веточки алоэ, или о слепости младшего советника

«Там на столе моё сердце, возьми Положи в свой пустой карман Оно тебе на счастье, как талисман Оно тебе поможет, увидишь сам» — Вик — нарушая вечерную тишину в мастерской, подал голос Джейс. — М? — Виктор даже глаза на него не поднял. Снова был занят. Копошился в прототипе, который вчера любезный напарник решил проверить на исправность.... Раньше, чем Вик в принципе успел его доработать. — Ты когда-нибудь любил? — неожиданно спросил Джейс, глядя в окно на последние уходящие лучи Солнца. Такая красивая картина: ярко-алый закат на фоне голубого неба. Летние вечерние лучи всегда самые теплые. Вот и сейчас те освещали смуглую кожу юноши, отдавая тепло, заставляя жмуриться то ли от яркости, то ли от внезапно накативших чувств. — Что за дурацкие вопросы? — на секунду отрываясь от дела и приподнимая очки, спросил Виктор. — Просто интересуюсь — все так же сидя полубоком к Виктору, ответил Джейс. — Любил. — коротко бросил Виктор, возвращаясь к прототипу. — И как оно? — Что именно? — Ну...чувство любви? Последовал тяжёлый вздох. «Там на столе моё сердце Ждёт, пока его отнесут в тепло Оно уже и так всё изранено Надеюсь, что хоть ты сбережёшь его» — Утопаешь. Чувствуешь, что утопаешь в человеке и в своих чувствах. С каждым разом, все глубже погружаешься в эту пучину, медленно идя на дно... — Виктор говорил всë это, паралельно закручивая винты отвëрткой, беспрестанно вертя прототип в руках. В его лице периодически прослеживалось: «вот ведь паскуда, и так тоже не работаешь». Отчего сея картина, приняла более комичный оттенок. — Но вот парадокс... Ты совсем не против тонуть. — вот оно значит как — задумчиво ответил Джейс. — А ты с какой целью интересуешься, если не секрет? — Мэл. — коротко бросил Талес. «Найди на моём сердце живое место И закрыв глаза на его протесты Положи туда веточку алоэ И оно к утру наполнится любовью» Виктор молча ждал объяснений и Джейс это, безусловно, чувствовал: — Я не чувствую, что «люблю» её. Ну то есть — разводя руками начал он. — Мы с ней вместе. Она для меня важна. Я для неё, тоже безусловно важен. Я понимаю что с ней меня ждет стабильность и сильная поддержка, но... Когда мы вместе я чувствую, что чего-то не хватает. Будто.... Будто... — Будто на её месте должен быть кто-то другой. — заканчивая мысль за напарника изрëк Виктор. — Именно! — Ох, и кто же это избранница? — с долей усмешки спросил Виктор, он наконец отложил прототип в сторону(не без угрызения совести, но все же. Напарник для него был важнее собственных чувств). Вокруг Джейса столько девушек толпами бегают(и их можно было понять), выбирай не хочу, а он из этого драму ломает. Джейс повернулся в сторону Виктора. И во имя Пилтовера, каким же он был... Волшебным.Алые лучи очерчивали лицо, деля его пополам. Одна половина оставалась в тени, а другая будто пламенем горела. И блестящие карие глаза, что на свету становятся цвета медуницы... Скулы, нос, пухлые губы — всë будто становилось еще более сказочным и нереальным, чем обычно. Будто этот мальчишка (Виктор всегда подмечал, что не смотря на небольшую разницу в возрасте — 2 года. Джейс будто был олицетворением той самой юношеской поры, когда хочется всем себя показать) просто призрачный образ: чуть подуй, и растворится в вечернем воздухе лета. Джейс чуть нахмурил брови, и Виктор пришëл к внезапному озарению. Мысль об этом одновременно поражала и пугала учëного: — Избранник..? — неуверенно спросил Вик. Джейс молча моргнул, подтверждая его теорию. Повисла долгая пауза. Чувствовалось, что оба пытаются осознать и переворить полученную информацию. Виктору не верилось. Джейсу...Прекрасному, страстному похитителю женских сердец и причиной их же слëз... Нравятся парни? Вот ведь ирония. Думая об этом, Виктор не осознанно уже доставал волшебную пачку(ох уж эта привычка, закурить в подобных ситуациях). Вообще-то он обещал бросить, и почти это сделал, благодаря Талесу и его поддержке. Но порой бывают моменты, когда закрутить просто необходимо, чтобы остаться в трезвом сознании. Сейчас был один из таких моментов. «Найди на моём сердце живое место И закрыв глаза на его протесты Положи туда веточку алоэ И оно к утру наполнится любовью» — Просто. — Джейс схватился за голову, путая пальцы в волосах — Этот человек он...С ним я чувствую себя... Собой Мне не нужно быть для него советником, не нужно быть кем-то важным и строить из себя не пойми кого. — Он умолк на секунду. — С ним я не чувствую волнение или «бабочек в животе» или что-то похожее о чëм пишут в книгах про любовь. Наоборот. Рядом с ним я ощущаю как...Ну как будто все так и должно быть. — Талес тряхнул головой. — Такое спокойствие и чувство тепла, и... Я не уверен что объясняю правильно. — Кажется я понимаю. — на улыбке отозвался Виктор. — Выходит, повезло ему. — Повезло? — Ну да, повезло. — Виктор неспешно затянулся, на что Джейс слегка поморщился, но вслух ничего не сказал: — Такие чувства — большая редкость. Увы и ах, но в наше время люди предпочтут минутную страсть истинным чувствам на которые требуется время. От того они более несчастны и одиноки большую часть своей жизни. — выпуская дым сказал он — И ты, судя по всему входишь в число тех несчастных одиночек. Последняя фраза вспыхнула где-то внутри самого Джейса. Да что вообще Виктор себе позволяет?! — Я? Одинок!? Во имя Пилтовера, Виктор! Уж не тебе меня этим попрекать! К тому же...я постоянно в обществе разных людей. Я ведь, как никак, советник. — И даже не смотря на то обилие людей в твоей жизни, ты всë равно ужасно одинокий человек, Джейс. — бросив догорающий окурок заключил Виктор. — Не лги хотя себе. — Да я- — Предпочëл Мэл. Поддался на минутную страсть. — Подходя ближе к краю стола на котором сидел Джейс, сказал Виктор. — А знаешь почему, мои слова тебя возмущают, Джейс? — вопрос был риторическим. — Потому что это правда.И ты как никто другой это знаешь. — кладя руку ему на плечо, уже мягче добавил он. «Там на столе моё сердце лежит Одинокое, пьёт вино Ему уже решительно всё равно Кто же, наконец, заберёт его» Ураган эмоций внутри Джейса развеялся так же быстро как и вспыхнул. Стоило услышать ему успокаивающий голос напарника. Да что же это такое. Всегда такой статный, неподдающийся другим, подобно дикому жеребцу, Джейс... И был таким слабым и смирным с обыкновенным калекой—учëным, который толком и не говорил ничего. — Я не знаю что делать. — вздохнул Джейс. Возмущение ушло. Осталась лишь горечь и какое-то чувство пустоты, поедающее изнутри. — Как минимум, перестать обманывать себя и бедную Мэл, которая тебя любит. — У тебя на словах всë так просто. — А почему должно быть сложно, Джейс? Все чувства и эмоции имеют ровно тот вес, который мы им предаëм. Джейс вздохнул, закрывая лицо руками. Он всë еще чувствовал руку Виктора на своëм плече. Когда он чувствовал что тот рядом, что не один, становилось легче. По крайней мере, он не одинок, рядом находится близкий человек. Вот ведь парадокс. Мэл постоянно находилась рядом с ними, в куда большей физической близости... Но едва ли она была хотя бы на половину так же близка к нему, как Виктор, который мог находится на другом конце мастерской, а Джейс все равно чувствовал его присутствие. Талесу даже на секунду показалось, что он знает что делать. Но это была настолько безумная и априори невозможная мысль, что он поспешил выкинуть еë из головы. Вот только та уходить не спешила: — Как ты понял что твоя любовь взаимна? — Разве я говорил что-то про взаимность? — То есть... Она не взаимна? — То есть, я не знаю. Там на столе моё сердце Борется за жизнь из последних сил Его однажды кто-то недолюбил Оно так разозлилось, что весь мир не мил» Джейс потупил глаза, пытаясь осознать услышанное. Он моргнул, только сейчас замечая что солнце почти село: они так долго разговаривали? — Что значит не знаешь? — нарушая повисшую тишину, спросил Джейс. — То и значит. Он о моих чувствах знать не знает. — Он? Виктор закусил губу, поняв что сглупил. И надо же было так облажаться. А что подумает Джейс? По инерции убрал руку, чем привлек внимание напарника. Теперь они оба смотрели друг на друга: — Да. Он. — отводя глаза, повëл плечами Виктор. Снова тишина. Становилось неловко. Нужно было что-то делать, но никто из них не решался спросить первым. Нельзя сказать точно, сколько это продолжалось. Осмелюсь предположить что для обоих — около несколько вечностей. Прежде чем, к всеобщему удивлению, подал голос Виктор: — Он просто не замечает моих чувств — в голосе Виктора слышалась горечь — или не пытается заметить. — Может он боится? — выпалил напарник. — Чего? — не понял Виктор. — Своих чувств. — пустился в объяснения Джейс. — Может он так зациклен на том, чтобы понять себя, что просто не видит ничего кроме. — Как-то это эгоистично, не находишь? — Очень даже. Так что я подумал бы 10 раз, прежде чем влюбляться в такого человека. — К несчастью или нет, но люди не выбирают кого любить. — Но ты можешь принять решение: быть с этим человеком или нет. Виктор приоткрыл рот, явно намереваясь съязвить что-нибудь из разряда: «яйца курицу не учат. Не дорос ещё, советы раздавать, Ромэо», но слова застряли где-то в глубине. Вместо этого получилось: — А если я хочу быть с ним? «Найди на моём сердце живое место И закрыв глаза на его протесты Положи туда веточку алоэ И оно к утру наполнится любовью» Виктор повернулся к окну, теряясь в луче алого цвета. Теперь пришла очередь Джейса любоваться напарником. Сегодня он окончательно понял, что цвет медуницы(А именно такого цвета были глаза Виктора) его любимый цвет. И по другому быть не могло: — Хочешь быть с ним, даже не смотря на то что он заядлый эгоист, не замечающий твоих чувств? — Хочу быть с ним, даже если он, в перерывах между нашими встречами, спит с хорошенькой советницей. — отчеканил тот. Последний жребий был брошен. На кону всë. Конечно не прямым текстом, но если и сейчас Джейс его не поймет, то останется только табличку на лоб себе прибить: «Джейс Талес, слепой ты придурок, ты мне нравишься». Но это уже крайняя мера. А потому сейчас лотерея с шансами явно не в сторону Виктора. Хотя, он всегда был скептиком, говоря о том, что такого понятия в науке как «удача» не существует. Есть лишь холодный расчëт, шансы на успех и уравнения. И решение этого уравнения Виктор не знал. Ровно так же, как не знал ответ. И пожалуй, даже условия озадачивали. Загвоздка заключалась в том, что только Джейс мог помочь в данной ситуации и Виктор понадеялся что тот поймет его... Хотя бы сейчас — И как давно? — Вопрос Джейса заставил вернуться в реальность. — С первого твоего дня в академии тебя приметил. Но сблизиться не было повода. Так что я до сих пор благодарен тем воришкам. Если бы не тот взрыв, кто знает, когда бы мы еще пересеклись? Джейс слушал это и не верил своим ушам. Виктор запомнил его с первого дня? Да ведь тогда Талес особо ничего из себя не представлял. Не то чтобы он когда-то был скромником, нет. Цену он всегда себе знал. Просто... Вспоминая себя пару лет назад, юношу который толком ничего выдающегося так и не сделал...Его первое открытие закончилось масштабной катастрофой. Да и будем откровенны: если бы не Виктор в ту ночь, Джейса бы сейчас вообще не было. Лежал бы где-нибудь в земле и гнил. Такое себе достижение для учёного. — Я был рад, что мы наконец, начали работать вместе. Пусть и при таких обстоятельствах. — А я...А я до сих пор не уверен. — Джейс пытался подобрать слова, но выходило плохо. — Просто. Когда ты появился... Ну точнее... — Он замолк. Хватит позориться. Что он, школьница какая-то, которая и двух слов связать не может? (на самом деле было похоже). Нет, он Джейс Талес, теперь уже, знаменитый учëный открывший хеккстек. И если ему нужно сказать что-либо, он это скажет. Как бы тупо это не звучало со стороны. Сделав глубокий вздох он продолжил — Я уже говорил. С появлением тебя в моей жизни, я наконец почувствовал стабильность. Стабильность в том плане что...Мне было ради кого что-то делать. Было ради кого идти в академию. Делать чертежи. Строить схемы. В конце концов, просто жить. Каждый день мысль о том, что через пару часов мы встретимся и продолжим нашу работу, заставляла просыпаться по утрам и нестись в академию чуть ли не вприпрыжку. Будто так и должно было быть всю мою жизнь. Что вся моя жизнь была долгим путëм к тому дню, когда я тебя встретил. Точнее это ты меня встретил. Виктор не отвечал и Джейс воспринял это как просьбу продолжать. — Но мне всегда хотелось большего. Я хотел чтобы ты был мне не просто напарником, что исправил мою жизнь. Я хотел чтобы ты был частью моей жизни. Понимаешь? — Понимаю — уголки губ предательски поползли вверх. — Я просто хочу видеть тебя чаще. Не только в рабочее время и во время наших прогулок. Что бы ты был рядом. Быть с тобой. Слышать твой голос и твои нотации. Замечать даже самые маленькие детали и хранить их как самое ценное что у меня есть. Вот например ты замечал, как наклоняешь голову на бок, когда вопрос собеседника вводит тебя в ступор? Вот как сейчас. Виктор и впрямь застыл сейчас в такой позе смотря на Джейса. — Я хочу больше тебя. Наблюдать за тобой и твоим гибким телом. Говорить с тобой обо всëм подряд до ночи. Провожать тебя до дома, потому что, во имя Зауна, я каждый раз безумно волнуюсь, когда ты, в поздний час, добираешься куда-либо один. Покупать тебе твои любимые булочки с маком и готовить чай. Без сахара. Как ты любишь. И просто быть с тобой. — Джейс говорил это всë на одном дыхании. Слова наконец-то нашлись и их поток смог остановить разве что румянец на щеках Виктора, который выдавал его с головой(потому что лицо его оставалось таким же невозмутимым) В ту же секунду Джейс понял, что сам полыхает как пламя свечи, и причиной тому был далеко не закат: солнце уже скрылось, погружая весь город, и в частности мастерскую в светлую летнюю ночь. — И просто быть с тобой— уже тише повторил Джейс. «Найди на моём сердце живое место И закрыв глаза на его протесты< Положи туда веточку алоэ И оно к утру наполнится любовью» Молочно-холодный свет заполнял комнату, аккуратно очерчивая две фигуры на против окна. Одна более крупная, другая чуть сгорбившаяся, держащая в одной руке трость. Какое-то время они стояли, смотря друг на друга и кажется о чëм-то говорили. Но это было так тихо, что слов было не разобрать...Да и не нужно было. Когда более массивная фигура подхватила ту что поменьше и усадила еë на стол, на который до этого опиралась, все стало понятно и без слов. В этот момент, казалось, весь мир замолчал; давая двум влюблëнным возможность услышать стук сердец друг друга и ощутить чужие губы на вкус. Так, еще долго, в летней магии ночи, будут доноситься слова: — Так ты... Станешь частью моей жизни? И после недолгого молчания, безусловно, последует ответ: — Я всегда был ею Джейс. Просто ты наконец открыл свои глаза.