Seven

На удивление Чонгука, он не испытал какой-то дикий страх. Его больше вогнало в ступор не это, а другое. Он же вчера пил, много пил. И как так получилось, что он оказался с этим человеком в своей квартире? Стало даже как-то легче в его присутствии. Раньше его пугала неизвестность. Он боялся самого ожидания приближающегося конца. Как это произойдёт? Где его настигнет участь? Пугало именно это. Теперь он спокоен. Конечно, можно было вскочить с кровати, начать убегать или драться. Но зачем? Что это изменит? Его в любом случае найдут и доведут это дело до самого конца. Но зато теперь Чонгук может с ним поговорить и хотя бы перед смертью выяснить, зачем всё это нужно было. Этот парень выглядел не очень взрослым. На вид лет двадцать семь. Он сидел расслаблено, но по взгляду было заметно, что он знает, что делает. Больше всего привлекали внимание его волосы. Выбеленные до такой степени, что его сложно было не заметить. Чонгук рассматривал его в течение нескольких минут и потом начал медленно вставать. Вчерашний секс и количество выпитого очень сильно сказались на его сегодняшнем физическом состоянии. - Чай? Кофе? – поинтересовался Чонгук у своего гостя, когда наконец смог принять сидячее положение. – Или сразу перейдём к делу? Мужчина оставался невозмутим. Он продолжал смотреть на Чонгука, немного вскинув бровь. Такое чувство, что ему не нравилась эта язвительность. - Ты знаешь, - спустя минуту заговорил мужчина и немного подвинулся на стуле вперёд к Чонгуку. Теперь их разделяло всего ничего. Они практически соприкасались коленями, - я обычно не заглядываю в гости к нашим … к таким как ты. Считай, тебе повезло. Он точно хотел сказать что-то другое. «К нашим …». Чонгук хотел переспросить и потребовать, чтобы тот закончил свою фразу, но этот мужчина опередил его и продолжил: - Твоя жизнь казалась ничем непримечательной. Было скучно изучать твою биографию. И составить эту игру не было никакого труда, потому что таких как ты, очень много. - Таких как я? – переспросил Чонгук. Ему не понравилось, что его сравнивают с такими как Сокджин. - Таких же жалких, Чонгук. - Да я никогда … - он резко подскочил с кровати, но буквально сразу же сел обратно. - А что такое? – уточнил мужчина, немного усмехаясь. – Видимо ты всё понял? Или настолько плохо после вчерашнего, что уже и стоять нормально не можешь? Лучше бы первое. Соображать нормально не получалось. Но если Чонгук всё правильно понял, то он конкретно обосрался. - Как я могу к вам обращаться? – Чонгук очень хотел, чтобы его подозрения оказались ложными. – «Человек с аккордеоном» звучит как-то совсем помпезно. - А мне нравится, - пожал плечами мужчина. – Но если тебе нужна конкретика, то называй меня просто, Юнги. - Что вам от меня нужно, Юнги? – конечно понятно, зачем он сюда пришёл. Но зачем все эти разговоры, они только выматывают и оттягивают неизбежное. – Делайте своё дело и идите с миром. - Я иногда тебе поражаюсь, - снова этот надменный взгляд. – Ты как будто издеваешься. То ты поступаешь разумно, то как полный идиот. Нет, это нормально. Но у тебя это проявляется с завидным постоянством. Даже сейчас. Я же тебе сказал, что приехал сюда не просто так … - Так зачем? А? Что вы хотели этим показать? – Чонгук начал повышать голос на Юнги. – Мне ничего не нужно, я проиграл. Вы меня столько времени преследовали на этих чёрных машинах, не давали мне проходу, даже приезжали к моей дочери в школу. Я хочу, чтобы это всё зако … - Лень, - перебил мужчина и посмотрел в злые глаза Чонгука. – Ты сейчас демонстрируешь то, как ты устал. Но на самом деле это банальная лень. Ты ничего не хочешь, тебя всё выматывает, и удивительно то, что даже угроза смерти не выводит тебя из этого состояния. Мне продолжать? Нет, не продолжать. Чонгук не хочет ничего слышать. Он всё понял и готов смириться со своим поражением. - Похоть, - так как Чонгук ничего не ответил, Юнги продолжил. – С этого всё началось? С того ужина в ресторане? Или раньше? Как бы я хотел увидеть лицо твоей жены, если бы она узнала с кем ты ей изменял. Ведь она до сих пор думает, что это какая-то обычная девушка. Она так и не догадалась, что ты изменял ей с тем, кому она чуть-ли не поклоняется. Как и все её подруги. И знаешь, она бы тебе тоже, не задумавшись, изменила бы с Тэхёном. Чонгук прикусил язык. Он не знал, что на это ответить и как остановить этого мужчину. Но тот видимо вошёл во вкус. - Гнев, - Юнги наклонился ещё чуть ближе, замечая, как у Чонгука начинают потряхивать ноги. – Ох уж это путешествие на Чеджу. Такие прекрасные дни, но с такими последствиями. Что ты тогда почувствовал? Ты же чуть не сорвался окончательно и не продолжил его избивать. Да? - Замолчи, - сквозь зубы процедил Чонгук, почувствовав вкус крови во рту. - Обжорство, - неожиданно выпалил Юнги, и когда Чонгук вопросительно на него посмотрел, то продолжил: - Да, да, именно оно. А ты, что думал? Что обжорство проявляется только в неконтролируемом поедании пищи? Нет, Чонгук. У тебя был постоянный эмоциональный голод. И ты даже не заметил этого. Ты нуждался в Тэхёне и не мог себя контролировать, находясь рядом с ним. - Остановись, - взревел Чонгук и всё-таки вскочил на ноги. Он упёрся ладонями в бёдра Юнги и наклонился совсем близко. - Если ты не хочешь, чтобы я сейчас всё это попрактиковал на тебе, то заткнись. Мне уже терять нечего. Я с удовольствием покажу тебе и гнев, и похоть, и всё остальное. Особенно сильно раздражало лицо Юнги. Никаких эмоций, одно лишь спокойствие и ничего больше. С такими оппонентами тяжело спорить. Поэтому Чонгук убрал руки и, покачав головой, стал расхаживать по комнате. - Если ты сюда приехал, значит у меня есть шанс пережить это и забыть, как страшный сон? – Чонгук остановился и задумался, а сможет ли? Сможет ли он это забыть? - Да, - последовав примеру Чонгука, Юнги тоже встал со стула и сразу развернулся к нему лицом. - А если я не могу? Я не знаю, как мне жить дальше. У меня ничего нет. От взгляда Юнги веяло только холодом. Он смотрел настолько пронзительно, что казалось, будто он видит все его мысли. Ничего не ответив, Юнги подошёл ближе и встал напротив Чонгука. Немного приподняв край своей толстовки, он пошарился в кармане брюк и достал оттуда вещь, от которой Чонгук невольно сделал шаг назад. - Зачем ты мне его даёшь? – он смотрел то на пистолет, то на спокойного Юнги. Стало страшно. – Что мне с ним делать? - Я как понял, ты больше не хочешь с нами работать и цепляться за свою жалкую жизнь, - Юнги сделал шаг вперёд, протягивая оружие, а Чонгук наоборот – шаг назад, - Так что можешь сделать с ним всё, что угодно. Можешь застрелиться, можешь застрелить кого перед своей смертью. Мне всё равно. Если ты сейчас не принимаешь условия, я тебе говорю имя того, кто во всём виновен и объясняю ситуацию, а потом отдаю оружие и ухожу. Дальше у тебя будут одни сутки. Ты можешь сделать всё сам, ну а если струсишь … - В этом кто-то виновен? – как такое могло быть? Он же сам принял все условия, и сам же пошёл на это. – Я ничего не понимаю. - Отвечай мне на мои вопросы, а не задавай другие, - не выдержал Юнги и тоже повысил голос. – Я тебе всё сказал. Ты можешь сейчас попытаться спасти свою жизнь или можешь всё закончить сразу. Конечно, он согласен. Какой бы идиот отказался бы от такого шанса? Но ведь Юнги больше ничего не говорит. Он задал два вопроса, а на другие не отвечает. Каким будет этот его последний шанс? Чонгук даже не представлял. - Я согласен, - Чонгук отвернул голову и пальцем ткнул в пистолет. – Только убери от меня эту штуку, пожалуйста. Юнги понравился ответ. Это отразилось на его выражении лица. Он расплылся в улыбке и наконец убрал оружие обратно. Немного помешкав, он кивнул Чонгуку в сторону кухни, чтобы они могли спокойно обсудить всё остальное. Когда они сели за стол, Юнги не стал дожидаться вопроса со стороны Чонгука, а начал разговор сам. - Я рад, что ты согласился, - этими словами Юнги подтвердил свою улыбку на лице. – Теперь слушай меня внимательно. Два раза я повторять не буду. - Весь во внимании, - сглотнул Чонгук, снова напрягаясь всем телом. - Со следующего понедельника у тебя есть ровно десять дней, чтобы дать мне ответ. Каждые два дня, я буду ждать тебя в назначенном месте для ответа. И в твоих интересах дать его, как можно быстрее. Только ты будешь нести ответственность за свои проступки. По истечении десяти дней – ты умрёшь. Третьего шанса не будет. А если выиграешь, то тогда ты продолжишь жить, а ещё узнаешь правду. Обещаю. - Я ничего не понял, - Чонгук нахмурил брови, пытаясь переварить возложенную на него информацию. Он знал, что этот человек дважды повторять не будет. – Куда мне … - Я запишу место, куда тебе нужно будет подъехать, чтобы дать ответ. А, точно. Если ты приедешь без ответа или скажешь неправильный. Застрелю на месте. Понял? Ничего Чонгук не понял. Нет, хотя одно понял. Он вляпался по самые уши. Уже давно и очень сильно. - На что мне нужно ответить? Давайте свою очередную загадку и оставьте меня в покое хоть на эти выходные, - бесполезно спрашивать больше. Пускай этот Юнги уйдёт и оставит его в одиночестве. - Прежде чем я это скажу, дам тебе совет, - голос Юнги стал очень серьёзным. – Не провались точно так же как с Чимином. Проанализируй всё. Ты до сих пор слепой, Чонгук. А сейчас эта твоя ошибка решит многое. - Я хочу услышать вопрос, - Чонгук понял уже давно, что он проебался, пора переходить к главному. - Хорошо, - не стал медлить Юнги. Он всё же сначала попросил ручку и бумажку. А когда Чонгук нашёл необходимое, то быстро записал туда нужный адрес. Поднявшись на ноги, Юнги отдал бумажку в руки Чонгука и похлопал его по плечу. - Мне нужно узнать ответ на последний вопрос, - Юнги убрал руку, развернулся и пошёл в сторону входной двери. Чонгук что-то медленно выходил из ступора. Он словил Юнги за руку только тогда, когда тот уже собирался выйти в подъезд. - На какой вопрос? – он развернул Юнги обратно к себе и умоляюще посмотрел в глаза. – Пожалуйста, скажите хоть что-нибудь. Я вообще ничего не понял. - Мне нужно узнать ответ на последний вопрос, - повторил Юнги, делая паузу между каждым словом. – Что тут не понятного? У тебя было задание. Ты провалился. Но, а если бы ты тогда дошёл до конца? Какой бы я задал тебе последний вопрос? Хотя нет, вопрос я знаю. Мне нужен ответ на него. - Так задайте мне этот последний вопрос, мать его, - Чонгуку казалось, что он сейчас сам достанет пистолет и начнёт угрожать этому Юнги. - А, нет. У тебя и так было очень много подсказок. Давай сам, а мне пора. Юнги не без труда освободил свою руку и начал быстро спускаться вниз. Но через несколько ступеней он вскинул палец вверх и развернулся обратно к Чонгуку. - Забыл сказать, - начал Юнги, так и не опустив палец. – Мы уже давно не следим за тобой на машинах. У нас другие способы слежки. - А кто тогда? – такого Чонгук не ожидал. Сегодняшнее утро удивляло его всё больше и больше. – Зачем кому-то ещё за мной следить? - Скажи честно, - Юнги нахмурился и поднялся на одну ступеньку вверх. – Ты идиот или прикалываешься? Я уже жа … Неважно. У меня нет времени, чтобы нянькаться здесь с тобой. Жду тебя во вторник в одиннадцать вечера в назначенном месте. Очень надеюсь, что ты наконец-то включишь свой мозг, и быстро справишься с заданием. До встречи. Юнги не стал ждать никаких слов или очередных попыток что-то спросить. Он быстро спустился вниз, оставив Чонгука одного на лестничной клетке, с кучей неразрешённых вопросов. А ведь надо всего лишь посмотреть чуть-чуть глубже, и ответы на все вопросы лягут на поверхность. У него есть даже не десять дней, а двенадцать, чтобы решить эту загадку. И стоит уже начать сегодня думать над этим, но Чонгук не хочет. Закрыв за собой дверь, он грустно улыбнулся. Чонгук понял, что этим преследователем мог быть только один человек. - Так вот как ты узнал мой новый адрес, - Чонгук вспомнил тот вечер, когда он уезжал от Чонхи, и чёрная тонированная машина стояла на парковке. Ведь он же тогда психанул и пошёл прямо к ней. А его преследователь уехал. – Так значит, всё это время это был ты, Тэхён. - Хотя какая теперь разница? – разговаривать с самим собой уже вошло в привычку. Он прошёл вглубь комнаты и обессиленно упал на кровать. Остался только один вопрос. И Юнги хочет, чтобы тот решил его быстрее. Чонгук не понимал, зачем ему нужно куда-то торопиться? Надо всё обдумать и дать верный ответ. Уверенность в себе снова вернулась. Он обязательно справится.