Волколисы 2. Нереальные приключения.

И вот наконец до малышки дошло, что теперь всё зависит только от неё. Царапка направила всю свою силу воли в лапы, и смогла таки найти мышцы в этих бесполезных конечностях - таких крошечных, слабых, при этом ещё и тяжёлых. Сделав пару шагов, ученица обрела уверенность и сосредоточенно двинулась к Тени. Она посмотрела подруге в остекленевшие глаза, стараясь передать хотя бы каплю той силы, которая появилась у неё несколько секунд назад. Та продолжала стоять и таращиться на небо. Тогда Царапка закрыла ей вид на него, и... Ничего не изменилось. Тень выглядела очень жутко. А малышка не хотела сдаваться. — Если мы всё равно скоро все умрём, почему бы не попробовать убежать? Мы ничего не теряем. — Прохрипела она, с трудом ворочая языком. Зрачки подруги шевельнулись, когда она увидела, как ученица снова замирает от страха. Самому погибнуть иногда не так сложно, как обречь на это других. Рот на миг приоткрылся, и она выдохнула: "Реа". Единственное, что происходит сейчас медленно - это мысли. Зато если их подтолкнуть... °Почему я не могла сразу растолкать волчицу, она ведь может унести одного из нас, или даже обоих!° Малышка в один прыжок достигла Реи и что есть силы шлёпнула лапой по её морде. Получилось раза в два слабее, чем ученица ожидала, но на волчицу это хорошо подействовало. — Царапка? — Она открыла глаза и спросила таким тоном, будто только проснулась в своей тёплой постели. — Помоги нам! — взмолилась малышка — Скорее! Реа легко вскочила, быстро оценила ситуацию (к стати, их холм уже начал дымиться), схватила совершенно не важный теперь Запретный камень, который как-то уместился в её зубах вместе с Тенью, поместила Царапку себе на спину и умудрилась даже сказать сквозь зубы: "Или мы втроём, или лев." Это и так было понятно, Герундий тоже был в ступоре, а зайцы в полной готовности, в то время как огонь, не прекращая, грыз холм. Но после озвучивания этого понимания ученица всерьёз задумалась над тем, сможет ли она радоваться без него, когда вернёт камень на место, и как в конце расстанется с остальными. И не могла представить, как поведёт себя в тот момент. Ничего, об этом ещё рано беспокоиться. Малышке было намного удобнее сидеть на спине, чем в зубах у волчицы, которая неслась через деревья навстречу горам. А искрящаяся смерть гналась за ними след в след. Друзья просто убежали, даже не попрощавшись, так как рот Реи был слишком занят, чтобы орать, Тень оставалась неподвижной, а Царапка давилась слезами. Просто убежали. И не увидели, что как только их силуэты скрылись из виду, бывший предводитель стряхнул с себя зайцев, как пушинки, и нетерпеливо прошипел: "Наконец-то! Идёмте за мной!" А затем тихо и быстро покрался за тройкой друзей. ... — Слезайте — сказала Реа, когда они добрались до гор. — эта тропа слишком узкая, чтобы я протащила вас. — Тень вывернулась из пасти волчицы и подвигалась, проверяя, в порядке ли она. Потом оглянулась назад, туда, где алели деревья в десяти метрах от неё. — Царапка, ты в порядке? — Подняться, думаю, смогу. — Хорошо. — И Тень направилась к подъёму. Реа преградила ей путь. — Я пойду первая — сказала она, а огонь приблизился на пару метров. И волна за ним всё ускорялась. Или так казалось из-за приближения? — Почему это ты?! — Потому. Я буду проверять камни, чтобы вы не сорвались. — То есть, ты думаешь, что я не... — пять метров до пламени — ладно. Идём. — Тень шла уверенно, в отличие от Реи, и жаловалась на то, что она слишком медленно идёт. Это была не глупость – оранжевый волчёнок, стоя на трёх лапах, одной осторожно проверял камень перед каждым шагом, просто у неё это получалось гораздо быстрее. К тому же она постоянно оборачивалась на стоявшую за спиной Царапку и говорила ей, как пройти или перепрыгнуть какое-нибудь место. Как только ученица во всём разобралась, даже немного огорчилась, потому что они уже поднялись на один достаточно большой выступ. Нужно передохнуть, потом долго не будет такой возможности. Все, кроме Тени, свалились от усталости. — И давно ты умеешь ходить по горам? — Спросила Реа Оранжевый волчонок замялся, но всё же тихо ответил: — Мы тут живём. Только это тайна.