подчиниться Визенгамоту, обязуя их, чтобы любой нормандский маггловский лорд, включая короля, у которого был магический советник, имел также советника, поклявшегося защищать интересы Визенгамота и, соответственно, волшебные народы Британии. Но теперь возникла необходимость в постоянном непрерывном решении задач, а не только во время заседаний Визенгамота в полном составе. Поэтому они создали Постоянные комитеты, которые управляли повседневными делами волшебной страны. Со временем появились: Постоянный комитет по делам варваров, который занимался магглами и любыми магическими правительствами по ту сторону Ла-Манша, а также вопросами магической торговли за пределами Британии; Постоянный магический комитет по обороне, который организовал кланы, чтобы не пускать иностранных волшебников и следил за тем, чтобы в Хогвартсе преподавали магию, в которой они нуждались для защиты островов; Постоянный комитет юстиции, который содержал магическую полицию, предшественницу современного Департамента магического правопорядка; Совет по образованию и Постоянный комитет по доходам и налогообложению. Каждый из этих Комитетов и те, которые со временем последуют за ними, такие как Комитет по опасным магическим зверям и Комитет по регулированию Магического транспорта, возглавлял наследственный член Визенгамота, даже если большая часть их персонала была «простолюдинами». Все они подчинялись непосредственно Визенгамоту, поскольку не было центрального главы, отвечающего за все различные комитеты. Во время правления короля Англии Джона (1199 — 1216) Визенгамот завершил свой почти полный развод с маггловским миром. Будущие короли и королевы, а позже и премьер-министры будут иметь контакт с Магической Британией, но это был только консультативный характер. Они обнаружили, что больше не могут управлять своими волшебными жителями, что означало, что они больше не могли взимать с них налоги или призывать их сражаться за них, что, в конце концов, было главной проблемой, которую маги (и большинство маггловских баронов) имели с королем Джоном. Единственным изменением в магическом мире — помимо того, что больше не нужно отчитываться перед магловскими лордами или сборщиками налогов — было добавление двадцати семи «временных» мест в Визенгамоте. Эти места предоставлялись по предварительной записи и не передавались по наследству. Единственным требованием для получения места было доказательство того, что человек происходил из семьи, маггловской или магической, которая жила в Британии до 1066 года. Похоже, британские Маги не хотели иметь ничего общего с чем-либо французского происхождения. Когда временный член выходит на пенсию или умирает, место становится вакантным, и назначается новый член, независимо от его или ее отношения к предыдущему владельцу места. С момента создания «временных» мест, несколько магглорожденных занимали их, хотя ни одного не было за последние 150 лет. Но ни один человек французского происхождения по своей основной линии Рода никогда не был назначен на место в Визенгамоте. Добби объяснил, что это был главный фактор, который давил на его бывшую семью. Малфои были французским эквивалентом Древнего и Благородного Дома во Франции до 1789 года, и эта линия остается таковой по сей день. Но революция, охватившая маггловскую Францию, также охватила и магическую Францию, хотя и по другим причинам. Магический эквивалент хотел положить конец монополии на власть, которой обладали Древние и Благородные Рода, и системным репрессиям магглорожденных. Дом Малфоев разделился по этому вопросу: глава Дома поддержал революцию, а некоторые из его младших сыновей, которые, как они думали, потеряют все, что у них было, если революция увенчается успехом, выступили против нее. Они были вынуждены вообще покинуть Францию, и пятикратный прадед Драко обосновался в Великобритании. В то время как Британия была более чем готова принять утверждения Гринготтса о том, что Генри Малфой и его жена были «чистокровными», британским законодательством, им было отказано в каких-либо правах, связанных с древним происхождением. По сути, они были просто выше магглорожденных в социальной иерархии, что всегда, мягко говоря, раздражало их, и им было суждено оставаться такими в течение нескольких поколений, если бы только сын Дома Малфоев не женился на девушке из правильного Рода. Отец Драко стал этим сыном. Это стоило семье Малфоев небольшого состояния, но Люциус женился на дочери из побочной линии Древнего и Благородного Дома Блэков. Это был единственный способ, которым любой «французский выскочка» мог надеяться жениться на представительнице правильной семьи, если только им не повезет и они не найдут себе пару по любви, но, будучи чистокровными сторонниками превосходства, какими они были, они не собирались рисковать тем, что кто-то из их детей женится на не чистокровной. У первых четырех поколений Малфоев британского происхождения не было иного выбора, кроме как искать невест из других французских чистокровных семей, бежавших от революции, поскольку в то время ни одна из «респектабельных» британских семей никогда не опустилась бы до того, чтобы позволить французскому узурпатору купить их наследие. Дедушке Драко тоже повезло, так сказать, и он женился на чистокровной британке, но она ни в коем случае не была из старого Рода и только что квалифицировалась как чистокровная по британским магическим обычаям, поскольку все ее родители, бабушки и дедушки, прадедушки и прапрапрадедушки были ведьмами и волшебниками. На самом деле предыдущее поколение было более чем наполовину маггловским, а ещё два поколения назад в ее родословной не было ни одной ведьмы или волшебника. Но этого было достаточно, если учесть еще и огромное количество золота, которое пришлось выложить, чтобы Люциус женился на младшей дочери побочной линии Древнего и Благородного Дома. — Почему это так важно, Добби? — Это важно, Гарри Поттер, сэр, потому что вы Наследник Древнего и Благородного Дома Поттеров. Гарри Поттер — это все, что осталось от этого Дома, и как Глава Дома и граф Хвичче, Гарри Поттер получит место в Визенгамоте, когда ему исполнится двадцать один год. Большинство мест имеют только один голос, но то, что вы являетесь главой Древнего Дома дает вам пять голосов, граф дает вам еще девять голосов. Графы получают девять, бароны — пять, а если будет виконт, то он получит семь. Герцог получает двенадцать голосов, но последними герцогами являются Эдвард, герцог Корнуоллский, и Ричард, герцог Йоркский, которые являются сыновьями короля и покидают мир магглов, только когда их отец умирает, потому что они тоже волшебники. — Но Гарри Поттер не просто глава Дома Поттеров, — сказал Добби. — Гарри Поттер также является возможным претендентом на титул Главы Древнего и Благородного Дома Блэков, если нынешний глава умрет, не оставив сына, который мог бы наследовать за ним. Малфои думают, что младший мальчик будет главой, потому что им сказали, что нынешний Глава должен быть отвергнут, а лучшего претендента нет. Они предполагали, что унаследуют титул после смерти последнего лорда Блэка, который умер в 1991 году. Но они узнали, что они не могут быть главой Дома и не получат места в Визенгамоте, потому что оставшийся в живых внук лорда Арктура Блэка не был изгнан из Дома Блэков, как они думали. Сириус — глава Дома сейчас, даже если он в тюрьме. Гарри Поттер является возможным наследником, потому что он ближайший из ныне живущих потомков Финеаса Найджелуса Блэка мужского пола, которого не дисквалифицировали за брак с магглами или сквибами, и чьи предки не были лишены наследства за предательство своего Дома. — Это также важно, потому что Добби знает, что Гарри Поттер интересуется, есть ли у него семья. Добби не знает о семье матери Гарри Поттера, за исключением мерзких магглов, но Добби знает о семье Джеймса Поттера. Хотя нет никаких родственников из Дома Поттеров, матерью Джеймса является Дорея Блэк, из Древнего и Благородного Дома Блэков, дочь Сигнуса Блэка, младшего брата лорда Сириуса Блэка, который является прадедом нынешнего лорда Сириуса, находящегося сейчас в тюрьме. Также есть куча кузенов из семьи бабушки Гарри Поттера. Гарри узнал, что его двоюродные братья его отца и племянницы и племянники его бабушки были живы. К ним относятся миссис Мира Додж и миссис Пенелопа Трэверс, которые, по словам Добби, вышли замуж за уже убитых на войне Пожирателей Смерти. Среди его троюродных братьев и сестер были: Сириус Блэк, находящийся в тюрьме; Пожирательница Смерти по имени Беллатрикс Лестрейндж, которая также была в тюрьме; ее сестры миссис Андромеда Тонкс и миссис Нарцисса Малфой; миссис Карла Яксли, которая также была замужем за Пожирателем Смерти, как и миссис Мойра Нотт; Пожиратель Смерти по имени Каратакус Трэверс и, как ни странно, мадам Амелия Боунс, которая была нынешним главой Отдела магического правопорядка. Среди детей его троюродных братьев были: Нимфадора Тонкс, закончившая Хогвартс годом ранее, Берт и Карл Яксли, которые работали в Министерстве магии, и их младшая сестра Фанни, которая в прошлом году училась на пятом курсе Равенкло, и, к большому разочарованию Гарри, два слизеринца — одногодки Драко Малфой и Теодор Нотт-младший. Среди троюродных братьев также были Хайрам Бэрк, который теперь был совладельцем магазина «Боргин и Бэрк», который покупал и продавал темные артефакты в Лютном переулке, Бартимиус Крауч, глава Департамента международного сотрудничества в Министерстве, и Билиус, Персиваль и Артур Уизли, который был отцом лучшего друга Гарри Рона. Было довольно много других таких кузенов, но это были те, кто выделялся. Естественно, в число его троюродных братьев и сестер также входят Рон, его братья и сестра. Он начал видеть в них семью, и оказалось, что в какой-то степени так оно и было. Но он также был удивлен, узнав, что профессор Снейп тоже его двоюродный брат. Его мать была внучкой Сириуса Блэка, который когда-то был главой Дома. Также выяснилось, что его мать была лишена наследства за то, что вышла замуж за маггла. Список его четвероюродных братьев также стал сюрпризом. Большинство из них были примерно его возраста или младше, список включал в себя ряд студентов Хогвартса, в том числе: Лизу Мэлоун, шестикурсницу Когтеврана; Кэти Белл, которая была на год старше Гарри и играла в команде Гарри по квиддичу, и ее младшего брата Джоша, учащегося на год младше в Хаффлпаффе; Адриана и Мариссу Блэк, и их двоюродных братьев Майкла и Сюзанну Блэк, все из которых учились на старших курсах либо в Хаффлпаффе, либо в Равенкло; Маркуса Флинта, капитана команды Слизерина; Седрика Диггори, играющего за Хаффлпафф, Роберту Марчбэнкс, учащуюся на несколько курсов впереди в Равенкло и ещё довольно много его собственных одноклассников. Помимо Рона, там были Сьюзен Боунс из Хаффлпаффа, Лиза Терпин из Равенкло, Теодор Нотт и Дафна Гринграсс из Слизерина и, к его удивлению, Дин Томас из Гриффиндора. Дин всегда говорил, что он магглорожденный, но Добби настаивал, что он произошел от главы Дома Блэков. Наконец, он увидел, что Луна тоже была его четвероюродной сестрой. Он задавался вопросом, почему, когда у него было так много родственников в волшебном мире, из всех людей он застрял именно у Дурслей. Он даже приходился Невиллу троюродным братом, поскольку его прадедушка женился на двоюродной бабушке Невилла. Все было бы лучше, чем Дурсли. И все это время он думал, что причина, по которой он был с ними, заключалась в том, что у него не было других родственников. Именно так ему сказали те, кто должен был знать лучше. Почему Рон не сказал ему, что они двоюродные братья? Почему этого не сделали некоторые другие? Возможно, Рон не знал, и, возможно, другие не знали. Но неужели вообще никто не знал? Гарри никак не мог понять причины.