Вампирская трилогия. История вторая.

Шнайдер действительно просто представления не имел о том, сколько всего Рихард способен дать ему благодаря своим возможностям. Рихард начал демонстрировать ему это сразу же, желая создать ему как можно более комфортные условия для его дальнейшего существования рядом с ним. Несколько вечеров подряд, после захода яркого летнего солнца, смертельно опасного для них обоих, он проехался со своим новым любовником по дорогим, модным мужским бутикам, в которых одевался сам, и благодаря множеству сделанных ими покупок для Шнайдера был создан шикарный гардероб: костюмы, брюки, пиджаки, туфли, джинсы, рубашки, майки, бельё. Всё было только высшего качества, одежда была модной, стильной и очень дорогой. Далее он предложил Шнайдеру выбрать машину, которую он для него купит. Марка и цена не имели значения. - Я хочу твой джип! - заявил Шнайдер. - Без проблем! - улыбнулся Рихард, достал из кармана джинсов ключи от джипа и протянул их ему. Шнайдер с сомнением взял ключи. Он подумал, что Рихард шутит. Но Рихард не шутил. Он действительно подарил ему свой джип, переоформив на него документы, а для себя приобрёл шикарный чёрный седан "БМВ" последней модели. Следующим шагом по завоеванию Шнайдера стала персональная выставка его картин, организованная для него Рихардом. На выставке демонстрировались все картины, которые Шнайдер посчитал достойными этого. Был снят красивый зал, вечер выставки собрал около двухсот приглашённых гостей. Рихард оказался обладателем большого количества солидных друзей, ещё большего количества знакомых, почти все они не отказались посетить выставку его протеже, присутствовали так же некоторые творческие личности и, безусловно, представители прессы. О Шнайдере заговорили как о начинающем талантливом художнике, его работы вызвали весьма положительные отзывы у ценителей живописи. Проявив должное старание при организации этого мероприятия, и вложив в него необходимую сумму, Рихард осуществил для Шнайдера то, о чём он не смел даже мечтать, то, что порой снилось ему в восхитительных снах, которые реальность, едва он открывал глаза, разбивала вдребезги. Его собственная персональная выставка! Его работы оценили, о нём заговорили! Гости пили шампанское, обсуждали его картины, которые он так старательно создавал, в которые вложил столько души, и сходились во мнениях, что его творения замечательны, и у него имеется настоящий талант! Шнайдер стал звездой этого вечера! Он выглядел прекрасно, в дорогом тёмно-синем костюме, отлично сидевшем на нём и так подходившим по цвету к его глазам, его очаровательные кудряшки мягко обрамляли его лицо, светившееся от получаемого им удовольствия. Рихард знакомил его со своими друзьями, Шнайдер принимал поздравления и лестные отзывы, смущённо улыбаясь, давал интервью представителям культурно-художественных изданий. Он был слегка растерян и немного скован, но это от того, что он не привык к такому повышенному вниманию к своей скромной личности, ещё совсем недавно не смевшей о подобном даже мечтать. Но Шнайдеру было невероятно приятно уделяемое ему внимание. Он наслаждался своим успехом. Рихард, организовавший всё это действо, разделял его наслаждение. После прошедшей выставки Рихард приобрёл для Шнайдера прекрасную, просторную мастерскую, и вручил ему ключи от неё, вместе с этим он вручил ему платиновую банковскую кредитную карту для приобретения всего необходимого для его дальнейшего художественного творчества, а так же для любых других расходов, чтобы он в любой момент имел возможность купить себе всё, что ему только захочется. Шнайдер успокоился, ненависть и агрессия по отношению к Рихарду постепенно исчезли. Он принял свою изменившуюся сущность и новый образ жизни. Более того, он невероятно понравился ему! Его жизнь изменилась до неузнаваемости. Она стала роскошна! Теперь он жил в шикарном пентхаусе, содержащем абсолютно всё необходимое для комфортного существования, ездил на шикарном джипе, имел безлимитную кредитную карту, с помощью которой в любой момент мог позволить себе любые покупки, всё, чего ему только пожелается. Для человека, который уже давно ведёт подобный шикарный образ жизни, такого как Рихард, это всё является слишком привычным, он уже не придаёт этому большого значения, но для того, кто после более чем скромного существования получил доступ ко всей подобной роскоши, кто только начал познавать все достоинства подобного образа жизни, наполненного роскошью, комфортом и полной беззаботностью, это всё ещё слишком ново, слишком необычно, он жадно впитывает в себя все атрибуты только что приобретённой роскоши и остро наслаждается ею. Словно дорогой ресторан, постоянные посетители которого воспринимают каждый роскошный, необыкновенно вкусный ужин как нечто само собой разумеющееся, а впервые попавший туда изголодавшийся человек будет поражён выставленными перед ним роскошными блюдами, на которые он с жадностью набросится и будет с огромным наслаждением поглощать их, не в силах оторваться. Творческие амбиции Шнайдера были удовлетворены, состоялась его персональная выставка, прошедшая более чем успешно. Он занимался созданием новых картин в собственной мастерской. Он был спокоен, он был доволен своей новой жизнью, он обрёл душевное равновесие и вновь вернувшееся вдохновение нашёптывало ему всё новые и новые сюжеты для картин, которые он воодушевлённо принимался претворять в реальность. Он был сыт, Рихард заботился о том, чтобы его вновь возникающая жажда каждый раз была тут же удовлетворена бокалом человеческой крови. Шнайдер запретил себе думать о том, откуда берётся эта кровь, ради своего душевного спокойствия, столь необходимого ему для творчества, он отгородил себя от, без сомнения, мерзких подробностей её происхождения. Свободное от художественного творчества время Шнайдер проводил замечательно и с не меньшим удовольствием. В собственном ночном клубе Рихарда он мог развлекаться так, как он только пожелает, так же к их услугам были другие ночные клубы, рестораны, премьеры в кинотеатрах, различные светские мероприятия, которые Рихард и Шнайдер посещали вдвоём или в компании друзей Рихарда, состоятельных молодых мужчин и шикарных девушек, разделявших их "увлечение" человеческой кровью. На выходные Рихард увозил Шнайдера в свой дорогой загородный дом с роскошным большим бассейном, где можно было по настоящему расслабиться и отдохнуть от шумной столицы. Единственное, чем Шнайдеру приходилось расплачиваться за все получаемые им удовольствия - это позволять Рихарду любить его всегда, когда он пожелает, и столько, сколько ему будет необходимо для того, чтобы полностью насытиться им. Постепенно, раз за разом, Рихард приучал своего любимого мужчину к их сексуальной близости, демонстрировал ему все потрясающие, чувственные наслаждения, которые можно извлечь из мужской любви. Он был терпелив, он был нежен, он не позволял себе резкости, грубости. Шнайдер перестал воспринимать их близость как нечто мучительное, отвратительное, что нужно пережить, сжав челюсти, постепенно он даже начал получать от этого действа некоторое удовольствие. Но свой первый оргазм он испытал только через два месяца их постоянных сексуальных отношений. Это произошло в загородном доме Рихарда, в бассейне. Они как обычно расслабленно плавали под звёздным ночным небом в совершенно обнажённом виде. Рихард заключил Шнайдера в объятия и завладел его губами. Он ласкал его тело под водой, затем прижал его к бортику бассейна и проник в него возбуждённым членом. Шнайдер обхватил ногами его талию, открываясь ему и облегчая его дальнейшие действия. Рихард принялся нежно любить его, постепенно увеличивая темп. Он владел его губами, он покрывал поцелуями его лицо, он ласкал ртом его шею, целовал его мокрые плечи. Он достиг сумасшедшего темпа, каждую секунду отчаянно вторгаясь в него. Шнайдер выгибался в его крепких объятиях, судорожно запрокидывая голову, он впервые испытывал такое острое, такое потрясающее наслаждение от их соития. Он с удивлением осознал, что бесстыдно стонает. Впервые ему не хотелось, чтобы это закончилось побыстрее. Напротив, у него едва не вырывалось: "Ещё! Ещё! О Боже, ещё! Рихард, не останавливайся! Ещё!!!" И вдруг... волна мощного, феерического взрыва, прокатившая по его телу и вырвавшая у него громкий, восторженный крик! Оргазм!!! Потрясающий, неописуемый оргазм! Впервые испытанный от совокупления с мужчиной! Вслед за этим Шнайдер ощутил как выгнулось тело Рихарда, охваченное мощными судорогами, и уже привычно принял очередную порцию спермы, выстрелившую внутрь него. Задыхающиеся, они продолжали сжимать друг друга в объятиях, приходя в себя от всего только что испытанного. - Ты первый раз достиг оргазма! - восторженно прошептал Рихард. - Крис, ты только что первый раз достиг оргазма! Шнайдер молчал, растерянный и потрясённый тем, что с ним произошло. Он представить себе не мог, что от сексуальной близости с мужчиной можно получить столько наслаждения и так потрясающе кончить! Он был уверен в том, что подобное невозможно! - Ты испытал оргазм, оргазм! - восторженно повторял Рихард. - Крис, это наконец-то произошло! Ты в этот раз испытал настоящее наслаждение от нашего секса! Признайся в этом! - Я... Я не знал, что может быть... настолько хорошо! - растерянно прошептал Шнайдер. - Тебе ещё предстоит открыть для себя, насколько потрясающим может быть секс с мужчиной! - многообещающе произнёс Рихард. - Ты ещё научишься извлекать из него потрясающее наслаждение! Я подарю тебе столько блаженства, что ты просто забудешь о существовании женщин, только я буду необходим тебе, только я один! С этого момента во время секса с Рихардом Шнайдер стал расслабляться настолько, что достаточно быстро научился получать острое, неописуемое наслаждение от их близости, всё чаще и чаще завершающейся мощным, умопомрачительным оргазмом. Иногда он испытывал настолько потрясающие ощущения, что просто не мог держать себя в руках и, извиваясь в страстных объятиях Рихарда, к его восторгу умоляющим шёпотом требовал не останавливаться, требовал ещё, ещё и ещё. Рихард старательно увеличивал их наслаждение, он судорожно бился об обнажённое тело своего любимого мужчины, в сумасшедшем ритме снова и снова вторгаясь в него, долбя его простату, от чего тот уже практически кричал, и доводя его до нового умопомрачительного оргазма. Можно сказать, что в сексуальных отношениях Рихарда и Шнайдера установилась гармония. Единственное, чего Рихарду очень хотелось, и от чего Шнайдер категорически отказывался, даже мысли не допускал о подобном - это оральный секс. Он не возьмёт мужской член в рот, никогда и ни за что! Ну что же, Рихард не настаивал. Не стоит требовать всего и сразу, надо быть терпеливым. Со временем он поможет своему любимому мужчине изменить своё отношение к оральным ласкам. Остаётся сказать о чувствах. Со стороны Шнайдера их не было. Он смирился с изменениями, произошедшими в его жизни, произошедшими с ним самим, он принял их, он быстро научился получать от этого удовольствие, он даже укрепился во мнении, что эти изменения произошли к лучшему, он многое получил от Рихарда, он был благодарен ему за всё то, что он ему дал, он постепенно привык к нему, он уже получал настоящее наслаждение от их секса, но у него не было и, как он был уверен, не могло быть никаких искренних чувств к этому мужчине, которому он теперь полностью принадлежал. В отличие от Рихарда, для которого сексуальное влечение, овладевшее им при первом же взгляде на Шнайдера, а так же восхищение его потрясающей внешностью, его очаровательными кудряшками, его необыкновенными глазами, переросли в нечто гораздо более серьёзное, и он оказался в полной власти страстных чувств, завладевших всем его существом. Шнайдер стал для него не просто любовником, объектом для удовлетворения всех его сексуальных желаний, он стал для него по настоящему любимым, страстно любимым мужчиной! Никогда прежде Рихард не испытывал подобных чувств. Они оказались настолько сильными, что он даже испугался. Он всегда считал, что не следует сверх меры привязываться к кому-либо, ведь жизнь так изменчива, и тот, кем ты владеешь сегодня, уже завтра может оказаться потерянным для тебя, придётся испытывать душевную боль, страдать. Лучше уберечь себя от всего этого. Но было уже поздно, он по уши увяз в своих страстных, безудержных чувствах, их невозможно было контролировать, невозможно было подчинить их и попытаться управлять ими, напротив, теперь они сами управляли им. Рихард старался держать себя в руках и наедине со своим любимым, обожаемым мужчиной бесконтрольно демонстрировать владеющую им сексуальную страсть, но держать внутри себя те безумные чувства, которые он вызывает в нём. Но это у него далеко не всегда получалось. В моменты страсти он часто терял над собой всякий контроль и шептал своему любимому о том, как он безумно любит его, как он невероятно дорог ему, какое огромное значение он для него имеет, в эти предательские моменты он выдавал ему все свои тайные чувства, все свои потаённые мысли о том, что он сходит по нему с ума, что он больше не представляет себе своего существования без него, что он необходим ему не меньше, чем человеческая кровь, то главное и единственное, что поддерживает в нём жизнь, что он будет владеть им бесконечно и никогда не отпустит его от себя! Но Рихард напрасно тревожился из-за своих откровений, Шнайдер воспринимал их не больше, чем стандартный любовный бред, и вопреки опасениям Рихарда у него не возникало даже мысли использовать свою власть над ним, о которой он, похоже, даже не подозревал. Ему было более чем достаточно всего того, что он уже имел, и он абсолютно не собирался требовать от жизни чего-то ещё. Шнайдер был искренне уверен в том, что его неожиданно обретённый шикарный образ жизни в дальнейшем будет неизменен, то есть всё то время, что он будет находиться рядом с Рихардом, его существование будет всё таким же комфортным и беззаботным. Он будет развлекаться, рисовать свои картины для новой выставки, уже обещанной Рихардом, потрясающе трахаться с ним, получать столь необходимую ему человеческую кровь, об источниках которой он по-прежнему запрещал себе думать... Он жестоко ошибался. Он наслаждался подобным шикарным образом жизни только в течении четырёх месяцев. А потом произошло то, что вмиг всё изменило. И он вернулся из своей роскошной сказки, в которой до этого пребывал, в жестокую реальность.