~ Месть Яори ~

Как оказалось, Аз выжил после произошедшего, раз смог очнуться. Яркий свет лампочки ударяет в глаза, заставляя того поморщиться, а стоило почувствовать резкую боль во всем теле, то зашипел, тихо выругавшись. Удивительно, что он вообще жив. Честно, первый уже не надеялся на лучшее, но когда замечает знакомые очертания помещения, подскакивает, испуганно осматривается. Да он же в своей комнате, черт побери! Стоп... Что тогда было? Сном назвать сложно, боль реальна, как и чувства. — ох, не дергайся, Аз... — тихо, с заботой выдает Яори, укладывая парня обратно в постель, поправив одеяло. Казалось, что он и не помнит произошедшего, как будто бы всё, что было, является каким-то реалистичным сном. — отвали от меня, чернушный! — тот резко повышает голос, вновь поднимаясь с постели, а как только Яори протягивает руку, дабы уложить обратно, ударяет по ней ладонью. — я не ясно выразился?! Да, Аз зол, прекрасно понимая, что всё, скорее всего, происходило наяву, ведь иначе появление боли во всем теле, и уж тем более внутри, не объяснить. Вместо того, чтобы уйти, Яори широко улыбнулся, резким движением повалил рыжика на постель, немного нависая над ним. — если ты будешь распускать свои руки и дальше, то я выпотрошу тебя и заставлю съесть собственные внутренности. И только посмей кому-то рассказать об этом. Ты меня понял? — с улыбкой проговорил последний, после чего медленно отстраняется от того, принимая спокойное выражение лица. Перед ним точно Яори? От подобного поворота событий Аз замолчал, испуганно смотря в безумные глаза и слабо кивает головой, тем самым отвечая на вопрос чернушного. Даже в дрожь бросает после такого. Понимает, что Яори сейчас не шутит. Ничто и никто не помешает ему сделать такое. И как теперь из этого выбираться? Как выживать, зная, что он в любой момент может зайти в комнату, или, что ещё страшнее, поджидать, когда он выйдет сам? — умница, правильно делаешь. — Яори осторожно погладил голову рыжика, усмехнувшись. Он так счастлив тому, что у него есть власть над этой высокомерной буквой... Что теперь это он боится его, а не наоборот. — а теперь... Тебе бы не помешало пойти со мной на собрание. Но перед этим поешь. Черноволосый показывает на тарелку с оладушками, политые каким-то джемом, что стоял на небольшом столике. Но Яори решил не утруждать Аза, взять тарелку самому и протянуть рыжику, также подавая вилку, наблюдая за тем, как он неохотно начал есть. А неохотно, потому что не доверял, но выбора нет. — приятного аппетита. И чтобы всё съел, я старался. Ты же не хочешь расстроить меня? В ответ лишь молчание. Аз не хотел соглашаться со словами последнего, ведь на самом деле ему было бы плевать, расстроен он или же счастлив, но вот злить не хотелось. Того раза хватило сполна. И ведь Яори, на удивление, пока тот был в отключке, обработал раны с укусами, а потом забинтовал, как бы скрывая следы насилия. Даже квадратный пластырь на щеку прилепил, чтобы в рану ничего не попало. Но а следы удушья попытался скрыть тональным кремом, и это даже получилось. Честно, хотелось выкинуть оладушки, не смотря на то, что они вкусные. Потому что он не знает, отравлены ли они или же нет. Но, к сожалению, если он их выбросит - Яори выбросит его, с окна. И как вы понимаете, у Аза нет желания полетать. Съев всё, не оставив и кусочка, рыжик какое-то время сидит молча, рассматривая тарелку. Инстинкт самосохранения кричал бежать, чтобы сделать хоть что-то и сбежать. А потому он без особых размышлений замахивается тарелкой, целясь в голову психопата, но тот вовремя реагирует, хватает за руку, отбирая тарелку, и затем заламывая ту самую руку за спину парня, из-за чего он болезненно вскрикивает, а потом и мычит, ведь ему быстро закрыли рот ладонью. — ты думал, что проведешь меня? Какой же ты наивный, Аззи. Только попробуй вилкой ударить - тут же сверну твою хрупкую шею. — с некой злостью шипит на парнишку, наблюдая за ним. — и не шуми. Тебе же не нужны проблемы? И вправду, наивно было думать, что можно было бы вырубить Яори. Осознавая, что в ближайшее время ничего не получится, Аз слабо мотает головой, как бы говоря, что ему не хотелось бы заработать новых проблем. После этого его отпускают, и он получает лёгкий подзатыльник. — чтоб без этих приколов. — Яори вновь слабо улыбается, как ни в чем не бывало. — а теперь собирайся. Ты слишком много спал. Или ты посмеешь опоздать на собрание? На вопрос чернушного, первый недовольно цокает языком, нахмурившись. Поднимается с постели, быстрыми шагами подойдя к своему шкафу, а из-за зеркала заостряет внимание на бинтах, что закрывали порезы. Черт, и ведь нежелательно их снимать, наверняка на нем и живого места нет, если ориентироваться на боль. Ещё и некоторые порезы зудят, так бы и почесать их, но нельзя. Парень тяжело вздыхает, открывая шкаф, принявшись искать одежду. Под руки попадается деловой костюм светло-коричневого цвета, и тот решает остановить выбор на нем. Как никак, собрание - серьезное дело, и одеваться нужно подобающе. И всё же... При Яори так неуютно одеваться, чувствовать на себе его пожирающий взгляд. Мало того, что в одних трусах и бинтах стоит, так ещё и он сидит. Смотрит. Молчит. Как будто строит планы, что делать дальше, и не озвучивает, чтобы было страшно. Рыжик пытается скрывать негодование на этот счёт, начав потихоньку одеваться, стараясь сильно не задевать свои раны, чтобы не провоцировать очередную волну боли, которую и так чудом терпит. — эй. Таблетки бы лучше дал. Из-за тебя всё болит, скотина. — Аз ругается на последнего, стоя на одной ноге, пытается натянуть штанину на другую, и, спустя время, делает почти то же самое, но с другой ногой. Потом же принимается за рубашку, краем глаза наблюдая за тем, что делает Яори. Чернушный же, как оказалось, ещё давно подготовил стакан с водой, который Аз не заметил, и парень на удивление спокойно выдавливает какие-то таблетки из пластинки прямо в ладонь, после чего берет стакан и подходит к рыжику, что уже застегнул пуговицы рубашки, так ещё и галстук накинуть успел. Парень принимает таблетки, закидывает их рот и глотает, тут же запивая водой, поставив наполовину пустой стакан на рядом стоящую тумбочку, как его резко прижимают спиной к стене, а порезы дают о себе знать. — ты чего творишь, придурок? Тебе врезать? — тихо шипит первый, злобно смотря в чужие глаза, в которых снова был проблеск того безумия. Но в ответ молчание, Яори с той же пугающей улыбкой начал завязывать галстук парня, вмиг затянув его потуже, заставляя начать задыхаться. — п.. Перестань хренью заниматься.. — прохрипел рыжий, начав пытаться ослабить галстук, но Яори тут же схватил за руки, подняв их над головой, а сам галстук так и оставил туго затянутым, наслаждаясь беспомощностью своей жертвы, как и тем, что кожа на лице бледнеет от страха и нехватки воздуха. — это ты хренью занимаешься. Следи за своим языком, иначе я его отрежу. — садист сдержанно хихикает, замечая, что Аз особо не сопротивляется, а потому ослабил галстук, позволяя тому шумно вдохнуть воздуха. — тебе ещё повезло, что ты вообще живой. — гх... Уважать своего насильника? Ты смеешься? — возмущается тот, пнув парня ногой, а то и вовсе, резко ударяет лбом в чужой лоб, зашипев из-за очередной боли. Всё же, у Аза голова не кирпич, чтобы каждого подобным образом бить, но, тем не менее, хватка Яори ослабла, и он смог освободить свои руки, резко отталкивая от себя чернушного. Быстрыми шагами подходит к двери и мгновенно открывает её, быстро покидает помещение, облегченно вздохнув. Хотя бы здесь, в коридоре, он в безопасности. Поправляет галстук, внимательно наблюдая за своим насильником, всё надеясь, что он не осмелится здесь срываться на нем. Он же не настолько глупый, чтобы выдавать себя? — эй, последний. Ты во что вырядился? Выглядишь как клоун. — парень как ни в чем не бывало обращается к нему высокомерным тоном, поправляя свой галстук. И вправду, одежда Яори не выглядела такой официальной, как у Аза. Хоть и, конечно, с клоуном загнули, ведь Яори скорее одет как-то по-домашнему, темно-серая толстовка с капюшоном на завязках, и такого же цвета штаны. Довольно простенько и уютно. Видимо, Яори любит подобный стиль одежды, который не бросается в глаза, так ещё и ходить в этом удобно. Не то что деловые костюмы, которые могут сковывать движения. — и чего ты там застыл? Придурок. — рано или поздно Аз поплатится за подобное поведение, снова... Но он просто старается выглядеть естественно, ведь краем глаза замечает некоторых буковок, что суетятся, прихорашиваются и идут по своим делам пока есть время, и только потом, скорее всего, на собрание. Даже вот, Ёшка заметил Аза, потом и подошедшего к нему Яори, что спокойно вручает рыжику коричневый пиджак, куртку и шапку, и, видимо, успел утащить его же, другую куртку с шапкой для себя, что были оранжевыми. — да как ты смеешь расхаживать в моей одежде? — со злостью спрашивает первый, быстро накидывая на себя оставшуюся одежду темных оттенков, интуитивно поправляя, словно перед ним сейчас стоит зеркало. — ...если я буду искать у себя - я опоздаю на собрание. Т..ты же не хочешь, чтобы я опоздал?... — невинно отвечает вопросом на вопрос, опуская взгляд на пол, провинившись. Ёшка же решил подойти к ребятам, замечая, что атмосфера у них так себе, а значит, нужно её разрядить. — привет, Яори, Аз! Могу ли я с вами пойти на собрание? Вместе будет веселее! — со-хост обнял своего друга в знак приветствия, а вот Аза обнимать, конечно же, не решался. Он слишком вредный, и ударить может, если что-то не понравится. Хоть и, конечно, Ёшку не ударит, но тогда под горячую руку попадет Яори, а этого Звёздочка не хочет. — чего тебе, Звездоглазый? Ты? С нами? Нет, я иду без него. И без тебя. Какой смысл идти вместе сейчас, если мы всё равно увидимся на собрании? Надоедливые. Дайте покоя. — Аз пользуется возможностью, что Яори сейчас обездвижен объятиями Звёздочки, а потому быстрыми шагами удаляется, скрывается за поворотом, не останавливаясь. Наконец-то сможет побыть один, без этого сумасшедшего. А Ёшку он вряд ли тронет. Стоит Краткому узнать - ему не поздоровится. И это знает каждый. Никто не хотел бы как-то конфликтовать с Кратким. Да что уж там, находиться с ним в одном помещении тоже неуютно, он у себя на уме, и мысли прочитать практически невозможно. Но ясно одно - за Ёшку любого может убить, и не важно, кого именно, если он как либо навредил буковке. — оу... Это из-за меня он так?... Извини... — виновато говорит Звёздочка, заметно взгрустнув. Ну вот, помешал им попытаться сдружиться, чтобы жили в мире и гармонии. Он знает, что их отношения сложно назвать дружескими из-за отношения Аза к Яори, но надеется на то, что рано или поздно рыжик будет мягко относиться к нему, да и к остальным, в целом. Просто нужно время. — всё нормально, Ёшка. — с теплотой отвечает Яори, начав осторожно гладить голову друга, в попытках успокоить. — ты ни в чем не виноват... Просто... У него плохое настроение, да... Голова болит, вот и бесится... Даже грустно от этого... — голова?... Он заболел? Или не выспался? — удивлённо спрашивает Ё, подняв взгляд на Яори. — и... Он поранился?... Просто я заметил пластырь... Ещё и бледный такой... Ох, знал бы Ёшка, что было на самом деле, то он бы так спокойно себя не вел с Яори... Но по нему видно, что искренне беспокоится за первого, раз замечает даже такие, незначительные детали. Он старается наблюдать за каждой буквой, не только за обджектами. Ё слишком добрый для этого мира, всё время думает о других, но не сильно думает о себе, как бы, ставит себя на последнее место. Даже от выговора Аза хотел заплакать, но сдержался, просто чтобы не поставить Яори в неловкое положение, не заставить его злиться и уж тем более беспокоиться. — честно, я не знаю... — чернушный немного мотает головой, нехотя отстранившись от Ёшки, выпуская из объятий. — он не говорит, что с ним... Хоть и я пытаюсь наладить отношения, чтобы он не ругался по любому поводу... Я... Я это... Пойду за ним, чтобы ничего не произошло, хорошо?... И ведь умеет он вести себя так, словно ничего такого не произошло. Даже Ёшка в это верит, верит в то, что Яори искренне пытается подружиться с Азом, не подозревая о скелетах в шкафу. — оух... Х.. Хорошо! Удачи тебе! Я тогда остальных подожду! —Звездоглазый натянул добродушную улыбку, начав махать рукой уходящему Яори, который в ответ также помахал рукой, быстро скрываясь из поля зрения. Всё же... У фиолетововолосого плохое предчувствие. Что-то не так. Или, может, он себя накручивает? Скорее всего накручивает. Да. Нужно думать о хорошем, и тогда произойдут хорошие вещи, верно! Тем более скоро собрание, нужно к нему подготовиться морально, а ещё успеть на него, чтобы Аз сильно не ругался. Хотя, наверное, он всё равно найдет повод для ругани, даже если все придут вовремя... — всё нормально, Ё? — внезапно обращается к тому Краткий, слабо похлопав ладонью по плечу. И когда же он успел подойти? Его же рядом не было. — если что-то произошло - не молчи, рассказывай. Тебя обидели? — о-ой, Краткий... Всё хорошо, правда! Н-никто не обидел! Извини, я просто задумался насчет собрания... Нам бы успеть до начала, чтобы Аз не расстраивался... — виновато говорит Звёздочка, касаясь кончиками указательных пальцев друг о друга. — кстати, с обджектами всё хорошо, они ничего не натворили... Надеюсь, и сейчас не натворят... Ну... Мы же сможем вернуть всё, если они что-то сломают, верно?... — расстроится и расстроится, если не мы опоздаем - так другие. — хост пожимает плечами, аккуратно подталкивая Ёшку, чтобы он начал идти с ним и не отставал. Он такой беззаботный... Кто-то мог бы и позавидовать тому, что Краткий не сильно волнуется о чем-либо. — а если обджекты что-то устроют - я их накажу. И будут они есть опилки, как раньше. Так что можешь не волноваться, они подумают над своим поведением потом. — л-ладно, как скажешь... Между ними повисла неловкая тишина, но, тем не менее, никто не собирался её нарушать, словно, так и нужно. Честно, не смотря на то, что Краткий в какой-то степени странный, непредсказуемый... С ним спокойно. Ёшка чувствует себя в безопасности с ним и верит его словам о том, что всё будет нормально, словно так оно и будет, просто потому что он так сказал. С ним можно спокойно помолчать, не бояться этой тишины, которая может иногда напрягать... Да, с ним спокойно, даже если не знать, что у него на уме. Даже зная, что он способен на любые поступки, даже аморальные, но, по отношению к Ёшке он такого ни за что не сделает. Тем временем Аз уже был на улице, немного щурясь из-за яркого света солнца, из-за которого поблескивал белый, на удивление чистый, снег, что скрипел под подошвой обуви. Которую, кстати, успел надеть, перед тем как вовсе уйти. Ух, какой же он быстрый, однако. Он размышлял насчет происходящего, того, что было с Яори, питая всё больше негативных чувств, как и отвращения, которые росли и росли до неизвестных размеров, давя парня всем своим весом, а то и вовсе, заставляя испытывать удушье на нервной почве. Почему именно Яори? Почему эта, на вид, безобидная буква так с ним поступила? Ещё и говорит, что это всё из-за него, из-за его поведения. Верить в это не хочется. До сих пор отрицает свою вину, упрямо считая, что дело в самом Яори. Что он был таким с самого начала. Да. Это так. Это его правда, в которую он хочет верить. Видимо, он просто не хочет нести ответственность за свои поступки, раз сваливает вину на других. Ну как это он, первый, виноват в чем-то? Да это же немыслимо! Так ещё и никто не поверит в то, что Яори собственноручно взял, унес его в подвал, который неизвестно где находится, пытал, так ещё и изнасиловал, чуть не задушив, так ещё и буквально минут так, десять, может меньше, назад, не задушил галстуком. Ну кто в такой бред поверит, зная, что Яори и мухи не обидит? Вот именно, что никто, и даже пытаться не нужно. Это бессмысленно. Придется самому во всём разбираться. И даже если рискнуть, рассказать, на крайний случай, Ёшке - он не примет эту правду, что его друг на такое способен. Есть конечно вероятность того, что поверит словам, а стоит увидеть доказательства в виде порезов, синяков, засосов и укусов - так тем более убедится в правде, но... Яори сказал, что в таком случае произойдет что-то ужасное. Он просто не может высказаться хоть кому-то, максимум в дневник написать, и то, прятать от поехавшего, чтобы не нашел, не прочитал душевные крики о помощи в пустоту. Слишком тяжело. Даже не знает, сколько это будет длиться, ведь, по сути, всё началось только вчера. Даже не замечает чей-то топот по хрустящему снегу, погруженный в мысли, но внезапно почувствовав объятия, Аз вздрагивает, резко поворачивает голову на обнимающего, ошарашенно смотря, в то время как нога подкосилась и из-за этого он падает на снег. Опять он. Опять Яори здесь, но теперь обнимает его, как ни в чем не бывало. Упал вместе с ним в снег и лежит сверху, не выпускает из объятий. — ...о.. Отвали от меня... — дрожащим, словно не своим голосом, говорит рыжик, пытаясь оттолкнуть от себя чернушного. — отвали... Т... Ты демон во плоти, сгинь отсюда... — ...прости. Я не уйду. — внезапно отвечает Яори, всё же, отстраняясь, чтобы встать на ноги. Затем поднимает Аза, начав встряхивать его от снега ладонями. — ...за всё прости. Я не хотел причинять тебе боль. Просто... Я хотел, чтобы ты относился ко мне нормально... А не... Как... Как к отбросу... — тихим тоном продолжал свою речь, словно сожалеет о произошедшем, грустно смотрит, а потом берется за ладони первого, пытаясь отогреть их. — и ты ещё смеешь просить прощения после этого? — сказать, что Аз в замешательстве - ничего не сказать. Его пугает подобное поведение Яори, и он сбит с толку, не понимая, являются ли его слова чистой правдой. Но... Казалось, что здесь есть доля истины, только Аз всё не хотел её принимать, ни в какую. — отвали, ты не заслуживаешь хорошего отноше- Рыжик не успевает договорить свою речь, как его тут же затыкают поцелуем, но Яори быстро отстраняется, словно боится, что кто-то из знакомых букв увидит и станет осуждать их за происходящее. Первый округлил свои глаза, не понимающе смотря на чернушного, какое-то время простояв в ступоре, но тут же даёт ему резкую пощечину, такую же сильную, какую получал раньше, и, разворачиваясь, побежал по снегу, не смотря на то, что было немного тяжело. По снегу неудобно бегать, ноги утопают, так ещё и болят. Яори будто ожидал подобной реакции, осторожно потирая свою щеку ладонью, и, замечая, что Аз начал убегать, начал быстрыми шагами за ним идти. Почему не бежать? Аз всё равно выдохнется быстрее, а то и споткнется и упадет в сугроб, нечего бегать. Тем более, он сейчас не такой быстрый из-за того, что было ещё раньше. Боль его сковывает, а значит, далеко убежать не сможет. И он словно предсказал будущее, раз подходит к уже лежащему в снегу рыжику, вновь поднимая его на ноги. — ...набегался? Теперь пошли на собрание. — совершенно спокойно обращается к Азу, как к маленькому, капризному ребенку. — сгинь с глаз моих. Я сам справлюсь. Можешь даже не приходить. — ну-ну... И как объяснишь им моё отсутствие, не подумал? Ёшка видел нас вместе, и он знает, что я пошел за тобой. — Яори тяжело вздыхает, вновь встряхнув одежду буковки от снега, что прилипал к ткани. — вот и молчи. Молча идешь .