(Не)сломленный

После того, как ребята покончили с Ногицунэ, казалось бы, все должно было наладиться. В какой-то степени. Потому что невозможно вот так вот просто смириться со смертью близкого человека. Смерть Эллисон ударила по всем. Скотт полностью замкнулся в себе, ни с кем не разговаривая, бродя по школе словно приведение. Кира, хоть и понимала его горе, пыталась хоть как-то растормошить парня, но безрезультатно. Она не обижалась, просто давала ему время, проводя дни с Малией. Девушки очень подружились, найдя опору друг в друге. Лидия после смерти лучшей подруги тоже собой не осталась. От первой красавицы школы осталась только тень. Нет, она была все так же красива, шикарный наряд, прическа и макияж, но держалась по другому. Пропала улыбка, исчезли весёлые искорки в глазах. Она не искала компаний, сторонясь всех окружающих. Стайлз метался между ними всеми, пытаясь наладить отношения в стае, снова сплотить её. Но от его действий, казалось, все было только хуже. Стилински и сам это понимал. Это он. Он все разрушил, он виноват в том, что их Стая распалась. Он виноват в смерти Эллисон. Она снилась ему каждую ночь, заставляя просыпаться в слезах с криками. После уничтожения демона все его воспоминания перешли к парню. Стайлз ненавидел себя, каждый раз переживая одно и то же. Катану, пробивающую грудь девушки насквозь. Её полный боли и неожиданности взгляд. Кровь на губах. Последний вздох. И ухмылка на лице демона. На лице, как две капли воды, похожем на его собственное. Он видел, как замыкаются его друзья, и ничего не мог сделать. Как, если он напоминание того, что случилось? Если он буквально выглядит как убийца их подруги?! Все делали вид, что Стайлз не виноват, игнорируя слона в комнате. Никто его не винил, зная, что это был Ногицунэ. Однако один лишь взгляд на Стилински приносил каждому из них боль. В общей суматохе событий никто и не думал, что чувствовал Стайлз. Каково было ему, когда Ногицунэ был в нем? Каково было видеть смерть друзей и понимать, что эта кровь останется на его руках и совести? Все последствия остались на нем, а не на лисе. И это убивало Стайлза. Он всего лишь человек. Он не бессмертен. Он не силен. Он всего лишь парень с СДВГ, гиперактивный придурок. Парень, пытающийся выжить в этом сумасшедшем мире сверхъестественного. Раньше он думал, что это вполне ему удаётся, но после этих событий он понял, что нет. Он никогда не сможет стоять наравне с другими, он всегда будет слабым звеном. Из-за слабости он и стал жертвой Ногицунэ. Он все это прекрасно понимал, однако понимать и слышать от других — совсем разные вещи. Он совершенно этого не ожидал. — Ты выглядишь лучше, чувак, — улыбнулся Стайлз Скотту, поднимаясь в лофт Дерека. Хейлу надоела неразбериха, он решил снова собраться всей стаей. Стайлз был рад этой новости и был рад, что МакКол тоже придёт. — Знаю, — слабо улыбнулся в ответ лучший друг, заходя в квартиру оборотней. Всё уже были здесь. Лидия, Малия, Кира, Айзек, Итан, Дерек. Даже Питер, сидящий на своём излюбленном месте на лестнице. Ребята поприветствали друг друга. Стайлз подошёл к Малии, интересуясь её делами в школе и в целом. Девушка в ответ забавно хмурилась, жалуясь на математику, вызывая улыбку на лице парня. В какой-то момент Дерек заговорил, привлекая внимание стаи. Он не был альфой, но был тем, кому они безоговорочно доверяли. — Произошедшие события всех нас подкосили, но мы не можем и дальше сидеть сложа руки и упиваясь горем. Нужно идти дальше. У нас много дел, Неметон набирает силы, делая наш город маяком для сверхъестественных существ и нет гарантий, что все они будут добрыми. Ребята начали кивать, соглашаясь с бывшим альфой. — Однако наша стая пока что все ещё слаба, — голос Дерека стал сухим, по коже Стайлза побежали мурашки. Он искоса покосился на мужчину. В комнате стояла тишина. — Ты предлагаешь ещё кого-нибудь укусить? — спросил Скотт, складывая руки на груди. Он был альфой этой стаи, однако он был ещё слишком юн и все ещё учился. — Нет. Я говорю о том, что нужно избавить стаю от слабого звена, — с этими словами мужчина повернулся к Стилински и его взгляд обжег парня злостью. Ребята непонимающие стали оборачиваться на сына шерифа. — Чего? — обалдел Стайлз, вставая с кресла, — что ты имеешь этим ввиду? — Тебе не место в этой стае, — холодным голосом произнёс Дерек Хейл, складывая руки на груди. — Дерек, какого хрена? Ты головой ударился? — воскликнул полностью шокированный Стилински. — Ты самый слабый среди нас, ты всех подвергаешь опасности. Вечно попадёшь в передряги, из-за чего тебя нужно спасать. Именно тобой завладел Ногицунэ, потому что ты слаб! — мужчина практически прокричал это. Стайлза словно ударили поддых. Он начал хватать ртом воздух, неверяще глядя на бывшего альфу, парня, в которого он некоторое время был влюблен. — Это не тебе решать. Не ты альфа этой стаи, — хриплым голосом ответил Стайлз, переводя слезящиеся глаза на Скотта, своего лучшего друга. Скотт не глядел на него, опустив глаза в пол. — Скотт, — позвал его Стилински, — это ведь бред. Ты сам это знаешь. Так скажи ему. Скажи, черт возьми, хоть что-то! Он тяжело дышал, боль в душе была невероятной. Ещё чуть-чуть и у него начнётся паническая атака. Парень обернулся на остальных членов стаи. Кто-то выглядел ошеломленным, кому-то было все равно. На лице Айзека он прочитал полное согласие с Дереком. Он снова обернулся к своему лучшему другу, практически брату. Человеку, который был его семьёй. И когда он все же ответил, Стайлз почувствовал, что его мир рушится. — Я согласен с Дереком, — тихо произнёс МакКол, альфа стаи Бейкон Хиллс, поднимая голову. — Что?.. — замер сын шерифа, — Скотти, ты чего?! Это же я, твой лучший друг! Мы с тобой были вместе с самого начала! Черт возьми, Скотт! Я учил тебя! Я тебя спасал! Я с самого начала был частью этой стаи! Так какого хрена, Скотт? Какого хрена ты творишь?! — Из-за тебя погибла Эллисон! — сорвался вдруг Скотт, переходя на крик. Это словно пощечина. Сердце Стайлза заныло с новой силой, он дёрнулся и отступил, сдерживая слезы. — Нет… Это не я, это… — прошептал он, но Скотт грубо его оборвал, делая шаги в его сторону. — Это был ты! Хватит все скидывать на Ногицунэ! — Скидывать? Скидывать?! — вздрогнул Стайлз, начиная злиться, — Ты понятия не имеешь, что я чувствовал! Ты никогда не думаешь обо мне! Ты вечно думал о себе, об Эллисон. Но на меня тебе всегда было плевать! Единственный раз, когда я имел для тебя значение, это тогда в больнице. Помнишь? Ты помнишь, Скотт? Помнишь свои слова? Ты сказал, что сделаешь все, чтобы меня спасти. Что-нибудь придумаешь. Но потом тебе было не до меня. Ты боролся с лисом, потому что он был опасен для людей, для вас, для неё! Ты винишь в её смерти меня, но ты знаешь, что я не виноват! Черт возьми, она снится мне каждую ночь! — он уже не сдерживал слез, они катились по его щекам, оставляя мокрые дорожки на коже. Скотт выглядел смущенным и подавленым. Он словно понял, что наговорил и был в ужасе. От своих слов. От слов Стайлза, которые были чистой правдой. — А знаете, что? Хотите, чтобы я ушёл? Я уйду! Пошли вы все нахуй! Надоело вечно бегать за вами, пытаясь спасти ваши волчьи задницы! — с этими словами он выбежал из лофта не оглядываясь. Выскочив на улице, он забрался в свой джип и от души долбанул руками по рулю. Отъехав от лофта достаточно далеко, он остановил машину на обочине. Слезы душили, и он перестал сдерживаться. Рыдания рвались из груди с рванными вздохами. Он не мог себя контролировать, поэтому просто опустил голову на скрещенные руки. Он просидел так около часа. Вытерев остатки слез, он снова завёл джип и поехал домой, чувствуя себя полностью опустошенным и потерянным. Его мир разрушился у него на глазах.