Пушистый бариста

      Закон о содержании существ нэко был принят уже давно и люди испокон веков мирно сосуществовали с ними. Кто-то заводит человекообразных кошек в качестве домашних питомцев, а кто-то — в качестве своих полноправных партнёров. Это возможно благодаря идентичной средней продолжительности жизни. И несмотря на многочисленные сходства с людьми, полностью полноправными существами они все же не могут называться, так как зачастую ими управляют инстинкты. Именно поэтому склад ума нэко весьма отличен от человеческого.        Взрослые же особи способны здраво рассуждать и отчасти контролировать свои врожденные повадки, но, чтобы получить признание в обществе им необходимо пройти некую проверку на противостояние природным инстинктам, после чего они будут иметь документ в качестве доказательства успешно пройденного теста и заслуженного доверия.       Как у людей — паспорт, так у нэко — колокольчик. Да, именно колокольчик на шее является удостоверением их личности. А что? Мило и практично.        Наш главный герой на своем примере покажет, как могут развиваться отношения с нэко и как сильно их чувства порой отличаются от человеческих.       Кейа рос в неполноценной семье и его жизнь не могла назваться легкой. Все было с точностью да наоборот — к пяти годам его отец был вынужден уехать за границу по неизвестной причине и поэтому, в силу обстоятельств, мальчику ничего не оставалось, как переехать к тете.       Они жили вдвоем, пока в один пасмурный день по счастливой случайности не встретили брошенного нэко.        Это было весьма жалкое зрелище: мальчик сидел в городском парке на лавочке; прижимая к груди ноги, он шмыгал носом с опущенной вниз головой. Бедняжку трясло от холода и сырости.        По виду он был одногодкой на тот момент уже семилетнего Кейи, так что они быстро нашли общий язык. Альберих помнил все: как он вместе с тётей привёл промокшего из-за ливня котенка к себе домой, как они постепенно привыкали друг к другу и как сближались. Дилюк же, будучи незрелым нэко, помнил только своё имя и лицо человека, что оставил его на улице. В этот день он не мог поверить, что его так легко могут бросить. Котенок был слишком мал и до конца шел за этим человеком, пока ему четко не показали отсутствие у него права выбора пинком в живот. Тот мужчина оставил неимоверно большую травму в сознании маленького нэко.

***

      «Я помню, как шел под руку вместе с тётей Лизой из магазина, в тот день была ужасная слякоть. Но я был ребенком и мысль о том, что у меня есть возможность ненароком искупаться в луже, невероятно радовала. Поэтому я и уговорил тетю пройтись по парку, это стоило мне всего лишь десяти потраченных на нытье минут.        Прогуливаясь вдоль парка, я заметил плачущего мальчика на скамейке. Как позже оказалось, этот мальчик был нэко. Как тогда, так и сейчас, я не видел разницы.        Стоило мне приблизиться, котенок замолк. Охваченный паникой, я расспрашивал его о произошедшем, но мальчик был не в состоянии вымолвить ни слова. Тихо всхлипывая, нэко боролся с судорожной дрожью во всем теле, пока его взгляд был устремлен прямиком в пустоту. От этой картины любой бы расплакался, уж поверьте. И я не был исключением.       Пока моя тетя торопилась к нам с раскрытым зонтом и сумкой в руках, я осторожно баюкал его в объятиях, пытаясь успокоить. Устроившись на скамейке, Минчи с трепетом гладила маленького нэко по голове, пока мы с ним плакали в обнимку.        С тех пор прошло уже много лет, но я все также не имею ни малейшего понятия о том, что же конкретно произошло. Люк был слишком мал, а потому совсем не помнит, какой же была его жизнь с тем человеком до этого события. Отчасти, я понимаю его, ведь был также брошен своим отцом и воспоминаний о нём у меня практически не осталось.»

***

      В настоящее время наши герои уже достигли возраста совершеннолетия, однако, Кейа с давних времен помогал тете в материальном плане, по возможности развиваясь в сфере бизнеса. Сейчас же, с появлением такой возможности, как переезд, он зацепился за эту идею. Единственное, что тяготило его душу — отголоски совести, каждый раз задающей один и тот же вопрос: «И ты оставишь его одного?».        Двадцатилетний парень понимал, что не потянет обеспечение нэко, но с другой стороны — бросать его он не хотел. Кейа любил Дилюка, искреннее любил, он хотел продолжать заботиться о нем как и прежде. Они с детства были хорошими друзьями, которые жили бок о бок и делили одну комнату, именно поэтому оставлять его было бы чертовски тяжело. И несмотря на это, Альберих принял вполне рациональное, как ему казалось, решение — съехать без друга. Да, верно. И, полагаю, это решение — и есть самая большая ошибка в его жизни.        На самом же деле, его мотивацию нетрудно понять: Кейа считал, что с ним нэко будет чувствовать себя плохо, ведь парень никогда не был уверен в будущем и сильно беспокоился. Он боялся не справиться с ответственностью за чужую жизнь.

***

      Когда ушки нэко уловили звук открывающейся двери, он подорвался с места и мигом очутился у выхода. — Ах, Дилюк, тебе не обязательно встречать меня каждый раз, — с явной грустью в голосе проговаривает настороженный Кейа и проходит в квартиру, после чего свободной рукой поглаживает бирмана по голове. — Я понимаю это, — отчаянно сдерживая свою радость от долгожданной встречи, он прижимает ушки и едва заметно виляет хвостом. — Дилюк, —  Кейа закрывает за собой дверь, — у меня для вас с тетей Лизой есть новость, — конец фразы прозвучал как-то слишком серьезно, совсем не характерно для его повседневной речи. — Какая же? — нэко склоняет голову вбок. — Это сюрприз, поэтому я не скажу, пока мы втроем не сядем за стол, договорились? — Как скажешь.        Бирман никогда не любил спорить с другом. Он сам не понимал почему: то ли оттого, что их мнения зачастую не отличались, то ли потому что так сильно ему доверял.       Парни проходят в зал и вместе располагаются на излюбленном Дилюком велюровом сером диване.  — Кейа, случилось что-то плохое, ведь так? У тебя на лице написано, — проницательность всегда была его фишкой.       Юноша слышал бирмана, но не слушал. Он не хотел объявлять о своем переезде, ведь боялся реакции нэко. Это будет грусть? Обида? Злость? Он не знал и знать, честно говоря, не хотел. — Кейа.. — Дилюк закрыл глаза, опустил ушки и обхватил руками свои согнутые в коленях ноги, — ты не хочешь мне говорить, верно?       Альберих наизусть знал все эти его милые «приемчики», которые нэко проворачивал совершенно неосознанно, но у парня складывалось ощущение, что его мастерски обводят вокруг пальца своей невинностью и обаянием. — Ох, нет, это не так.. — Кейа двигается ближе и тянется к чужой макушке, аккуратно приглаживая выбивающиеся алые пряди. — Прости меня, — Кейе было не впервой притворяться, что все хорошо, поэтому он без лишних раздумий нацепил на губы фальшивую улыбку.       Но проблема заключалась в том, что насколько профессионально Альберих умел притворяться, настолько хорошо нэко приспособился отличать правду ото лжи. Он окинул Кейю недоверчивым, слегка обеспокоенным, взглядом, и обвёл оголенные из-под ткани шорт ноги хвостом. — Утихомирь свое любопытство, котенок.       Парень притянул к себе друга, чтобы тот наконец отпустил ситуацию, что и произошло согласно его плану: голова нэко опустилась на его колени, а ушки кота периодически подергивались от приятных и успокаивающих прикосновений холодных пальцев.       Спустя какое-то время раздалось тихое мурчание. Несмотря на внешнюю схожесть с людьми, кошачья манера поведения нэко часто давала о себе знать. Каждый раз, когда бирман позволял себе расслабиться и вдоволь насладиться моментом, Альберих умилялся и специально подливал масла в огонь, переходя с поглаживаний головы на область под подбородком.        Вибрация, издаваемая котом, усилилась, а сам нэко слегка откинул голову назад.        Однако, мурчание может служить не только признаком комфорта, но также и нервозности. В нашем случае это говорит лишь об испытанном дискомфорте нэко из-за сильного смущения. Принимать ласки от кого-либо угодно для него всегда означало лишь одно — выставить напоказ свою слабую сторону. — Кейа, прекрати, — недовольно мяукнув, нэко обиженно уткнулся носом в ноги парня, не давая более прикоснуться к чувствительной шее. — Ну же, тебе ведь нравится, — в игривой манере отвечает сияющий Альберих.  — Как щекотка может быть приятной!..       Люк прижал ушки и раздражённо замахал хвостом. На что Кейа, конечно же, обратил своё внимание, но решил, что, прикоснувшись к хвосту, он лишится конечности, а то и жизни. Проанализировав взглядом обиженного нэко, парень принялся гладить не менее пушистые и мягкие волосы, которые сейчас пахли сладким виноградным кондиционером и впервые за долгое время не были собраны в растрепанный пучок. — Не понимаю, Кейа. Разве это не связано с той новостью? — «Это»? — Альберих заметно напрягся. — Твое печальное выражение лица. — Ты просто выдумываешь, Дилюк, — Кейа стал почесывать за его ушком. Отвлекающий маневр, не более. — Это подло, п-прекрати! — Как только ты придешь к общему мнению со своими ушками, сообщи мне, — Кейа хитро улыбнулся и оставил легкий поцелуй на макушке нэко.       Тут же раздался стук в дверь, который мог означать только одно — тетя Минчи вернулась.        Добравшись до двери, парни отворили ее, и в прихожую вошла на вид очень молодая девушка, которой на самом деле было давно за 30. У нее были аккуратно уложенные вьющиеся светлые волосы ниже плеч и зеленые глубокие глаза с отливом в бирюзовый.       Юношам казалось, что ее взгляд всегда добр и полон нежности, но, к счастью только для них, такой Лиза была исключительно находясь рядом с этими двумя. На самом же деле, в обществе о ней знали как о строгой и деловой женщине. — Добрый день, мои хорошие, — заходя в дом, она приветливо улыбнулась, — будьте добры, помогите даме разложить продукты, — Лиза с облегченным вздохом поставила два тяжёлых пакета на пол и закрыла за собой дверь.  — Ты могла не таскать их одна, для чего тебе телефон? —  Кейа зло фыркнул и взял оба пакета, после потащив их на кухню. Дилюк же молча последовал за ним. — Чтобы играть в тетрис на работе, разумеется! — крикнула ему вслед девушка с репутацией злой училки.  — «Ха-ха, с годами она вообще не меняется,» — подумал про себя Альберих, слегка приподняв уголки губ.  — Мне стоит предупредить хозяйку о новости? — принимаясь раскладывать продукты по местам, поинтересовался нэко.  — «Хозяйку...» — Кейа никогда не был особо против того, чтобы бирман считал его тётю хозяйкой, но сам он выступал за то, чтобы обращаться друг к другу по именам. — «Разве так не проще?» — думал парень. — Не стоит, это же сюрприз, как-никак, — отгоняя от себя подозрения промолвил Альберих. — Понял, пусть будет по-твоему.       Расправившись с распределением покупок по местам, парни возвращаются в гостиную, в то время как Минчи занимает кухню и принимается за готовку. Она никогда не просила помощи у парней, ведь прекрасно знала последствия, а есть кашу из всего подряд мало кто захочет.        До ужина остается не так много времени, но вполне достаточно, чтобы Кейа смог отдохнуть и собраться с мыслями. Дабы придти в состояние сосредоточенности необходимо первым делом расслабиться, а что может помочь с этим лучше, чем теплые объятия с пушистым котиком? — Котенок, иди ко мне, — с распростертыми руками Альберих ждет решения нэко. Обычно он не сопротивлялся, а до этого момента принимать от нэко отказ никогда не приходилось.       Отрицательно кивая, Дилюк, явно перебарывая свои желания, показательно отворачивается от парня и, свернувшись клубочком, устраивается на свободной стороне дивана. Неудовлетворенный таким ответом, Кейа пододвигается ближе и проводит ладонью по хвосту нэко, мгновенно провоцируя реакцию; Дилюк вздрагивает и кидает на парня прожигающий взгляд исподлобья, осуждая правонарушителя. — У тебя есть время передумать, ну же, — мягко улыбаясь, парень выдвигает предложение повторно.       Как бы не пытался сдерживаться нэко, возможность поменять выбор не давала ему покоя.  — Тц. Если в один день тебя найдут с прокушенной артерией, это будет только твоя вина, — Дилюк говорит вполне серьезно, но как можно принять это за угрозу, пока он так мило нежится в объятьях Кейи?       Когда все присутствующие собрались за столом, Альберих самостоятельно объявил о предстоящей потрясающей новости. Скорее всего, он имел в виду, что потрясающая она, потому что потрясёт всех здесь сидящих.        По окончанию трапезы, Кейа тяжело вздохнул и наконец заявил о переезде.         — Решили оставить любимую тетушку одну?  — она игриво смеется и машет ладошкой, — Ну ничего, за меня переживать не стоит, сам знаешь, но узнать детали переезда я бы не отказалась. Когда я смогу почтить вас своим приходом? — вдохновленная Лиза продолжала заваливать напряженного парня вопросами. — Я собираюсь открыть кофейный домик и проживать на втором этаже этой же квартиры. Удобно жить на работе, можно исключить расходы на транспорт, — не спешил развеивать заблуждения Минчи парень. — Начальное вложение собрано, а навыки баристы я почерпал из курсов и вышел оттуда с дипломом, — следом юноша решил вдаться в подробности переезда, заострив внимание на местоимении «я». — Но, Кейа, ты же не всерьез собираешься уехать от нас? — уточняет раздосадованный нэко, теряя блики в глазах. — Я.. — помедлил от резкости парень, — не то, чтобы я не хотел брать тебя с собой, просто понимаешь...  — Ах, так ты переезжаешь в одиночку? — не дав закончить начатую фразу, Лиза кинула осуждающий взгляд на своевольного молодого человека, который сейчас тупил виноватые глаза в пол. — Я не могу взять его с собой, ты же понимаешь? — оправдывался пристыженный парень.       Финансовые трудности всегда могут настигнуть начинающих бизнесменов в независимости от того как показал себя ваш стартап. А принимать помощь от тети было бы слишком унизительно. Что в таком случае изменится, если он переедет? Двойные затраты, да и только. В его планы также не входило разочаровывать Дилюка отсутствием внимания и ласки. — Я все понимаю, извините меня, — резко подорвавшись с места, нэко поспешил удалиться из гостиной грузным шагом.  — Вполне ожидаемая реакция, не находишь? Вы ведь с детства вместе, — воспользовавшись внезапно повисшей тишиной, Минчи умело играла на струнах чужой души. — Я лично закрою расходы за его содержание. Что тогда скажешь? — Лиза, только не сейчас, прошу... — Кейа мигом очутился у двери ванной комнаты. Он постучался в белую деревянную дверь и подергал серебристую ручку — закрыто. — Прошу, Дилюк, открой дверь! Мы просто поговорим!       Котенок сидел на полу перед раковиной и поспешно вытирал длинными рукавами светлой толстовки слезы, текущие по раскрасневшимся щекам. Ему было совсем не до пустых объяснений второго человека в его жизни, решившего покинуть его. Исчезнуть, оправдавшись ничего не значащими словами. — Пожалуйта... — продолжал умолять парень за дверью.       Чуткая натура нэко была сильно задета. Его дважды предали и даже не дали выбора. Не дали решить, с кем остаться, а от кого уйти. — Не могу поверить, что это ты, Кейа... — Дилюк говорил так тихо и неразборчиво, что ему показалось, что это лишь мысль, ненароком проскочившая в его голове.         Сердце бирмана колотилось все чаще, а чувства охватывали его, прожигая изнутри, пока он расточительно старался найти оправдание поступку друга. Он знал точно, что Альберих не был жестоким, а значит, его уход может быть оправдан.       Но больше он не мог сдерживать слезы. Нэко дал волю эмоциям, захватившим его разум. Звуки всхлипов усилились, а человек за дверью продолжал истерически колотить дверь. — Дилюк!        На ватных ногах юноша подбежал к первому же шкафу; ему повезло найти там связку ключей. Через несколько жалких попыток, он сумел найти нужный. Распереживавшийся Альберих залетел в ванную, опустился на пол и крепко сжал в своих объятиях хлюпающего нэко.  — Я здесь, — он гладил его по разболевшейся голове и целовал горячий лоб, — всё хорошо...          Кейа стал укачивать его в объятиях, так нежно, как никто до него не баюкал. Дилюк не мог ничего ответить — он задыхался от слез и своих переживаний. Укрываясь от всего мира в надежных руках парня, как он продолжал считать не смотря ни на что.       Он ощущал бесконечную усталость, пока слезы продолжали катиться ручьем по розовым щекам. Дилюк уже давно не испытывал таких сильных негативных эмоций, он и не хотел вспоминать, какого это — быть в таком состоянии.  — Я обязательно заберу тебя с собой, — он обхватывает руками личико нэко и оставляет невесомый поцелуй на его покрасневшем носике, убирая пальцами слезы с теплых щёк. — Не грусти, твои глаза будут болеть... — парень вновь прижал к себе расстроенного нэко.         Периодически заикаясь, Дилюк успокаивается благодаря ласковым прикосновениям. Они поднимаются с пола и вместе возвращаются в зал, где продолжает сидеть всё такая же разочарованная Лиза. Как только Дилюк сделал шаг в комнату, девушка спохватилась и побежала утешать его. Она также мягко сжала нэко в нежных руках, начав поглаживать его спинку.   — Ничего, мой хороший, рано или поздно вы всё равно будете жить вместе, — она прошептала это настолько тихо, что, если бы Дилюк не был нэко с острым слухом, он бы не разобрал ни слова.         Наблюдая за этим зрелищем, Кейа подошёл и обнял их обоих, зажмурив глаза.         Лиза же погладила мальчиков по голове и отстранилась.        — Хорошо, я отпускаю тебя, но с одним условием, — Кейа прислушался, потому что им овладел интерес, но вовсе не потому что  нуждался в разрешении, — мы сможем сидеть у тебя в кофейне за счёт заведения, — Лиза повернулась к нему с хитрой ухмылкой на лице.         Понятно одно — она хотела разбавить атмосферу. И, стоит признать, что она большая умница, ведь ей удалось этого добиться.  — Конечно, я и сам хотел предложить. Ты можешь приходить к нам в любое время, верно, Дилюк? Я помогу тебе собрать вещи.        Лучезарная улыбка Альбериха завершила короткую, но несмотря на это, болезненную драму.  — Я... действительно могу поехать с тобой? — такого вопроса Кейа однозначно не ожидал услышать; он был уверен, что теперь его будут отчитывать за несвоевременное принятие решений. — Конечно, я уверен, что вместе мы справимся, — нагло заявляет парень, словно и не начинал свою злосчастную игру на чужих эмоциях.       Альберих почувствовал, как теплые руки вновь обвили его талию, сжимая пальцами футболку, а личико нэко упёрлось ему в грудь. Котенок стоял, еле сдерживая резко нахлынувшие слезы, пока по его телу бежала мелкая дрожь.  — Да что же у вас там произошло, пока меня не было?        Озадаченная Лиза восхищалась взрослым поступком Кейи и, одновременно с тем, была заворожена мастерством Дилюка: «как же он заставил Кейю передумать?»        Чтобы не произошло дальше, вопрос решен и, что самое главное, никто больше не будет страдать.