Madness for three.

"Вы когда-нибудь страдали Стокгольмским синдромом? Нет? Завидую вам", - сказала бы Ева. Ей приходилось испытывать страх не только за себя, но и за невинных жителей Петербурга. Стоит ей лишний раз сделать что-то, что может не понравиться Сергею, он мог сорвать гнев не на одной ей, а на целом городе. Ева ощущала себя птицей в клетке, у которой не было прав и которой не стоит провоцировать кровожадного кота, дабы не оказаться в пищеводе у зверя. Однако девушка иногда ловила себя на мысли, что не так всё печально. Хоть и редко, но чувствовала, что находясь во власти Разумовского, ей становится легче дышать, ощущая себя защищенной и нужной. О нет, не стоит думать, что с прежним Сергеем ей было нелегко. Жизнь шла своей волной, спокойной и умеренной. Но адреналин, который вскипал в крови, когда он касался её, начал вскипать только в недавнее время. После того дня, когда между ними произошла связь, Ева поняла, что полностью отдана ему как телом, так душой и рассудком. Когда девушка услышала знакомый голос в трубке, то это ввело её в ступор. Ева стояла молча, не позволяя себе сказать ни слова. Сама не зная отчего, не очень ей сейчас хотелось иметь проблемы с Разумовским. Ведь голос принадлежал никому иному как Игорю: - Я знаю, ты слышишь меня. Я знаю, почему ты молчишь и знаю, что могу тебе помочь... - Тебе бы о себе побеспокоиться. Если хочешь как-то помочь, то лучше оставь нас в покое, - тут же перебила Ева. На обратном конце трубки послышался глубокий и, по видимому, разочарованный вздох. - Вас, значит, да? Ева, если ты думаешь, что существуют какие-то вы, то ты просто сошла с ума. Ты же знаешь насколько жестоким он может быть с людьми и знаешь, каким он может оказаться с тобой... - Прекрати, Игорь, - сердце слегка ёкнуло, так как девушка довольно громко сказала это. Она боялась, что Сергей услышит имя собеседника, но в глубине душе надеялась, что её опасения были напрасными. Однако Ева поспешила закончить разговор, - Я надеюсь, что не услышу больше подобных слов в нашу сторону. На другом конце послышалась встревоженная, но невнятная речь Громова, но это её уже не интересовало.Она обессиленно опустила голову вниз, раскинув руки по углам стола. В голове была полная каша. Сейчас она не была уверена в том, что её рассудок ещё хоть как-то играет роль в её жизни, но, по видимому. эта мысль становилась очередным заблуждением. С каких пор она стала марионеткой в чьих-то руках? Похоже, этот момент она пропустила в своей жизни. Ева уже начинала сомневаться в том, а счастлива ли она на самом деле с нынешним Разумовским. Или это просто ошибочная искра, которая ослепила её? Размышления Евы продлились недолго. Их прервал голос Сергея: - Неплохое выдалось утро, - девушка испуганно дёрнула головой в сторону источника голоса. В пяти метрах от неё стоял Разумовский в своём неповторимом обличии Чумного Доктора. В руках он держал маску своей излюбленной птицы, которая по какой-то причине была завёрнута в чёрную шаль, - Знаешь, ночка оказалась куда продуктивнее, чем я думал. - Это не прошло мимо СМИ. Весь город уже в курсе о твоём очередном "подвиге", - Ева пыталась не вызывать подозрения у Сергея, ведь он и без того был напряжён. Оставалось надеяться лишь на то, что он не слышал её разговора с его неприятелем. Сергей медленной походкой обошёл Еву стороной и подошёл к своему рабочему столу, положив маску с накидкой. Он остался в одном костюме. Ева напряглась, когда Разумовский начал к ней подходить, глядя на девушку исподлобья, а когда он стоял уже вплотную, его глаза начали гореть недобрым огнём. Парень начал накручивать локон возлюбленной, не отрывая взгляд от ее шеи. - Ты знаешь, Петербург мне еще спасибо скажет, - негромко произнёс Сергей. Ева с непониманием на него взглянула и невольно спросила: - О чём ты? - Я очищаю этот город не просто от грязи, но и от людишек, которые считаю себя больно совестными и ,казалось, думают, что они преданы закону. Они считают себя истинными пророками, но я то знаю, что на уме у этих бедолаг, - эмоции на лице Разумовского не отображались совсем. Он, как голодный коршун, медленно покачивал из стороны в сторону, все также рассматривая изящное декольте Евы. Парень отпустил локон девушки и, даже не взглянув на неё, пошёл к своему столу быстрыми шагами. Он взял маску, окутанную шалью, и теперь Сергей смотрел только на Еву. Разумовский медленно подходил к ней, пиля её своим взором. - Я всегда стараюсь угодить тебе в твоих прихотях, любовь моя, - резко перевёл тему Сергей. Тело девушки уже предчувствовало неладное, оно начинало дрожать, но Ева старалась не подавать виду. Её глаза бегали от маски к лицу парня, и вот уже через считанные секунды между ними осталось совсем небольшое расстояние. - Я думаю, тебе понравится мой подарок. После сказанного, Сергей одним движением откинул шаль на пол, а в его руках осталась лишь бледная окровавленная голова в маске Чумного Доктора. Глаза Евы расширились, сердце бешено заколотилось в груде. Она чувствовала, что вот вот её вытошнит прямо на месте. Благо, она не ела ничего с утра, поэтому единственное, что она могла оставить от тошнотворного запаха гнили, так это свои органы. Девушка начала задыхаться, тело было словно парализовано, а на глазах предательски появились слёзы. Ева чувствовала себя человеком, болеющего астмой, у которого начался приступ, но, как на зло, закончилось лекарство в ингаляторе. Разумовского не остановило самочувствие возлюбленной, поэтому он снял маску с отрубленной головы. Это была голова Альберта Бехтиева, который погиб ещё в инцидент, случивший в "Золотом драконе". Глазные яблоки были вырезаны аккуратным медицинским скальпелем, рот был изогнут уголками вниз, а жирный подбородок свисал вниз. Из шеи, где придерживала рука Сергея, по немногу стекала кровь, испачкав кожу Разумовского. Казалось, Ева сейчас же сойдёт с ума от увиденного или получит инфаркт, но парень окровавленной рукой схватил девушку за щёки, заставляя её смотреть ему прямо в глаза: - Это пример того, что случится с Громовым, при каждой его попытке связаться с тобой, - Сергей вплотную выплёвывал эти слова Еве в лицо. Сейчас он был похож на Чикатило или на Ганнибала Лектера, вот только отличали от этих персонажей янтарные глаза, - я буду присылать каждую часть его тела тебе прямо в постель вместо утреннего завтрака и, конечно, его голову я повешу над изголовьем нашей постели, чтобы ему больше не к чему было прикладывать телефон, пока будет звонить тебе. Когда Разумовский отпустил её, девушка тут же помчалась в ванную, ведь её, безусловно, вырвет даже тем, что есть в её желудке от увиденного. Сергей со злобным видом швырнул голову в мусорное ведро, стоявшее у его стола. Он неспеша сел за свое рабочее место, откинувшись на спинку кресла, ожидая прихода своей возлюбленной.

Flashback

Зимнее морозное утро в Петербурге встречало детей из местного приюта. Троица дружных деток рванули через окно на просторную заснеженную полянку. Снег хрустел под детскими валенками, а снежинки игриво щекотили отмороженные носы. Сейчас им по 10 лет. Олег с Серёжей собирали тело снеговика, пока маленькая Ева крепила пуговицы из пробок от дешёвеньких лимонадов. Когда снеговик был закончен, Олег вставил морковь в центр так называемой головы, пока рыжий мальчик закутывал шею их новому снежному другу. На глаза, к сожалению, крышек не хватило, отчего снеговик был будто слепой. - Я сбегаю за старыми пуговицами из кладовой, а вы пока поищите ветки для рук, - протараторил Олежа, поправляя свою шапку ушанку. Ева с Серёжей переглянулись и, согласившись с предложением Волкова, отправились на поиски более подходящих веток... ...Время шло, а поиски веток так и не смогли начаться, ведь сейчас Ева и Серёжа лежали на снегу, глядя друг на друга своими детскими влюблёнными глазками. Это был тот день, когда Ева первый раз поцеловала мальчика в щёку, так как он поцарапал её о сучок. Они думали о том, какое будущее вместе могут построить. Конечно, в их преставление не входили взрослые проблемы. Будущая жизнь казалась им сладкой и идеальной. Какое счастье для них это тогда было. Сергей ещё до поцелуя подруги знал, что когда они вырастут то точно будут вместе. Ещё тогда мальчик знал, какие планы на неё будут построены. Когда запыхавшийся Олег вернулся к снеговику, он увидел, что на нём так и не появились руки, на что мальчик лишь усмехнулся и отправился за влюблённой парочкой.

End flashback

Сейчас Ева отмывала своё лицо от кровавых отпечатков, оставленных Разумовским. Её до сих пор трясло от увиденного. Она закрылась в ванной на щеколду, в надежде, что сможет остаться здесь на остаток своих дней. Но Ева понимала, что рано или поздно Сергей вытащит её отсюда и тогда ей самой не поздоровится. Но в ближайшее время, она выходить не планировала. Теперь ей стало точно, что если останется с ним, то и вправду спятила. Сейчас и далее кроме страха Ева ничего не сможет ощущать к Разумовскому. Но даже в этом она была не уверена, так как сама уже начинала подозревать, что сходит с ума. Ева напоследок сделала глоток воды из крана и, вытерев лицо полотенцем, вышла из ванны прямиком в зал, где её поджидал Разумовский. Он взирал на вид Петербурга, размышляя. Девушка медленно начала подходить к нему, начав диалог с "козырей". - Не боишься, что люди догадаются, что не Игорь вовсе Чумной Доктор? Ведь ложный Чумной Доктор в тюрьме, тогда кто занимается терроризмом сейчас? - Терроризмом? - усмехнувшись спросил Сергей, обратившись к Еве. Сейчас он выглядел довольным тем, что смог довести её до подобного состояния, - Это не терроризм, а перерождение. Я создам свой идеальный город и сделаю я это так, что никому даже в голову не придёт заикнуться о том, что Чумной Доктор - убийца. Сергей улыбнулся, оскалившись. Он встал со своего места и с грацией хищника начал к ней приближаться. - А, отвечая на твой вопрос, то скажу сразу - я на время закончу со своей деятельностью, чтобы Игорю дали полноценный срок, - теперь Разумовский вплотную стоял перед Евой поглаживая большим пальцем контур её губ. Он приблизился к её уху и горячо прошептал, - а когда начнётся новый этап перерождения, то все будут думать, что за дело взялся двойник Чумного Доктора, да вот только его будет уже невозможно посадить за решётку. Ева сжала руки в кулаки до самой крови, после чего останутся либо синяки, либо следы в форме кровавых полумесяцев. Не церемонясь с Евой, парень грубо впился в губы возлюбленной, заваливая её на ближайший диван. Он целовал её шею, ключицы, скулы, и всё это он делал с особой агрессией. Поначалу девушка сопротивлялась, билась руками в его грудь, дёргалась от обжигающих поцелуев, но это длилось недолго. Ева отдалась ему...снова. Она не по своей воле отдалась эйфории последующих действий и опять доказала Сергею, что принадлежит только ему. Когда Разумовский отстранился, он начал стягивать бюстгальтер с неё, оголяя пышную грудь, задавшись одним вопросом: - Как думаешь, сумел бы Игорь овладеть тобой после такого? Ответа не поступило. Ева не хотела показывать, что испугалась вопроса и вместо возбуждения ощутила страх, поэтому она молча впилась в губы парня, на что он, к счастью, ответил сразу же, не заставляя её продолжить эту тему. И снова комната наполнилась сладостными звуками любовного соития, а Ева после этого для себя подметила, что она точно слетела с катушек, и сможет ли кто помочь ей с этим справиться - ответа она явно не знала.