там, где тает снег

      Син Цю покрутился у зеркала последний раз и выбежал из комнаты, быстро перебирая ногами по ступенькам, стараясь спуститься со второго этажа как можно быстрее.       — Ты уже пошёл? — крикнул брат из другой комнаты. Син Цю воодушевлённо закивал, а потом хлопнул себя по лбу: старший же его не видел. Сердце в груди немного сжалось от смущения, но его очень быстро отпустило.       — Да, я пошёл, уже давно пора, — выдал парень, наспех застёгивая дурацкие ремешочки на своих сапогах.       — Чун Юню привет, — громко захохотал взрослый, тут же выслушивая очень недовольное бурчание из передней. Мужчина засмеялся ещё задорнее и громче, заставляя младшего красной пулей вылететь из дома.       Старший брат всё прекрасно знал о своём противном младшем. Син Цю, в принципе, особо и не скрывал то, что проводил много времени с экзорцистом, но дело было не столько в этом, сколько в том, как молодой господин говорил о друге. Мужчина был уверен, что Син Цю ни о какой девчонке в своей жизни так лестно не отзывался, как отзывался о Чун Юне.       Он уже давно всё понял. И он прекрасно знал, что Син Цю ещё в процессе того, чтобы понять то, что творится у него в голове.       Син Цю спешил. Он часто опаздывал на встречи с другом, но после случая, когда Чун Юнь потерял его на долгое время, парень искренне старался не опаздывать больше. Сердце от предвкушения билось в груди быстрее, дыхание от быстрого шага сбивалось, но он не обращал внимание на тело. Душой он уже был рядом с экзорцистом.       На улице стояла потрясающая погода: в меру жарко, дул прохладный ветер, а чувства, что разливались по всему телу, заставляли Син Цю наслаждаться прогулкой сильнее. Вокруг всё цвело и пахло. Казалось, что и внутри него тоже.       Он подошел к назначенному месту и устремил взгляд на скамейку, на которой уже сидел небольшой парень-обладатель крио Глаза Бога. Молодой господин улыбнулся: Чун Юнь ждал терпеливо, немного прикрыв веки и, кажется, думая о чем-то.       — Давно ждешь? — Син Цю наклонился сзади, заглядывая через плечо и чуть ли не утыкаясь носом в холодную щеку друга. Чун Юнь вздрогнул, но повернул голову. Молодой господин чуть покраснел, осознав, в каком положении они оказались.       Нос экзорциста кончиком коснулся носа Син Цю. Взгляд у Чун Юня был холодный, проницательный и немного раздраженный (видимо, из-за того, что его друг немного опоздал). Син Цю был готов поклясться, что на таком расстоянии он услышал, как ровно и спокойно бьется сердце у парня напротив. Молодой господин порозовел, но оторваться не мог, осознавая, что Чун Юнь, кажется, отодвигаться тоже не планировал.       Син Цю дышал ровно, выдыхая прямо в чужую щеку, и экзорцист подумал, что от такого тепла он точно не может отказаться.       — Прости, — первым сдался Чун, отодвигаясь и совсем немного розовея. Син Цю прокашлялся и встал ровно, перепрыгивая через скамейку и плюхаясь рядом. — Куда пойдем?       — Куда хочешь? — молодой господин продолжал смотреть на друга, слабо улыбаясь. — С тобой, мой Чун Юнь, хоть на край света.