Грандиозные планы

Когда перед глазами уже рябит от цифр, а иероглифы начинают прыгать по строчкам, как игроки на баскетбольной площадке, Окамура и Фукуи решают сделать перерыв в своей подготовке к выпускным экзаменам. Они идут за огромными булочками в пекарню, находящуюся на территории кампуса и по дороге встречают Лю Вэя, который подбегает к ним и с телефоном в руке объясняет, мол, ему нужно срочно сказать, где он находится, а он забыл как «это» называется. Кенсуке хочет на расспросы своего ученика ответить «стояк» вместо «остановка», но ловит на себе взгляд Окамуры. И желание в очередной раз шутить над сокомандником сразу пропадает. По доверчивости Лю Вэя, открытости Окамуры и прямоте Мурасакибары, а ещё заморочистости Химуро и его самого, Фукуи делает вывод: чем выше человек, тем с ним проще. Но это и хорошо. Повезло ему с Окамурой. Ломать голову ни над какими сложными задачами Кенсуке никогда не хотелось. А тем более сейчас, когда они готовятся к экзаменам и эти задачки встречаются сплошь и рядом. Да такие сложные, что голова раскалывается и впору запасаться лекарствами. Правда, одно лекарство у Фукуи всегда под рукой. Хотя, если учитывать габариты, это скорее он под рукой у своего лекарства — у Окамуры. Помнится, они всей командой ржали, когда от нечего делать нагуглили, что Йосен — это действительно название какого-то аптечного препарата. Но как бы не было тогда смешно, все без исключения признавали: команда благотворно действовала получше многих таблеток и трав. Для Химуро Йосен стала лекарством от прошлого, для Фукуи — от постоянного обострения хитрости, для Мурасакибары — от равнодушия, для Лю Вэя — от одиночества в незнакомой стране, а для Окамуры — просто от одиночества. Тепло от общения со всеми ними не сравнится с теплом даже самой свежей выпечки. Будет очень тоскливо прощаться, а это, к сожалению, случится уже совсем-совсем скоро… По дороге из пекарни Окамура и Фукуи встречают ещё двоих своих сокомандников — Мурасакибару и Химуро. Интересно, какую бы примету по такому случаю озвучил бы помешанный на них Мидорима? Первогодки интересуются, чем же занимаются их семпаи. А те в ответ шутливо возмущаются, мол, неужели не понятно, чем можно заниматься в такую пору. И Фукуи начинает обстоятельно объяснять, что они с Кеничи усердно готовятся, чтобы сдать экзамены, поступить в один университет и потом жить вместе с бульдогом, о котором Кеничи давно мечтает… Окамура просто стоит рядом и, довольный, изредка подтверждает кивками слова своего парня. А Химуро и Мурасакибара лишь слушают, приятно удивляются тому, как у их сокомандников хорошо устроена дальнейшая совместная жизнь, а ещё завидуют белой завистью (пока втайне даже друг от друга). На самом деле Фукуи и Окамура даже подробнее всё распланировали, просто решили пока не делиться этим. Кенсуке с улыбкой представлял, как их будущий бульдог будет похож мордашкой на Окамуру, и на их новоселии кто-нибудь из сокомандников это взболтнет, сам Фукуи сразу начнет шикать на всех, зная, что его парня это может задеть. Правда, Окамура не обидится. Но вовсе не потому, что его перестали злить подобные комментарии о внешности, просто тот случай — исключение. Ему будет нравится сравнение с любимым питомцем, ведь он сразу к нему привяжется… Окамура смотрел на довольное лицо своего парня и примерно представлял то, о чём он думает. Он и сам улыбался от подобных мыслей, которые давали силы для дальнейшей подготовки к экзаменам — первому шагу к реализации тех грандиозных планов. Хотя, они и в случае провала найдут выход. Причём, как всегда, вместе.