Carnivore

***

Люди безумны, когда дело касается азарта. Для кого-то — это игры в карты, где на последнем издыхании ты выкидываешь хорошие козыри и, видя поражённое лицо соперника, наконец-то можешь спокойно выдохнуть, выиграв партию. А для кого-то азарт может закончиться смертью. Может быть, каждый из нас хочет безумства в жизни, устав от постоянной скуки в виде обыденных потребностей. Но разве такое может стоить одной человеческой жизни?

Моя жизнь изменилась к лучшему благодаря тебе…

Может быть, встреча с Ваней оказалась для Серёжи чем-то важным? Несомненно. Он даже и подумать не мог, что этот миловидный смышлёный баскетболист заинтересуется столь плохим, по слухам школьников, Серёжей, который за любую и совсем не значительную провинность может хорошенько отмутузить. Но даже несмотря на это, его заинтересованность в Ване была особенной… После ужасного инцидента (с уже упомянутой Дарьей) пара рассталась. Куданова не хочет больше вдаваться в подробности тёмных дел Серёжи. И, даже несмотря на произошедшее, она не могла скрыть сильную привязанность, поэтому не стала говорить о том, что её бывший парень злодей (ведь он выбрал такой путь — по кривой дорожке), а просто пожелала дальнейшей хорошей жизни. Теперь он всегда будет знать, что Даша останется неким тёплым и родным воспоминанием, навсегда рядом. После этого жизнь Серёжи, очевидно, пошла ко дну. Он стал намного хуже учиться, не ходил на уроки, даже несмотря на разочарованные возгласы со стороны родителей. И удивительно, что он смог доучиться аж до одиннадцатого класса. Совсем не щадя здоровье, никчёмно заливал своё горе бутылкой безымянного алкоголя на различных тусовках, которые проводились на съёмной хате. Даже бывало порой, что Сергей зажмётся в углу туалета с красивенькой девчушкой или каким-нибудь мимолётным парнем с целью унять возбуждение и заглушить пустоту в сердце. Кудрявый сам не понимает, как ему начали нравиться парни, особенно такие невинные, но весьма сильные, как Ваня. Рядом с Бессмертных он испытывал то потерянное чувство, когда человек действительно любит и заботится о тебе. Может быть, та ситуация добродушно столкнула две одинокие души, которые трепетно искали среди этого мрачного мира нужное каждому тепло и желанное прикосновение? Когда они впервые встретились, Серёжа заметил довольно высокого русоволосого подростка, прижатого к железному шкафчику, возле которого столпились хулиганы из параллельного класса Сергея. И тогда парень понял, что эти придурки уже никого не оставят в покое, а засмотревшись на Ваню, который не побоялся дать отпор устрашающим бандитам, чем заслужил восхищение со стороны Серёжи, у шатена, кажется, появился мимолётный блеск в глазах. Случай с Кудановой, к сожалению, окончательно подорвал отношения между членами банд. Ярослав и Константин уехали в другой город, поскольку больше не хотели участвовать в этой никому не нужной войне, а, узнав про изнасилование Дарьи, решение, принятое ими, уже было окончательным. И, конечно, судить парней за это совсем не нужно; увидев морально разбитого Сергея с окровавленной дрожащей рукой, они конкретно испугались. Вскоре они узнают, что Серёжа столкнулся с главарём шайки и жестоко избил того за случай с девушкой. Никто, слава Богу, не знает, что там происходило, да и без описания совершенно понятно, как и насколько резко изменился тот позитивный парень. Привычные светящиеся от счастья глаза уже не были прежними, лишь кажется безжизненные зрачки, как ни странно, наполненные удушающей пустотой и скребущей рёбра почти незаметной болью, они выражают безразличие ко всему окружающему. Обычная гангстерская перепалка между бандами превратилась в кровопролитную войну, которую осудил из-за сплетен кто-то из их компании. Но, когда Ярик рассказал Серёже о своих мыслях по поводу Николая, тот совсем отказался слушать. Да и зачем? Ведь его это ничуть не волновало.

***

Снова идёт неприятный, пробирающий до дрожи дождь. Серёжа смотрит на блондина, который ловко крутит в руке заряженный, судя по всему, Glock-17. Сейчас парень чувствует себя отчаянным, ведь последняя надежда стремительно угасает, как будто его жизнь возвращается снова в те мрачные дни, когда он полностью себя не контролировал. Встревал в различные драки, будучи в нетрезвом состоянии, выплёскивая ту накопившуюся боль, которую, кажется, никогда не сможет предотвратить. — Эй, Пешков, у меня три попытки выстрелить, а у тебя столько же возможностей скрыться. Это как играть в русскую рулетку, только здесь исход будет сразу летальным, ведь я целюсь прямо тебе в башку, — голубые глаза парня устремляются на Серёжу, а хитрая улыбка показывает весь образ подлого лиса, демонстрируя некое удовлетворяющее превосходство в данной ситуации. Он направляет ствол на уверенно застывшего парня, а тот даже не убегает, чем сильно удивляет лидера, — Что же это? Не станешь убегать? Ну и пусть, это будет плата за то, как ты обошёлся со мной, — он поднимает белую футболку, демонстрируя шрамы, оставленные лезвием ножа в драке, которые раньше были похожи на кровавое месиво, а Пешкову совершенно всё равно. — Ты заслужил, — тихо и спокойно произносит парень, — улыбаться здесь как-то не в тему — медленно всучив руки в карманы и холодно глядя на тёмные облака, которые вот-вот выплеснут ещё большее количество ледяных осадков, — да и какой смысл убегать? Я не трус и девушек не насилую, — пожимает плечами, теперь уже позволяя улыбке появиться на лице, а после опускает взгляд прямо на стоящего напротив светловолосого парня, оглядывающего компанию позади, скрытно давая какие-то указания. Видимо, Сергей настроен очень серьёзно, и если умереть, то сегодня.

Его ничто не держит в этом мире, ведь кроме Вани ему никто не нужен.

***

Рваное и довольно шумное дыхание Саши и Алексея чувствовалось за километр. Ваня был крайне шокирован поведением со стороны парней, однако кажется, что они бежали с явным рвением рассказать о чём-то важном. Может быть снова о Серёже? Сергей, Сергей, Сергей! Да сколько можно уже? Этот глупый, но удивительно привлекательный и уродливый парень не вылетает из головы. Его красивые волосы такие мягкие на ощупь, что кажется, будто трогаешь облачко. Пухлые персиковые губы такие сладкие, слаще самых вкусных в мире конфет, только вот съесть невозможно. Почему же Иван так отчаянно вспоминает о нём? Неужели дело только в том, что он ему помог в той стычке, и парень везде бегает за ним, как собачка? Может Серёжа вообще его не любит, а лишь делает вид, будто компания Вани ему не противна, будто не хотелось как можно скорее сбежать куда-нибудь. Но ведь эмоции не врут, всё так искренне. То, как его карие глаза внимательно рассматривают профиль русоволосого с любовью и восхищением, заставляет замёрзшее сердце вновь биться сильнее. Быть может, Ваня никогда не общался с такими людьми, ведь постоянно занимался учёбой. Книги в библиотеке, родной дом, баскетбольная площадка и снова школа-школа-школа. Родители хотели сделать из него какого-то вундеркинда, а настоящим желанием Вани было лишь обыкновенное счастье, которое он хотел получать не только от своих занятий баскетболом, ведь учёба хоть и важна, но такой радости от неё никак не получить… — Ваня, Вань, слышишь меня? — громко и всё ещё не отдышавшись кричит беловолосый, привлекая к себе внимание грустных зелёных глаз, — Серёга, он... — Опять ты со своим Серёгой? Я видеть не желаю его и вас двоих тоже не хотелось бы, — грубо сказал, как отрезал, Ваня в ответ Сане, и развернулся, дабы удалиться подальше от этих чёртовых гопников. На предплечье чувствуется лёгкая, почти невесомая хватка Лёши, остановившая его. — Серёжу могут убить, — вылетевшие из уст слова, кажется, окончательно разбивают и так треснутое сердце Вани. Алексей просяще смотрит на потрясённого парня, губы которого беспорядочно поджимаются от услышанного, а напуганные глаза передают все те чувства, которые Бессмертных испытывает из-за Пешкова. — К-как, — дрожащий голос выдаёт беспокойство, однако ему же вроде как наплевать, — О-он же жив, д-да? Ты шутишь, это т-точно глупая шутка! — отдёрнув от себя темноволосого, Ваня прижался спиной к стене, тяжело дыша. Почему опять он чувствует себя виноватым? Из-за него что, погибнет человек, который готов обернуть против себя весь мир, лишь бы сохранить отношения с ним? Из-за бестактности Вани его любимый мальчик сейчас стоит там, среди дикарей, которые с минуты на минуту могут беспощадно убить его. Он только сейчас в полной мере осознал, что бессовестно разбил сердце тому, кто его любил до бабочек в животе, до дрожи в коленях, до безумства. Сердце больно ноет, на душе скребутся кошки, нос неприятно щиплет, а на глазах, кажется, появляется влага. Всё тело бросает в дрожь, по спине вместе с холодным потом бегут мурашки.

***

Серёжа покорно сидит на холодном мокром асфальте на уже ободранных коленях перед человеком, который буквально плюёт на него сверху. Безразличность, вот что губит людей, а ведь Пешков давно мог бы разобраться с ними. Но сейчас он действительно разбит на множество осколков, разбросанных в бескрайнем космосе так, что никто не найдёт, и даже те раны, которые наносят ему люди, остаются бесчувственными ко всему. — Ты погляди на него, упёртый сукин сын! — мерзкий смех раздаётся по всей округе, и Серёжа слышит звук от перезарядки пистолета перед ним, — может это слишком лёгкая смерть, как ты думаешь? А блондин всё смотрит и смотрит на поникшего Сергея. Что это с ним? Постоянно буйный чувак, способный запросто "снести" башку многим людям из чужой банды, оставляя пожизненную, напоминающую о, конечно же, Сергее, травму, а здесь даже глазом не моргнул. Интересно, так ли выглядит полное отчаяние человека, когда он готов расстаться с жизнью таким способом? Умереть от рук врага, разве это не топчет твою гордость? — Эй, чучело, слышишь меня? — присаживается на корточки на уровне глаз Серёжи, — Что же такого произошло? Где тот опасный убийца, который несколько лет назад чуть ли не убивал меня прямо на глазах моих же товарищей? — шершавые пальцы блондина бездумно касаются подбородка Серёжи, и он поднимает его наверх, грозно смотря тому в глаза. Парень как-то признавался, что был влюблён в этого шатена, и путём грязных сплетен желал привлечь его к своей банде, чтобы наконец-то получить желаемое. Но из-за другого члена банды, который похитил Сергея и его девушку, планы с крахом рухнули в тот день. Голубоглазый всё не понимал, почему такие люди, как он, меняются лишь из-за одних никчёмных людей, неспособных даже постоять за себя? — Тебе ведь нравится тот высокий русый баскетболист? — с лисьей улыбкой мерзко рычит лидер шайки. Сергей уже не так спокоен, как был, ощутимая дрожь прошлась по телу парня, и карие глаза смотрят уже совсем по-другому, растерянно. Но взгляд вновь меняется, когда за спиной он видит… — В-ваня? — тихо шепчет он, шустро отталкивая парня с пистолетом от себя, с трудом и болью в коленях поднимаясь, бежит прямо в объятия Бессмертных. Мне плевать на всё, ведь рядом ты. Иван заключает темноволосую макушку в своих уютных крепких объятиях и, смотря на того слишком обеспокоено, отчаянно целует в любимые губы парня. Серёжа мягко кладёт свои руки на тёплую и такую родную шею, пальцы ведёт к загривку, нежно проводя по шелковистым русым волосам. Бессмертных же ещё крепче сжимает чужую талию. Он тихо всхлипывает, отрываясь от губ Пешкова, руки переводит на пухленькие щёчки, заглядывая в блестящие глаза. Парни нежно улыбаются друг другу и соприкасаются лбами, тяжело дыша. Им плевать на тех, кто сейчас вокруг них, они вовлечены в момент друг с другом, когда могут полностью отдать себя своему почти родному человеку. — Я, блять, скучал, — выдыхает шатен, поглаживая по мокрой от дождя щеке парня. — Я тоже, — тихо-тихо бурчит русый в ответ, а Пешков смотрит так влюблённо, — очень скучал, Серёж. Хоть Сергей разбит и сломлен, Ваня сможет, определённо сможет найти все осколки потерянной души в космической тьме и нежно собрать их воедино, склеить самым крепким клеем, наложить самый надёжный бинт. Наконец, отрываясь друг от друга, парни нервно оглядываются. Слышатся быстрые хлюпающие шаги, рядом с Серёжей и Ваней останавливаются двое парней — Лёша и Саня. Они, конечно же, торопились, бежали почти так же быстро, как и Бессмертных. На их лицах после безумного страха появляется мимолётная радость. — Серёга, друг, ты жив! — чуть ли не плача проговаривает Александр. — Я так рад, – вздыхает Лёха, подходя к Пешкову, дабы обнять товарища, — прости нас, мы правда были не правы. — Д-да, ребят, это позже. Там один гандон с пистолетом, заряженным тремя пулями, — с некой усмешкой выдаёт Сергей, уже замечая вновь появившийся ужас на лицах друзей. И с вызовом кричит в сторону того самого "гандона", — Эй, теперь со мной товарищи и умирать так просто я не собираюсь! — Какого хуя? — громкий шум слышен в ответ Серёже, явно надвигающийся к ним. — Вы ёбаные пидоры, позор, ты ведь выдающийся убийца, а не какой-то подсосок у малолетнего школьника, — послышался выстрел, и в мгновенье всё замерло. Пуля пролетела мимо парней, прямо в стену обшарпанного гаража. Штукатурка с характерным звуком посыпалась на асфальт, — дерьмо, промазал! Беловолосый парень явно был настроен враждебно, поскольку ранее заметил приближающихся Лёшу и Сашу, которые как раз-таки привели Ваню сюда. Оба парня не были удивлены обнимающимся друзьям, потому что уже давно знали о том, что они друг без друга не могут (жалко, конечно, что не хотели принимать этот факт, но теперь они будут только рады тёплым отношениям Сергея и Вани). — Всё кончено, оставь их в покое, бесполезно что-либо доказывать через смерть, — Саша говорит уверенно и спокойно, ведь каждый малейший намёк на агрессию может закончиться плохо, — ты ведь не хочешь этого, правда? — Но это лишь глупые слова, Парадеевич понимает, однако не прекращает отговаривать человека от ужаснейшего поступка. — Смерть ничего не решит, и даже если ты убьёшь человека, на душе всё равно останется пустота, — максимально убедительно добавляет Алексей. Но никакие слова не могут подействовать на того, чья жизнь, видимо, окончательно разрушена. Человек, который шатко стоит на грани падения со скалы, отказывается здраво воспринимать даже самые важные и порой главные вещи, дающие некое понятие, отчёт своим же мыслям и поступкам. — Колян предал тебя, Пешков, — едко смеётся высокий парень, ошарашивая тем самым шатена, — о, ты не ожидал? Вот из-за него-то и пострадала твоя девка, а ты, как ни в чём не бывало, продолжаешь обманывать себя догадками "кто же мог так поступить с тобой?", — драматично передразнивая заключает он. Неужели это правда? Нет, Сергей отказывается верить в столь глупые и ничтожные слова из гадких уст. Это слишком странно. Но, кажется, он постепенно вспоминает слова Ярослава о том, что тот подозревает новенького в слухах, гуляющих по всей школе (конечно и к счастью, до всех учителей не дошло). И вот, тот самый момент, когда можно воспользоваться замешательством человека. Малейшие ничтожные и неприятные слова порождают за собой необратимые последствия. Товарищи позади змея были точно так же ошарашены данным заявлением, как и стоящие вблизи Алексей с Александром. Никто не мог представить, что их бывший друг мог так поступить с ними, бессовестно обмануть, даже не краснея, и спокойно жить вместе с остальными ребятами. Из-за этого человека произошло множество бед, а последствия ещё хуже. Лидер смотрит на парней, и его взгляд останавливается на парне позади шатена. Из-за него он потерял Сергея, и, если бы не тот случай в школьном коридоре, быть может, сейчас они вместе с ним состояли в самой элитной банде, способной убивать. Любовь к другим порождает ненависть, вовлёкающую за собой непонятный человеческий разум. И эта любовь превратила парня в хладнокровного убийцу, сейчас наставляющего ствол прямо на Ваню. Пока друзья отходят от сказанного, Пешков замечает яркий поблёскивающий свет позади них и вспоминает о том, что главарь вооружён и целится явно не в него. Он воспользовался замешательством товарищей, чтобы в подходящий момент нанести вред не тому, кто стоял на коленях пару минут назад, а тому, кто сейчас полностью овладел им. Громкий, резкий щелчок. Мир словно замирает, сердце, кажется, останавливается, в глазах постепенно темнеет, а разум отказывается воспринимать что-либо. Слышны лишь гулкие приближающиеся голоса друзей, которые, видимо, кричат что-то важное, но из-за шума в ушах ничего логичного не разобрать. И лишь краем глаза сквозь пелену он замечает парня с оружием, бессильно падающего на колени, который точно не ожидал того, что неуправляемая пуля попадёт в него. Ваня чувствует под собой холодный асфальт, а когда оглядывается, замечает лежащее тело возлюбленного. — Серёжа! — на грани визга и слёз кричит Ваня, придерживая обмякшее тело под собой. Он смотрит на окровавленные ладони и понимает, что это конец всему, что происходило между ними, — пожалуйста, держись, я люблю тебя! — капающие солёные слёзы попадают на лицо шатена, и кажется, чуть оживляют его. Серёжа с огромным трудом разлепляет глаза, однако боль очень сильная. На последнем вздохе он тянет правую руку к чужому родному лицу и со всей нежностью прижимает ледяную ладонь к щеке русого, прежде чем слышит звук сирены скорой и бессознательно вырубается.

***

Может быть, если бы ситуация обернулась другим образом, тогда сейчас все были бы в целости и сохранности. Вот она — глупая азартная игра, которая превращает людей в рабов своих преступных желаний. Даже мимолётная победа или проигрыш могут оказаться последними. Это абсолютно точно вина человека, который не контролирует свои же эмоции и в порыве нахлынувших чувств может сделать всё, что угодно, причинив вред не только себе, но и окружающим. Ваня глаз не смыкает, находясь у постели Серёжи, словно преданная сторожевая собака. Больница, кажется, уже стала для него собственным домом. Палата, к счастью, на одного пациента, размером она примерно в десять некрупных шагов от каждой стены, жёлто-белые обои, пол устлан плиткой мраморного цвета. Вещей по минимуму: небольшой графин воды, полупустой стакан и холодная недоеденная геркулесовая каша в тарелке, стоящие на одинокой светло-голубой тумбочке у койки, розетка почти у самой кровати, в неё воткнут провод от Ваниного смартфона, всего лишь две табуретки, спасибо что со спинкой. В общем — скудненько, но Бессмертных это и не важно, сейчас значение имеет лишь самочувствие самого пострадавшего. Телефон постоянно разрывается от бесконечных звонков матери. Игнорировать свою же маму совершенно точно нельзя, но сейчас и только в данной ситуации парню всё равно. Спина неистово ноет, задница, определённо, стала квадратной, круги под глазами теперь больше, чем у панды, а в желудке уже как несколько дней не было полноценной порции пищи. Среди давящих стен в помещении и невероятно больших пропускающих лунный и солнечный свет окон Ваня смотрит лишь на того, кто сейчас лежит перед ним без сознания. В левую руку Серёжи воткнута "бабочка" капельницы, поэтому она остаётся неподвижной, левую же, за запястье, аккуратно, но крепко сжимает ванина ладонь, напоминая об их не только эмоциональной, но и физической близости. Бессмертных точно никогда себе не простит ту ошибку, из-за которой всё пошло совсем не в нужное русло. И если бы он тогда внимательно выслушал Сергея, то тот сейчас не лежал бы при смерти в больнице. Тёплая ладонь парня касается чужой впалой щеки, зелёные глаза смотрят так отчаянно, будто сейчас в его руках самое драгоценное, что есть во всей вселенной. Счастье. — Я придурок, — тихо шепчет парень и смотрит из-под висящей светлой чёлки, — так надеялся отгородить собственные чувства и забыть всё то, что происходило между нами, совсем не вспоминая о твоих. Сергей, конечно, жив и даже не в коме. Он сильно ранен, но, к великому счастью, не смертельно. Только Иван всё равно очень переживает за любимого, хоть врачи и уверили его в полном выздоровлении пострадавшего. Конечно, тот пустоголовый лидер оказался, слава всем богам, слишком косым, пуля, прострелившая бок Сергея, практически не задела важных органов. На реабилитацию уйдёт минимум месяц, а то и больше. Ваня расслабленным лицом утыкается в прохладное одеяло почти на груди Пешкова. Он до сих пор ласково прижимает чужую руку к себе, неосознанно согревая своим теплом их обоих. Веки тяжело накрывают глазные яблоки, и, как бы Ваня не хотел засыпать, Морфей дружелюбно забирает его в своё прекрасное царство.

***

Прохладный воздух из приоткрытых окон небрежно раздувает блестящие тёмные волосы, лежащие на почти белоснежной простыне. Серёжа медленно разлепляет глаза, их неприятно слепит солнечный свет, к которому парень не привык. Он не спеша оглядывает просторную комнату, для себя подмечая, что это вовсе не его квартира, и взгляд останавливается на лежащем под боком и мирно сопящем Ванюше. Его напряжённая рука крепко сжимает серёжину, а светлая чёлка, словно шторы, загораживает закрытые глаза. Сердце Серёжи приятно сжимается от близости к русоволосому парню. И то, как его возлюбленный точно провёл всё своё свободное время рядом, заставляет трепетно вздохнуть. Рука сама собой тянется к светлым волосам, нежно перебирая пряди и аккуратно поглаживая макушку. Ваня мило морщит нос и, неохотно приоткрыв глаза, замечает солнечно улыбающегося Пешкова. Сейчас Бессмертных похож на новорождённого котёнка. Парень неожиданно резко вскакивает, усаживаясь рядом с шатеном. Тот радостно смотрит в ответ. — Извини, коть, разбудил, — хриплым голосом шепчет Сергей, аккуратно прикасаясь ладошкой к щеке пунцового цвета. — Н-ничего, я просто не ожидал и очень рад, что ты, наконец, очнулся, — нежная улыбка тронула губы Ивана. Он никогда ещё не был так счастлив, ведь, наконец-то, все долгие мрачные будни закончились. Теперь можно спокойно выдохнуть, выспаться от души и поесть нормальной еды. По выражению лица шатена сразу ясно, что он хочет поговорить. Поговорить на существенно важную тему. Бессмертных воодушевлённо смотрит в глаза напротив, подсаживаясь ближе, дабы выслушать Сергея. — Тот парень... Лидер другой банды, — неловко начинает говорить шатен, уводя взгляд в такую интересную стену, — я знал, что он любил меня. Это было ужасно-давящее чувство, Вань, — парню правда очень тяжело давались эти слова, но врать больше нельзя. Теперь невозможно и совсем не хочется врать Ванюше, поэтому негромко продолжает, — после произошедшего в нашей банде, он незамедлительно предложил мне вступить в их ряды, и я, конечно же, отказался, — непривычная тишина повисла в воздухе, но более чем решительный Ваня положил свою ладонь на чужую, сжимая её в знак поддержки. — Почему же ты так уверенно отказался? — некое чувство, будто манящие зелёные глаза могут заглянуть в чужую душу и найти самые-самые сокровенные тайны, которые сам человек отчаянно скрывает, появляется в серёжином сознании и какой-то неизведанной силой заставляет неосознанно сжаться. — А разве не очевидно? Я не чья-то пешка, дабы меня использовали в каких-то грязных играх, — Ивану, безусловно, больно осознавать, что юноше приходилось терпеть подобные страдания, пока у него окончательно не поехала крыша, — но появился ты, — переводит взгляд на парня, мило улыбаясь кончиками рта, — и моя жизнь изменилась, — медленно, не разрывая зрительный контакт, тянется к чужим, расплывшимся в облегчённой улыбке, губам, накрывая их. Ваня, конечно же, мягко отвечает на поцелуй, крепко сжимая ладонью простынь. Серёжа медленно проводит языком по нижней губе, слабо прикусывая и совсем немного оттягивая. Младший, не почувствовав сопротивления, напористо протискивает язык в чужой рот, дабы легонько пощекотать нёбо и сплести языки воедино. Столь желанные губы сейчас хотелось больше всего на свете и невыносимо больше ждать. Аккуратно, не задевая раненое место шатена, Ваня невесомо облокачивается о чужие мягкие бёдра. — Ванюш, я тоже скучал, но мы в больнице, — выдыхая воздух и отрываясь от столь сладкого замкнутого поцелуя и касаясь рукой ваниного предплечья, хихикает шатен. Ситуация выглядит немного интимно, ещё бы, ведь секса у них и не было по сути. Лишь только один минет продвинул отношения на ступеньку вперёд. Нежный поцелуй снова оказывается на чужих губах, вытягивая из уст Серёжи тихий вздох, который хочется спрятать в русых волосах, как и пальцы, которые приятно сжимают затылок, притягивая к себе ещё ближе. Ваня, кажется, очень ждал этот момент, будто всю свою осознанную жизнь. Его руки щекоча оглаживают обмякшее тело, красные следы от пальцев остаются на бледной коже, позже постепенно пропадая. Неохотно прервавшись, Ваня ласково водит по чужому бедру, приподнимая ткань больничного халата. Слегка ощутимые мурашки пробегаются под пальцами, когда Бессмертных проводит по оголённой ляжке; такая чувствительная часть тела, будто сейчас перед ним самый-самый невинный человек. Лёгкий смешок срывается с ваниных уст, а Сергей уже собирается вновь потянуться к любимым губам, как слышит звук открывающейся двери, откуда выходит врач с синей папкой в руках. — О! Извините, не помешал? Вы, как я погляжу, Сергей Николаевич живы и бодры, — мужчина средних лет с еле заметной сединой в волосах и приятным голосом улыбается смущённым парням. Смотря на лежащую руку Вани, которую тот забыл убрать с чужого бедра, врач незаметно для ребят снова хихикает в кулак и продолжает разговор, — ну что ж, раз вы очнулись и чувствуете себя хорошо, то, думаю, можно и выписываться! Оба парня радостно смотрят друг другу в глаза. Особенно счастлив Ваня, когда замечает воодушевлённо улыбающегося Серёжу. Его улыбка растопит абсолютно любое сердце, в том числе и сердце Ивана, он в этом уверен на все сто.

***

В квартире никого нет, удивительно. Ваня помогает парню добраться до постели, крепко придерживая того руками за плечи. Измученно выдохнув, Серёжа ложится на собственную кровать, свесив ноги на край. Он чувствует, как рядом достаточно глубоко прогибается матрас, и родные руки оказываются на собственных, нежно-нежно сжимая. Теперь они в порядке и каждый из них рад тому, что, наконец-то, тяжёлые моменты в жизни закончились. Две одинокие души смогли найти поддержку друг в друге, пройти сложные испытания, на какое-то время затеять ссору, и, кажется, будто они знакомы больше пяти лет. — Ты хорошо себя чувствуешь? — заботливо спрашивает и ложится рядом светловолосый, подпирая голову рукой, пристально наблюдая за закрытыми глазами парня напротив, — Ну-ну, не спи, котёнок, — он водит пальцем по груди, поднимаясь ими к подбородку, а тот и глазом не пошевелит, продолжает неподвижно лежать, — мы не закончили то, что хотели начать, — обиженно пробурчал Иван, перекатываясь на бок, прямо на колени к Пешкову. Удобно усаживаясь, он заглядывает в уже открытые карие глаза, такие чертовски родные, и сам тянется к желанным губам. Поцелуй, кажется, получился неловким. Столько всего произошло и кажется, будто они только-только начали отношения подобного рода, невзирая на то, что уже один раз как-то вступили в интимную связь. Серёжа замолкает и смотрит на него: такие красивые зелёные глаза отображают всю вселенную, которой является обладатель прекрасных глаз. Он тянет молодого человека на себя, ощущая над собой тяжёлое тело, но своя ноша не тяготит. Дневная мимолётная похоть уступает место разгоревшейся в сердцах страсти, и им плевать на всё вокруг. Они игриво покусывают шеи и ключицы друг друга и затягиваются в один опасный шум — от обнажённой груди Серёжи, которая из-за шрамов, казалось бы, должна смотреться неприятно, но младший так совсем не считает, и сквозь неугомонные уста Вани... — Хочу тебя, — тихо и возбуждённо тянет Ваня, кусая губами оголённую шею, заставляя спину и руки Пешкова покрыться гусиной кожей. Ничто не сравнится с вопиющим желанием. Он сходит с ума от одного лишь вида Серёжи, и сейчас же перед ним лежит тот самый безумный парень, способный на многие подлые поступки. Но когда тот рядом с Ванюшей — он совершенно другой человек. Тёплые руки очерчивают красивые и непонятные даже для самого Бессмертных узоры на оголённых бёдрах, как будто художник кистью рисует на портрете самые важные детали. Серёжа чувствует прикосновения к своему мужскому достоинству и замечает, как Ваня, немного переживая, губами вбирает головку. С ума сойти! Умелый язык хорошо и так приятно облизывает уретру, и руки сами по себе тянутся к светлым волосам, несильно сжимая мягкую копну волос, толкая чужой рот глубже. И где Ваня только научился? После того случая парень, кажется, понемногу начал понимать технику хорошего минета. Как бы смешно и глупо не звучало, но учитель с именем Серёжа хорошо помог парню понять чувствительные места во время орального секса. Он так же умело водит рукой по твёрдому стволу, задевая чуть заметные вены, отчего сладкий для ваниных ушей стон срывается из уст шатена. — Боже, да ты сосёшь как профессиональная порноактриса, — сделал некий комплимент Пешков, забавляя занятого другим делом парня. Может быть, это прозвучало несколько грубо, но если и быть развратной сучкой, просящей отсосать другому, Ваня готов побыть ею ненадолго и лишь для Серёженьки. Он выпускает член Серёжи изо рта с лёгким влажным звуком, смущённо поцеловав кончик, размазывает по своим губам солоноватую смазку и по-блядски заглядывает в карие радужки. — Серёж, я растяну тебя, потерпи, — любезно предупреждает русоволосый, получая лёгкий кивок в ответ. Иван торопливо тянется к тумбочке у кровати, точно зная, что смазка спокойненько ждёт своего часа, и, забирая компактный тюбик, он выдавливает холодную субстанцию, потихонечку разогревая, вновь смотрит на старшего. — Д-давай уже, Ванюш, — давая зелёный свет, хнычет шатен. Серёжа, ожидаемо, чувствует, как один палец медленно скользит внутрь на одну фалангу. Держа зрительный контакт, для общего удобства Иван шире раздвигает бёдра, открывая вид на интересное место, восхищённо смотрит на то, как извивается под ним парень лишь от одного движения пальца внутри. Сергей сейчас такой чувствительный, а Ваня так хочет доставить удовольствие своему партнёру. От мысли, что человек вроде Серёжи сейчас искренне раскрывается перед ним и, даже будучи голым, полностью отдаётся властному парню, Ваня чувствует трепетные бабочки в животе и, конечно, возбуждается ещё сильнее. — Ты чертовски сексуален, Серый, — прорычал Ваня, вводя уже второй палец в тугое отверстие, растягивая на манер ножниц, — одних лишь пальцев достаточно, чтобы трахнуть тебя? — Вань, перестань смущать меня, — то ли хнычет, то ли молит Серёжа, чувствуя, как жар на его щеках переходит по шее к ушам, когда слышит столь развратные слова из уст другого человека. Из уст такого милого, на первый взгляд, Ванечки. Обычно, Серёжа представлял себя в роли активного мальчика, который в любой удобный момент может трахнуть кого-нибудь, но сейчас он абсолютно точно готов полностью отдаться парню с такими безумно заботливыми зелёными глазами. В тот же момент Ваня оказывается прижат спиной к уже тёплой постели — старший нагрел — и смотрит удивлённо, как Пешков садится сверху, трётся прямо о возбуждённый стояк Бессмертных. Ване очень доставляет то, что Сергей готов и сам проявить инициативу. Он перемещает свои руки на горячую кожу бёдер, приятно поглаживая. — Не сегодня, Ванюш, хочу побыть сверху, — выделяя последнее слово, мурлычет темноволосый. Он, скользя пальцами по спортивкам и весьма сексуально приподнимаясь, стягивает мешающую одежду, чуть дрожащими ладошками проводит по возбуждённому органу, который от скопившегося предэякулята такой мокрый и скользкий, что хочется быстрее взять его в себя, — скажи, что хочешь трахнуть меня, — наклоняясь, совсем бесстыдно шепчет-просит парень. Ванечка усердно (не всегда, конечно) учил уроки, играл в любимый баскетбол и никогда не мог подумать о том, что будет трахать старшеклассника-выпускника. И этот глупый гопник сейчас просит его о члене и, о боже, как отказать настойчивому парнише? — Хочу, Серёг, очень хочу, — его руки сжимают мягкие ягодицы, из уст Серёжи слышится едва уловимый стон. И ведь правда, он слишком чувствительный ко всему. Ваня чуть приподнимается, плотно прижимаясь своим членом к чужому, и на грани шёпота цедит в самые губы, — покажи мне развратную сучку, Пешков. Серёжа удовлетворённо стонет в новый поцелуй, впитывая в себя сказанные ранее вульгарные слова. Ваня крепко держит чужие бёдра, направляя серёжин зад к своему органу и немного надавливая на вход. Шатен в свою очередь судорожно вздыхает. Русоволосый медленно и плавно насаживает парня, останавливаясь, когда Серёжа ощутимо напрягается от таких неожиданных и поначалу неприятных ощущений. Он совершенно точно не хочет навредить Пешкову, поэтому дожидается согласного кивка и вновь, не спеша, усаживает старшего. Когда Сергей полностью опирается о ванины бёдра, они оба облегчённо выдыхают. Иван, держа парня за талию, тянет его на себя, дабы удобно уложить и дать привыкнуть к заполненности внутри. Новые укусы и неяркие засосы появляются на ключицах обоих парней. И вот, когда Серёжа начинает медленно двигаться, умело водя задницей из стороны в сторону, будто развратная сучка, Ване хочется разукрасить всё внутри этой аппетитной задницы. Бессмертных надавливает и раздвигает чужие ягодицы, оставляя белые полосы и еле заметные царапины. В этой "игре" ведёт он, поэтому, наконец попадая по простате и получая протяжный сладкий стон в ответ, продолжает нежно зацеловывать и облизывать шею. — Серёж, ты как? — заботливо произносит Иван, лаская твёрдые, чувствительные соски. — Мне очень хорошо, — блаженно тянет Сергей. Движения становятся чуть напористей и с каждым разом всё точней, увеличенная скорость заставляет кудрявого хотеть сквозь землю провалиться от столь приятных ощущений внутри. Чужой член определённо впечатляет своими размерами настолько, что он был готов кончить прямо сейчас. Но крепкая хватка на бёдрах отвлекает от подобных развратных мыслей. Оба парня укутаны любовной похотью и почти преступным желанием. — В-вань, у меня ноги сейчас отвалятся, — со стоном выдыхает Сергей, жалуясь на усталость. — Ох, солнце, тогда сверху буду я, — вырывается смешок с уст младшего, он аккуратно (всё ещё переживает за прострел в Серёжином боку) перекладывает шатена на кровать спиной вниз, осыпая чуть покрасневшую кожу груди мелкими пятнами-укусами. Пальцы Сергея содрогаются от каждого толчка, попадания точно в комочек нервов в глубине. Пешков бесцеремонно царапает чужую спину, судорожно вздыхает и хлюпает носом. — Серёг, я сейчас... — не закончив мысль бурчит Ваня и слышит удовлетворённый, сладостный стон. Кудрявый парень больно вгрызается в бледное плечо, чувствуя, как наполняется внутри, и кончая следом. Ваня же осторожно укладывается рядом, устало загребая Пешкова в тёплые объятия и усыпая его лицо лёгкими поцелуями-бабочками. — Ты же знаешь, что я тебя очень люблю? — улыбается Ваня, прикасаясь к родным губам. Он ласково переминает верхнюю и нижнюю губу, стараясь вложить все-все чувства. — И я тебя, Ванюш, очень люблю, — мурлычет парень в губы, перекидывает ногу через ванину талию, носом утыкаясь в его шею.

— конец —