Мальчишки

— Приезжай. Усталый голос Луки в трубке царапает по нервам. Серхио прижимает её плечом к уху, роясь в ящике, ищет ключи и документы. — Ты в Мадриде? — Да, прилетел на сутки. Продлю контракт, и обратно в сборную. Серхио кажется, что голос Луки в конце фразы надламывается. — Еду. Серхио отключает телефон и бежит в гараж. Времени у них немного, практически нет, но они используют его всё — без остатка. Мотор ревёт, и Серхио стартует сразу, резко, шины визжат по асфальту, но ему плевать. Лука в Мадриде! До его дома Серхио едет на максимально разрешенной скорости… — Лука! Он влетает в прихожую, прижимает к стене открывшего ему дверь Луку и целует так сильно, как может, вкладывая в поцелуй всё невысказанное. Всю свою нужду и любовь. Тот отвечает. Между ними только искры не летят, хотя Серхио кажется, что губы горят огнём. Он тянет майку Луки, хочет прикоснуться к его коже, прижаться и больше не отпускать. Лука помогает стянуть через голову майку и глухо шепчет: — Смазка в заднем кармане джинс. Трахни меня. У Серхио от этих слов кружится голова. Лука поворачивается спиной и опирается своими широкими ладонями, которые так нравятся Серхио, на стену. Надо вытащить смазку, спустить с Луки джинсы и бельё, но Серхио не может — он смотрит на темные пятна на его спине и плечах. — Ты ставил банки! Серхио прижимает пальцы к горячей посиневшей коже, обводит по кругу следы на теле Луки. Тот мотает головой, не в ответ, а словно ему тяжело держать её на весу. — Я устал. Сезон. Лига Наций. Я чувствую себя как дерьмо. Это хоть немного помогает. Серхио прижимается губами к самому темному пятну. Он зацеловывает все метки на любимом теле, опуская руку в карман джинс Луки… Первый толчок, вырывает из груди Луки скрежещущий стон. Серхио выбирает медленный темп, он знает, что нравится его любовнику, и сегодня он сделает всё, чтобы тому было хорошо. Лука надсадно хрипит. Серхио прикусывает кожу на его плече, слышит очередной стон и просит: — Громче! Отпусти себя, я сегодня не уеду. Отпусти. Лука хнычет и подаётся назад, стараясь насадиться глубже, Серхио знает, что это значит. Он ускоряется, вламывается в тело Луки как можно сильнее и быстрее. Тот почти кричит. Серхио обхватывает рукой член Луки, на нём чувствуются вены, знакомые до последнего изгиба. Задница Луки сжимается, и по пальцам Серхио течет горячее семя. От этого что-то щемит в подреберье, он не может удержаться и тоже кончает. Отдышавшись, он застегивает на себе джинсы, сгребает обмякшего Луку на руки и несёт в гостиную. Тот не сопротивляется. — Хочу быть моложе, — бормочет Лука. Хмыкнув, Серхио укладывает его на диван спиной вверх. Оседлывает бёдра Луки и забив на поиски крема выдавливает немного смазки на его спину. — Холодно. Серхио размазывает каплю, чтобы поскорее согреть кожу под пальцами. Он мнет напряженные мышцы Луки, стараясь не давить на потемневшие места. Тот довольно мурлычет. По крайней мере, Серхио так кажется. — Ты лучший полузащитник мира! Тебя готов переподписать Мадрид, ты точно не стар. Лука дёргает плечом, но молчит, а Серхио продолжает: — Еще год ты можешь не переживать о своем возрасте. — А потом? Голос Луки становится мягким и спокойным. — А потом — я сам тебе буду ставить банки, и ты будешь бегать как молодой еще лет пять. Лука глухо смеется. Заканчивая массаж, Серхио укрывает Луку кусачим шерстяным пледом. Он готов для этого даже прилетать в Мадрид — для Луки он готов на всё.