Ошибки прошлого

      Роза считала дни, потом часы, а затем и минуты до возвращения в Хогвартс. Ей хотелось поблагодарить Драко, обнять Скорпа, рассказать маме, как папа ее защитил от Долохова. Поэтому, получив поцелуй от Молли, которая их провожала, Роза зашла в камин, тут же оказываясь в кабинете МакГонагалл, где за ней присоединились Гарри, Рон и Джинни.       — Елочные шарики, — уверенно сказал Рон, когда они добрались до Полной Дамы.       Дама была немного бледнее обычного и поморщилась от его громкого голоса.       — Нет, — сказала она.       — Что еще за «нет»?       — Пароль сменился, — ответила Полная Дама. — И не кричи, пожалуйста.       — Но нас здесь не было, откуда же нам…       — Гарри! Джинни! Шарлотта!       К ним торопливо приближалась раскрасневшаяся Гермиона, в плаще, шляпе и перчатках.       — Я уже часа два как вернулась, выходила… навестить Хагрида и Клю… то есть Махаона, — переводя дыхание, сказала она.       Да, мама врать умела плохо. Или же Розе так казалось, потому что она знала правду. Но она была уверена, что Гермиона встречалась ни с кем иным, как с Драко Малфоем и, возможно, передала ему «Феликс Фелицис».       — Рождество хорошо провели? — поспешила перевести тему Гермиона.       — Да, — тут же ответил Рон, — столько всего случилось…       — У меня для тебя кое-что есть, Гарри, — сказала Гермиона, не взглянув на Рона и словно даже не услышав его. — Да, постой-ка, пароль. Трезвенность.       — Вот именно, — отозвалась слабым голосом Полная Дама и повернулась, открыв дыру в портрете.       — Что это с ней? — спросила Роза.       — Судя по виду перебрала на Рождество, — округлив глаза, ответила Гермиона и первой вошла в уже заполненную учениками общую гостиную. — Выхлебала со своей приятельницей Виолеттой все вино, какое смогла найти на картине с пьянствующими монахами, той, что в коридоре Заклинаний. Как бы там ни было…       Она порылась в кармане и вытащила пергаментный свиток, передавая его Гарри.       — Гарри, я слышала, что… — начала Гермиона.       — Мой Бон-Бон! — из женских спален сбежала Лаванда, буквально повиснув на Роне, впиваясь в его губы страстным поцелуем.       — Вон там свободный стол, — лицо Гермионы стало каменным, особенно когда Рон с характерным звуком отлепил от себя Лаванду. — Шарлотта, Джинни, расскажете о нападении, об этом все газеты пишут…       — Мне нужно встретиться с Дином, — поджала губы Джинни, красноречиво посмотрев на нее, а Роза поняла, что Джинни готова попробовать отношения с Гарри, но для начала ей нужно завершить предыдущие.       — А мне с Луи, — тоже улыбнулась Роза.       Оставив Гарри и Гермиону вдвоем, зная, что им удастся обсудить все вечером в спальне, Роза направилась в подземелья. В отличие от гриффиндорской башни, пароль в гостиную Слизерина не изменился. Поэтому Роуз вошла в змеиное логово, направившись в спальню Скорпиуса. Как раз там были он и Драко, которые что-то обсуждали, обложившись амулетами, колбочками с зельями и пергаментами.       — Привет, — расплылась в улыбке Роза, точь-в-точь как Лаванда, бросившись на шею любимому. — Я так соскучилась по тебе.       — Я тоже, — Скорпиус поцеловал ее губы, опуская руки по спине все ниже, сжимая ее ягодицы.       — Кхм, — кашлянул Драко, смотря на них чуть нахмурившись.       Влюбленная парочка оторвалась друг от друга.       — Я вам не мешаю? — спросил Драко. — Могу выйти, только боюсь, что Нотт и Забини не будут столь благосклонны.       — Извини, — усмехнулся Скорпиус.       — Драко, спасибо тебе, — благодарно посмотрела на отца Скорпа Роза. — Если бы не твоя записка… Я и не знаю, что бы было. До сих пор никто не понимает, как они пробили защиту.       — Руфус Скримджер работает на Волан-де-Морта, — пояснил Драко. — Темный Лорд… В общем, он от Снейпа узнал, что Молли Уизли запретила закрывать дом от Перси, что он несмотря ни на что их сын и может прийти домой, это и его дом тоже. И когда Перси пришел с ним, то защита доверия ослабла, посчитав его тоже семьей, он и ввел Пожирателей.       — Вот гад, — выругалась Роза.       Скорпиус лишь сильнее приобнял ее за талию, целуя в висок.       — Надеюсь, что Волан-де-Морт не заподозрил тебя в срыве операции, — сказал Скорпиус, смотря на отца.       — Нет, он даже такой мысли не допустит, — усмехнулся Драко. — Он… доволен моими попытками. Хотя без окклюменции, которой обучил меня Снейп, он явно бы увидел лишнего. В том числе вас.       — Но Снейп же дал Непреложный Обет до нашего появления, поэтому если ты не убьешь Дамблдора, то убьет либо он, либо… умрет сам, — Роза впервые задумалась над тем, что далеко не всех им удастся спасти.       Драко кивнул. А Роза судорожно отматывала события истории назад. Почему они появились именно в сентябре 1996 года, а не в июне, чтобы спасти Сириуса, который погиб совсем несправедливо. Почему они не вернулись еще раньше, чтобы предотвратить возрождение Темного Лорда? Они же могли изменить прошлое так, что у Гарри были бы родители…       — Хотя Рождество было не из легких, — признался Драко. — Моя дорогая тетушка учила меня Круциатусу.       — Круциатус во время беременности… — прошептал Скорпиус. — Теперь понятно, почему Дельфи родилась такой.       — Дельфи, — вскликнула Роза, которая только сейчас поняла, что она должна вот-вот родиться.       — Она не должна родиться, — холодно сказал Скорпиус. — Даже твоя мать не смогла сделать из нее человека…       — Снейп об этом позаботится, — заверил их Драко.       Роза поначалу не обратила никакого внимания на то, что сказал Драко, но сейчас второй раз шла речь о том, будто он…       — Подожди, ты знаешь, кто мы? — ахнула Роза. — Но откуда, ты не мог…       — Не знаю, как поняла это Астория, хотя она слишком чуткая и очень внимательная к деталям, поэтому я не удивлен, — глаза Драко счастливо заблестели. — Но я понял все после зелья, наоборот столько времени не замечая очевидного. Вы на нас очень похожи. И мне кажется, что старик хотел, чтобы мы поняли, кто вы, поэтому не менял вашу внешность слишком сильно, и сразу видно, кто думает сердцем, а кто мозгом, раз не замечал очевидного.       — Ты знаешь, чья я дочь, но не против, что мы со… Скорпом вместе? — впервые произнесла настоящее имя своего парня Роза.       Драко усмехнулся и покачал головой. Поразительно, они действительно изменили будущее. И Драко как никогда прав, пока Гермиона будет думать мозгом, она так и не увидит, значит, ей нужно доказать экспериментально.       Ей очень хотелось бы уединиться со Скорпом, но нужно было исправлять ситуацию с родителями.       И сначала Роза решила открыться Рону.       — Можно тебя? — Роза грозно возвышалась над Роном, который сидел в кресле, а на его коленях сидела Лаванда.       — Не видишь, что мы заняты? — оскалилась Браун.       — Да, конечно, пошли, — тут же зашевелился Рон, выбираясь из объятий Лаванды. — Извини, у меня дело, до завтра.       Кажется, он был ей безумно благодарен, а главное ему было совершенно плевать, куда она его ведет. Роза сейчас была для Рона спасительницей. Роуз завела отца в пустой класс, наложив заклинание.       — У тебя что-то случилось? — обеспокоенно спросил Рон.       — Почему ты в самом начале защищал меня от подкатов Симуса? — спросила Роза.       — Что? — нахмурился Рон.       Он явно был очень растерян или вовсе забыл о том, что было несколько месяцев назад.       — Ты говорил Симусу, чтобы он не подходил ко мне, иначе будет иметь дело с тобой, — пояснила Роза. — Почему?       — Симус неплохой парень, друг, но девушки для него развлечение, — пожал плечами Рон, который все еще не понимал, что происходит. — А ты сразу видно, что не такая, чтобы на одну ночь, как нужно ему.       — А потом говорил быть осторожнее с Луи, — продолжала слегка надавливать Роза.       — Потому что он попал на Слизерин, а я не знаю ни одного хорошего человека, который был бы причастен к этому факультету, — фыркнул Рон.       — Во время квиддича ты взял мой пенальти, сказав, что я тебе подыграла, но ты же чувствовал, что тут что-то не то, — чуть улыбнулась Роза.       Рон продолжал смотреть на нее все с большим интересом и непониманием.       — Спроси у меня что-то о себе, чего я точно не должна знать, — приказала Роза.       — Когда у меня день рождения, — пожал плечами Рон.       — Первого марта, — ответила Роза. — Но это очень легко, давай что-то бытовое.       — Не знаю, на что у меня аллергия, — ляпнул Рон.       — На грецкие орехи, — тут же ответила Роза.       — Откуда ты узнала? — Рон, кажется, начал ее бояться.       Роза взяла в руки палочку, расколдовав свою внешность, являясь отцу в настоящем обличии, какой ее видел Фред.       — Приятно познакомиться, — хмыкнула Роза. — Меня зовут Роза Уизли.