Безумно счастлив

      Шум моря приятно ласкал слух. Волны громко накатывались на берег, на прибрежные скалы, а потом, шелестя песчинками, треща раковинами моллюсков и камушками, отбегали назад, с плеском разбиваясь о следующие волны.       Джисон шлёпал босыми ногами вдоль линии, до которой изредка добегали языки самых сильных волн. Вода прохладой лизала ступни, пачкая пальцы в песчинках. В одном месте высунулась верхушка давно брошенной моллюском раковины. Хан присел на корточки и начал пальцем откапывать эту красоту. Спираль отливала перламутром на солнце, слепя глаза маленькими солнечными зайчиками. Парень улыбнулся, вошёл в воду по щиколотку и окунул руку с ракушкой. Песчинки с неё падали на дно, медленно кружась. Протерев находку футболкой, он убрал её в карман. Дома целая коллекция вот таких «прелестей», как их сам называл Джисон. И эта «прелесть» почти три сантиметра в длину её пополнит. Улыбнулся чему-то своему и обернулся. В метрах десяти от него стоял юноша, который смотрел вдаль, сунув руки в карманы лёгких штанов. Хан быстрым шагом пошёл к нему, распуская солёные брызги каждым своим движением.       — Хён, почему ты остановился, — дёрнул Джисон своего спутника за край футболки, надувая щёки.       Парень вздрогнул и мягко, по-кошачьи, улыбнулся, нежно смотря на нарушителя его покоя.       — Я просто задумался, Хан-и, — он потрепал мальчика по волосам.       Джисон удивлённо распахнул свои глаза, которые стали похожи на оленьи.       — О чём ты задумался, Хо?       Минхо снова повернулся к линии горизонта за морем и прикрыл глаза, глубоко вдыхая морской воздух.       — Я безумно счастлив, что мы выбрались на море. — Повернулся к парню, смотря своими галактиками в чужие Вселенные. — Я безумно счастлив, что ты со мной.       Хан залился малиновой краской и отвёл взгляд.       — Д-да ладно тебе…       К его щёчкам прижимаются ладони, которые заставляют снова посмотреть в родные глаза. Ли чуть сильнее надавливает на них, из-за чего губы его парня делают «уточку».       — Нет, Хан Джисон, не да ладно мне. Я действительно так счастлив, что весь такой драгоценный ты достался именно мне, а не кому-то ещё. — Минхо глубоко вздохнул и продолжил. — Такой прекрасный парень достался мне, грубому, эгоистичному Ли Минхо, — брови Джисона нахмурились, и он уже собирался отрицать всё, что сказал про себя парень. — Но ты делаешь меня лучше. Ты заставляешь меня быть лучше. Пусть только для тебя, но другие меня не волнуют. Меня волнует только мой Сон-и.       Казалось, бедный мальчик с очаровательными щёчками сейчас лопнет от смущения. Он положил ладони на запястья своего парня и попытался вырваться.       — Минфо, отпуфти, повавуфта.       В ответ он только услышал добрый смех и получил лёгкий чмок в нижнюю губу. Потом Ли всё же отпустил щёки своего любимого и, пока тот растирал их, что-то недовольно бурча, подхватил его под бёдра и понёс в воду. Джисон ухватился пальцами за рубашку на чужих плечах и взвизгнул.       — Ли Минхо, куда ты меня несёшь?!       Но ответа он не услышал. Оказавшись по пояс в солёной воде, Минхо снова прикрыл глаза, улыбаясь. Сердце тонуло не в сердечной сумке, а в приятно гложущей любви к этому милому пареньку, который сейчас удивлённо его рассматривает, пытаясь понять, что у него на уме.       — И всё же я ужасно счастлив, Хан Джисон, что я люблю тебя.       Шум моря всё так же приятно ласкал слух. Волны так же громко накатывались на берег, на прибрежные скалы, а потом, шелестя песчинками, треща раковинами моллюсков и камушками, отбегали назад, с плеском разбиваясь о следующие волны. А на песке лежат два тела, которые перешёптываются, смеются и просто любят друг друга до дрожи в теле.