«Поздравляю!»

«Поздравляю!» — прочёл Кисе на экране мобильного и ещё больше удивился. Пять пропущенных звонков от Сацуки, по три — от Казунари и Тацуи и краткая смска от Шинтаро вводили Рёту в ступор. Что это он вдруг всем понадобился? И с чем — поздравляю? Не с окончанием же очередного дня съемок и не с победой Аомине, которая наверняка должна была состояться. А Кисе, к сожалению, не мог даже посмотреть матч из-за своего загруженного расписания… Стоя на автобусной остановке, Рёта стал узнавать причину этого ажиотажа. Пока он набирал Момои, телефон вновь завибрировал. Куроко и его «Очень рад за тебя» никак не прояснили ситуацию. Тут же пришло сообщение от его парня — Кагами: «Давно пора ;))))» «Наверняка вместе были, когда это узнали… Только вот что — «это»?» Затем Кисе всё-таки позвонил Момои, которая сразу ответила, но из её слов можно было мало что узнать. Однако этот радостный щебет определённо поднял растерянному Кисе настроение. Быстро завершив разговор с давней подругой, Рёта позвонил Казунари. — А что случилось? — без лишних слов начал Кисе, не дав новоиспечённому Мидориме и слова сказать. Ответом на это стал вопрос, заданный заискивающие-загадочным тоном: — Ты не смотрел игру Аомине? Нет? Прежде чем всё разнюхивать, очень советую сделать это. Рёта, съедаемый любопытством и всё нарастающим волнением, добрался до дома, где встретился со своим уставшим парнем, его ленивыми и крепкими объятиями, а также четвертью пиццы в холодильнике. Кисе сидел и смотрел запись игры с невероятным напряжением — словно сам был на поле… Тем временем пальцы Рёты жили будто своей жизнью — несмотря на всю сосредоточенность Кисе, они массировали голову и плечи Аомине, расположившегося в наушниках и с закрытыми глазами на коленях своего парня. Игра Аомине была как всегда завораживающе идеальной… Но ничего из ряда вон выходящего пока не случалось. Поэтому с финальной сиреной волнение не схлынуло, как это обычно происходило. После игры к Аомине подошла журналистка. С ними он предпочитал не общаться, но в этот раз охотно согласился на предложение сказать пару слов о сегодняшней игре. Дайки посмотрел в камеру и, ухмыляясь, уверенно произнёс: — Эту победу я посвящаю своему мужу Аомине Рёте. «Мужу Аомине Рёте» «Мужу» — Ты серьёзно?! — вскрикнул Кисе, выдёргивая наушники Аомине. — Ну… Да… Что ты так на меня смотришь… Рёта!.. Ты же сам хотел необычное предложение руки и сердца! Эй, положи подушку! Не бей меня!.. Мы не в средней школе… Да что я сделал… Ты разве не рад?.. Аомине искренне не понимал, почему в реакции Кисе было столько всего намешано, включая совершенно неожиданные эмоции — шок и даже ярость. Поэтому Дайки схватил Рёту за запястья, прижал к спинке дивана и стал с беспокойством вглядываться в это раскрасневшееся лицо, потому что, судя по его выражению, Кисе был готов заплакать. — Рад, рад, рад, конечно, рад, я… — тут Рёта действительно всхлипнул. — И… «да, тысячу раз да», если хочешь знать! — после этих слов все негодование Кисе улетучилось. Он подался вперед и поцеловал Аомине, а потом дал волю слезам, обняв своего непутёвого жениха и прошептав: — Какой же ты дурак… Как же я тебя люблю… Дайки оставалось лишь согласиться с этим и прижать к себе Кисе ещё сильнее.