Шанс на искупление

Казалось, ее слезы были словно из хрусталя. Такие идеальные, хрупкие, как и она. Лицо не вызывало жалости, да и вообще, никаких других эмоций. Это пугало. Сколько я не смотрел на нее, на протяжении пяти лет, я так и не увидел на ее лице улыбки. Ни разу за все это время уголки ее губ не дрогнули. Словно кукла. Она была безэмоциональна. Только слезы капали, не спеша, словно внутри нее были специальные трубки, как у всех кукол того времени. Стеклянные глаза наполненные болью, и то, едва уловимой, неподвластной взору обычного человека. Она была живой и в то же время мертвой. Где-то на грани реальности и снов, в которые она так любила погружаться раз за разом. Не то чтобы я не любил ее. Любил, но то было давно. Уже позабыто временем и словами, сорванными когда-то, как нежные розы в саду. Всему виной была она. Нет, признать себя виновным в этом был бы грех. И стало быть отречься от своих чувств было единственным спасением для нас двоих. Она была воистину прекрасна. Дитя сотворенное природой и богом, собравшее в себя все величие. Любовь это вообще довольно странное чувство, на которое способен не каждый. Любят те, кто чист душой. Я же не любил. Я утопал в грехах и моим искуплением стала она. Она не просила помощи, прощения или разрешения уйти. Никогда, даже сейчас. Просто стояла и смотрела на меня. А я на ее слезы. Ее лицо не выражало отчаяния и безысходности, смирения или скорби. Оно было пустое. Просто стояла и смотрела на меня. Под дулом моего пистолета. Из которого всего пару секунд назад прогремел выстрел. Я потерял свой шанс на искупление.