Сказ о кролике, волке и коте

- Ну вроде не так уж и плохо, м? – был задан вопрос в пустоту спустя почти пятнадцать минут бесцельных вертений и кривляний перед большим зеркалом в ванной комнате. Джинкс стояла полностью голой в пустом помещении и разглядывала свое отражение, мысленно сравнивая свою фигуру с телами Вай и Кейтлин. Она никогда не жаловалась на то, что была недостаточно красивой. Даже наоборот, хулиганка любила себя, любила свой стиль и татуировки. Но, стоя босой на ледяном полу, девушка не могла не признать, что была немного по-подростковому угловатой. Привлекательные бедра и плоский животик компенсировали отсутствие груди, глаза пугали розоватым мерцанием, а бледная кожа делала девчонку похожей на ходячий труп. Заунка была невысокой и стройной; мышцы заметны, но не так, как у старшей сестрёнки, отчего дикая кошка не казалась опасной до последнего момента, когда бежать было уже поздно. А чудные татуировки… Они были особым украшением Пау, притягивали взгляд к ее бокам и рукам, что не нравилось волчице, все еще постоянно желающей защитить сестренку от всяческих опасностей. Даже если упустить момент полуобнаженности, то остается еще холод и возможность простыть от больно лёгкого наряда. Еще особой гордостью террористки были волосы: голубые, шелковистые и длинные змееподобные косы спускались почти до пола и делали все ее зачастую хаотичные движения особенно выразительными.       Демоны Джинкс шумно возразили на ее вопрос. И она внезапно согласилась с ними, тяжело вздыхая: - Ну да, по сравнению с кексиком я выгляжу девчонкой… Тогда надо ее в чем-то другом обыграть. Она же не богиня. Никто не идеален, – девушка нервно хихикнула, дергано одеваясь. – Что-то, да и не будет у нее получаться. Я поймаю ее на ошибке и докажу Вай, что нам с ней будет и вдвоем хорошо! – глаза хулиганки загорелись энтузиазмом (и мерцанием), и она с довольным видом вышла из ванной, чуть не ударив дверью проходящую мимо волчицу. «Вот и возможность приступить… В этот раз точно я буду главнее» - Сестрёнка! – Джинкс ловкой обезьянкой резко обняла розоволосую, прижимаясь к ней всем телом и посматривая снизу в глаза «жертвы». – Ты знаешь, что ты самая самая-самая лучшая? Даже лучше скелетницы? – девушка задорно заулыбалась. А после нахмурилась, увидев на лице Вай лишь неловкую улыбку и недоумение. Все же, последнее время Пау, мягко говоря, была не слишком ласковой по отношению к родственнице и ее пассии. Поняв, что так с ходу не стоит действовать, голубоволосая быстро потеряла интерес и, отпустив сестру, стремительно скрылась в подвале.       Следующее «нападение» произошло через несколько дней. Кейтлин и Вай спокойно завтракали, когда их умиротворение было нарушено голубым смерчем, быстро оказавшимся на коленях у волчицы. Джинкс игриво заулыбалась и, сидя боком, положила голову на плечо сестры. А после тихо замурчала, расслабляясь. Наблюдающие за этим девушки удивленно затихли, особенно волчица, боящаяся неверным движением спугнуть внезапно ласковую Пау-Пау. - Кейтлин, а ты знала, что у меня очень красивая сестренка? Такая сильная и добрая, просто невероятно! – негромко проворковала кошечка с хитрой улыбочкой, немного похожей на оскал, и дернула хвостиком в легком раздражении. Реакция не та, которая должна быть. От прикосновений кексика-шмексика Вай краснеет и расплывается влюбленной лужицей, совершенно обезоруженная! Ну, зато тепло и уютно сидеть на ее коленках… Она не против – это уже хорошо. Уже относительный прогресс, надо изучать дальше.       Через неделю подобной аномальной нежности со стороны Джинкс розоволосая уже настолько привыкла к обнимашкам от сестры, что начала возмущаться каждый раз, когда не получала их в течении дня. Особенно когда считала, что заслужила их. К примеру, остановила какого-нибудь преступника или разобралась вовремя с бумажной волокитой (не без помощи младшей Кирамман).       Следующим шокирующим событием была попытка Джинкс приготовить ужин. Миротворцы возвращались с очередного дежурства, когда увидели дым, вырывающийся из приоткрытого окна их жилища. Девушки ворвались в дом в испуге за сожительницу… И обнаружили ее, стоящую посреди кухни и ругающуюся с горящей плитой. Ведь у такого гения, как она, точно-точно должно работать банальное устройство… А дальше пошел ряд нецензурных слов, от которых Вай недовольно запыхтела и, спохватившись, поспешила исправить хаос, устроенный сестрой.       Когда огонь уснул вечным сном, а дым выветрился, старшие девушки поняли, что Джинкс пропала. Обнаружили они ее в небольшой свободной нише среди склада на чердаке, скорчившуюся от крика внутренних демонов, вызванного глубочайшей и искренней виной. Пау испуганно вздрогнула, когда с двух сторон ее мягко и осторожно обняли, а после почувствовала, как потекли вымученные слезы. Так они просидели долгое время, уместившись в небольшом пространстве в благостной тишине. Сколько? Ни одна из них не смогла бы ответить на этот вопрос. Что точно можно было сказать, так это то, что после этого происшествия остатки ненависти и напряжения в доме пропали и забылись, рассеянные в прах.

***

      Чем-то подозрительным повеяло еще с утра. Вай и Кейтлин выходили на работу с ощущением тревоги и неправильности, ведь день начался без ловушек от Джинкс, шума и красок. Пау даже попыталась сделать всем кофе, хотя и вышло просто ужасно (у Кейтлин возникло подозрение, что девчонка переборщила с количеством зёрен, решив, что больше – это и есть лучше). Но волчица стойко выпила чёрную бурду, вызвав у сестрёнки счастливую улыбку. Слишком мирно, слишком нормально. Как затишье перед бурей.       И ведь миротворцы были правы! Гроза случилась. Войдя в дом, они увидели кровавый след, а после замечательную картину: на многострадальной кухне на столе восседает Джинкс и смотрит с весельем на козла бандитской наружности без руки и побитого жизнью и, если отметить яркость цветных пятен на его потрёпанной одежде, игрушками террористки. Когда шок ослаб, девушки поняли, что этот несчастный был одной из их неуловимых целей. А еще, судя по его состоянию… Кошечка вдоволь поиграла с добычей. В придачу следующей новостью было то, что голубоволосая бестия, оказывается, подорвала одну из важных заунских фабрик. К счастью для душевного спокойствия Вай и Кейтлин, погибших не было. Но выговор от них Пау получила знатный и была обречена на месячный домашний арест. Старшие девушки надеялись на временный покой.        Наивно. Разве когда-нибудь Джинкс останавливали правила? И вот она крадется по Зауну мимо вышибал одного из химбарона, чтобы под вечер принести своим соседкам важные документы: улики, такие нужные и важные для расследования миротворцев, как воздух для утопающего. Наказание сократили до недели, да еще и заобнимали бедную кошечку. - Блин, дылды вы… Особенно ты, шляпка, – проворчала террористка, плохо скрывая свое недовольство. А после, увидев улыбки на лицах девушек… Она мягко поцеловала Вай в уголок губ, осторожно взяв за щеки. Неумело Пау клюнула сестру в губы и, не удержавшись, лизнула немного шершавым язычком чужой небольшой шрам. И, пока стоящие рядом были в шоке, из любопытства встала на цыпочки и поцеловала по-быстрому Кейтлин, будто пробуя ее на вкус и мягкость. Озорно хихикнув, хулиганка молниеносно сбежала от разговоров в подвал, блеснув розовыми и сияющими от азарта и мерцания глазками. Возможно, она и зря это сделала… Но зато какие выражения лиц были у сестренки и ее шляпки! Джинкс тихо засмеялась, старательно игнорируя своих демонов. Они-то ничего не понимают. И не могут понять. Она идеальна, а, значит, не ошибается. И попасть в руки двум дурным красоткам тоже (однозначно) было ее планом. Ведь кто добровольно откажется от такого веселья, бесплатного жилья и еды? Тут ее пронзил ужас: а вдруг они ее выгонят или отправят в тюрьму? Кому нужна такая уродка? Кошечка взвыла, хватаясь за голову, и на момент оглохла от чужих громогласных голосов. Пасти чудовищ слишком близко, слишком ярок хаос. Террористка схватила украденный с кухни нож и набросилась на пустоту, умоляя кого-то, видного лишь ей одной, заткнуться.       В таком состоянии ее и обнаружили старшие девушки, когда Вай после некоторых усилий выломала запертую дверь. - Пау… Джинкс… Посмотри на меня, тише… - волчица с осторожностью начала подходить к обезумевшей кошке, плавно забирая у нее нож и нежным прикосновением к обнажённой коже привлекая чужое внимание. Кейт в это время отправилась за аптечкой, ведь в припадке девочка разбила что-то и наступила прямо на острые осколки. - Ты нам нужна, слышишь? Все хорошо. Ты мне нужна, Пау-Пау. Поможешь размотать бинты? – бывшая заключённая ободряюще улыбнулась, смотря в горящие розовые глаза, и показала кровавые корочки на тканях вокруг костяшек. Волчица слишком вспыльчивая, и не всегда поблизости находятся перчатки, спасающие ее руки от травм. Сейчас для сестер существовали лишь они вдвоем, поэтому подоспевшая младшая Кирамман застыла в проходе, боясь разрушить доверие между дорогими ей людьми.       Джинкс всхлипнула и еле заметно кивнула. Вай присела на ближайший стул, не отпуская ни на миг дорогую Пау и не нарушая зрительный контакт. Кошечка забралась на чужие колени и вцепилась в бинты, как в единственное спасение. - Спасибо, Джинкс, – девушка чудом не скривилась, когда в порыве особого усердия ее сестрёнка слишком резко сняла бинт, и набухли кровавые капельки на растревоженной ссадине. – Смотри, тут Кейтлин. Она если что всех-всех расстреляет, не даст нас в обиду. Нам с Кейт никто нипочём. Я тоже крутая, кстати. Моей силы все плохиши боятся. Все же, не зря в сказках волк большой и страшный. Мы тебя защитим, верь мне, сестренка.       И Джинкс поверила, искренне и немного по-детски наивно, и крепко-крепко обняла дорогого сердцу человека, позволяя дочке советницы обработать небольшие травмы. Только руки Вай не дала, с каким-то животным усердием зализав ранки на руках.