Сопротивление бессмысленно

— Игорь! Приветик, — ехидно улыбаясь сказала девушка, руками уперевшись в его плечи, пока тот сидел за столом над документами. — Как тебя вообще пускают сюда? — пробубнил Гром, не отрываясь от черных строчек на белой бумаге. Нарушившая покой майора, пожала плечами, заправляя рыжую прядь распущенных волос за ухо. — Природное обаяние! Прошла к креслу, присаживаясь на него, закинула ноги, обутые в черные ботинки на шнурках, которые любила и носила даже в теплую погоду. Часы неприятным тиканьем били по ушам, раздражая. — Сана, тебе двадцать три, а ведешь себя как подросток. — Тебе тридцать, а ведешь себя как дед. Игорь лишь фыркнул, дернув головой. Рядом с ней последние лет пять он всегда был суровым, вечно недовольным и ворчливым старшим братом. Приемным старшим братом. Это ни для кого не было секретом. Роксана относилась к этому спокойно, считала, что лучше быть приемной, но любимой, чем родной и никому не нужной. До восемнадцати лет девушка носила фамилию Гром, ожидала с нетерпением совершеннолетия чтобы вернуть себе родную фамилию. Волкова. Иногда она посещала тот детдом, который сейчас выглядит совершенно иначе благодаря Разумовскому. Дверь громко ударилась о стену, впуская лохматого Дубина. Тот поправлял очки, что сползли по переносите вниз. — Разумовский сбежал из тюрьмы, — протараторил Дима, совершенно не замечая девушку, нависнув на ручку двери, стараясь отдышаться. — Что?! Брюнет замер над бумагами, переваривая сказанную другом информацию. Волкова с интересом бегала глазами то с одного, то на другого. Она не полицейский и это ее не особо касается, поэтому в ее состоянии ничего не изменилось. Вспомнила лишь как давно не видела его, только вчера на фото в его социальной сети «Вместе». Не удивительно, ведь человек он занятой. Вспомнила как общалась с ним, переписываясь. Стараясь понять, что юному миллионеру нужно от нее, хоть и как от знакомой детства.

Роксана Волкова 23:57

Ты же в тюрьме? Каким образом ты умудрился написать мне?

Сергей Разумовский ✓ 23:59 Ну-ну, а если пораскинуть мозгами? В правой рукой сжала телефон, перечитывая сообщение. «Этого не может быть. Это невозможно. Игорю бы доложили», — мысли, что роем кружили в голове. Телефон завибрировал, оповещая о чем-то, но девушка не обращала внимание на частую вибрацию, вновь и вновь читая заданный вопрос. Сырые рыжие пряди скатились с плеча, теперь свисая с краю лица. Пальцами касалась маленьких квадратиков с буквами на экране, не решаясь нажать окончательно, а еще и печатала, то в тот же момент стирала, вновь оставляя белую полосу пустой с тусклыми буквами складывающимися в слово «сообщение».

Роксана Волкова 00:07

Ты сбежал.

Констатация факта, который подвергать сомнению не стоит. Сергей Разумовский ✓ 00:08 Долго ты думала, но догадалась наконец Сергей Разумовский ✓ 00:09 Не любую угрожать друзьям, но тебе не стоит знать что будет, если проболтаешься о нашем милом общении Грому

Роксана Волкова 00:12

Я ему не скажу. Но ответь на один вопрос

Сергей Разумовский ✓ 00:12 Какой?

Роксана Волкова 00:13

Это ты нанял Олега и отправил его с «подарком» к Игорю?

Сергей Разумовский ✓ 00:13 Да. Достала телефон, совсем разлегшись на небольшом кресле в углу кабинета, краем уха слушая мужчин. Новых сообщений не было. Это и огорчало и радовало одновременно. Хотелось вновь общаться с Сережей и Олегом, как в детстве. Жаль, это невозможно. Послышался скрип ножек стула об пол и Игорь вылетел, хлопая дверью. Дима тяжело вздохнул, поднял очки, сжимая пальцами переносицу. Он устал и это видно, а на руке с закатанными рукавами кофты виднелись странные синие следы. Красные точки покрытые корочкой переходящие в фиолетово-желтый. — Что с твоей рукой? — поинтересовалась, рассматривая светлую кожу. — А? — удивленно уставился на девушку, затем посмотрел на свою руку. — А, это ворона клюнула несколько раз. Ей не понравилось, что я не дал ей чипсы. — Ворона? — недоумение отразилось на лице Волковой. — Марго. Белая ворона Разумовского. Я присматриваю за ней. Думал буду делать это либо пока его не выпустят, либо пока она не умрет от старости, но походу скоро птица вернется к хозяину, раз тот сбежал, — пожал плечами, поджав губы после сказанного. Он расстроился и это было видно невооруженным взглядом. — Ты расстроился? — тихо поинтересовался, стягивая с головы кепку. — Что? Нет! — нахмурился, отвечая слишком резко. Он боялся осуждения, но она его не осудит, да и кто такая чтобы делать это? Мягко улыбнулась, серебристым добрым взглядом смотря на него. — Не ври мне в лицо, Дима. Хотелось погладить этого щенка по голове, обхватить пальцами лицо и сказать: «Эй, все нормально. Не нужно этого стыдиться». Она не посмотрит с презрением. — Немного. Хоть она и вредная, но я успел привязаться к ней, — смущенно почесал затылок, опустив взгляд светлых глаз. Рыжая с легкой улыбкой, наблюдая за неуверенным знакомым, сжимала телефон в руке. Иногда ее поражало то, как такой человек решил стать полицейским. Хотя, иногда эта профессия ему даже подходила с его чувством справедливости. Вновь появилось чувство, будто она лиса среди псов, которые внимательно следили за каждым действием, даже не думая, что сама росла бок о бок с таким же псом как и все они. Но быть может все же дикую кровь ничто не способно приручить? Потому что хотелось на волю. Хотелось к братцу волку и другу ворону. Телефон издал раздражающий звук уведомления. Сообщение. В спешке стала разблокировать экран, но сканер все никак не принимал отпечаток пальца, нервируя. — Да блять, ну же, — выругалась, тряхнув телефон. Светлые глаза с интересом наблюдали за ней, опустив рукава коричневого худи. Сергей Разумовский ✓ 13:03 Безопасность тебе гарантирована. По крайней мере мои люди избивать тебя не станут, а если такое произойдет — сообщи мне)

Роксана Волкова 13:04

Зачем тебе гарантия моей безопасности?

Сергей Разумовский ✓ 13:07 Пойми, мои люди — наемники, а черт их знает, что им взбредет в голову во время выполнения моих приказов. Чтобы выйти на Грома могут воспользоваться тобой, а я не хочу чтобы мой драгоценный друг пострадал из-за какого-то мусора. Да и Олег не будет этому рад

Роксана Волкова 13:08

Ладно, я тебе в этом доверюсь

«Какую игру ты ведешь, Разумовский?», — скрипнула зубами, сверля взглядом экран. Поставила телефон на режим вибрации, чтобы звук уведомлений не нервироваллишний раз. Нажала на кнопку блокировки, прикрыв глаза, прижала телефон ко лбу. Солнце сейчас кажется уже не таким ярким, как прежде, как будто над нами что-то нависло. Нависло над всем миром. — Все нормально? — обеспокоенно поинтересовался блондин, сев на стул где ранее сидел Гром. — Да. Стыдно ли смотреть в глаза Игоря и Димы из-за того, что скрывала? Немного. Совесть спала очень долгое время, но периодически рыпается во сне. Открывает свои черные глаза, вытягивая перед собой руки, хватаясь за воздух, словно ей приснился кошмар, и вновь забывается глубоким сном. В таких случаях можно не беспокоиться. Голос твоей совести громче, чем вопли посторонних. «Что я, черт побери творю», — подумала Волкова, смотря на Диму, который глядел в окно. А за окном Петербург жил своей жизнью, внимал всем свое царское величие. Петербург — многоликий город. Видите: сегодня у него таинственное и пугающее лицо. В белые ночи он очаровательно воздушен. Это — живой, глубоко чувствующий город. Город, что живет и дышит. Его стены, повидавшие и пережившие революции, пожары, наводнения, войны и Романовых. Городу абсолютно все равно на смерти своих людей, поэтому он даже не дрогнет от разбившегося тела об асфальт, от взрыва в метро. Он переживет даже чуму, позволит людям судить самих себя. — Кем себя возомнил этот Кирилл Стрелков, — процедил сквозь зубы ворвавшийся в кабинет Гром, бросая свою кепку на стол. — Ты про кого? — спросил Дима, смотря на майора. — Объявился какой-то Кирилл Стрелков из ФСБ и заявил, что это он будет вести дело Разумовского! Еще потребовал от меня все то, что я уже писал в отчете, который лежит в общем деле! — не унимался Игорь, расхаживая по кабинету кругами, активно жестикулируя руками. — Мне уйти?... — аккуратно спросила Роксана, с любопытством смотря на полицейских. Волкова далека от дел полиции и всего что сейчас происходит. Однако прекрасно понимала, что с нее спросят если ее общение с Разумовским раскроется, возможно, даже приплетут к какому-нибудь преступлению. — Как хочешь. Я все равно больше не расследую дело этого психа, — пожал плечами Гром даже не взглянув на девушку, которая нервно сжимала телефон в руке. — Этот тип из ФСБ забрал все имеющиеся материалы и сказал не лезть в это дело. Дима опустил глаза, сложив руки на груди. Взгляд у него был задумчивый. Роксана слушала их диалог, не зная куда деваться: остаться здесь и слушать или же уйти, позвонить Юле с предложением прогуляться. Но, к сожалению, лисы любопытны и они любят наблюдать, поэтому интерес к двух полицейским псам и их разговору взял над ней верх. Хоть лисы и являются дальними родственниками собак и волков, они живут поодиночке, не сбиваясь в стаи. Она смотрела на «подарок» от Чумного Доктора в руках Игоря, догадываясь, что именно Олег принес его. — Мы должны немедленно отдать этот телефон на экспертизу! — воскликнул Дубин, раздражаясь из-за поступка напарника, который ничего не сказал про этот телефон раньше. — Наверное... — неуверенно произнес Игорь, смотря на телефон. Волкова продолжала нервно сжимать в руках мобильник. Все внутри нее холодело от каждой вибрации с его стороны, но она продолжала игнорировать различные уведомления. Возможно, это были сообщения в беседах, лайки в инстаграм или твиттере. Или Сергей Разумовский.

* * *

Часто памятники пытаются стать незаметными, слиться с обшарпанными стенами заводских корпусов, спрятаться в кустах, что, к слову, весьма характерно для ведомственных Ильичей. Им действительно есть чего опасаться, они давно в группе риска. — Дима, я недавно была в отделении! Раньше никак нельзя было что-то сообщить? — взяв трубку, сказала Роксана, смотря на горящий красным светофор для пешеходов чтобы перейти дорогу. — Игорь пошел на встречу с Разумовским! — обеспокоенно предупредил парень, чуть ли не крича в трубку. — Будь осторожна, пожалуйста. Она замерла, игнорируя начавших свое движение по пешеходному переходу людей. Развернулась и побежала обратно к зданию полиции Петербурга. Все же зря она ушла не дослушав их диалог. В который раз она не слушает свою интуицию и действует с точностью наоборот голосу разума. Холодный Питерский ветер подул на сердечные раны, забирался под черное пальто, вызывая дискомфорт, облизывая своим морозом уши и лицо. Заметив впереди крупный силуэт в строгом костюме, направилась за ним во дворы чтобы сократить путь до отделения полиции, но он быстро скрылся из виду. Продолжая быстрым шагом двигаться по переулку, шла в сторону арки, в которой виднелось серое хмурое небо Санкт-Петербурга. — Эй, ты ведь сестра Грома? — окликнул ее со стороны мужчина в официальном костюме, но он ей не понравился и не в плане внешности, совсем нет. Что-то было в этом человеке не так, что-то, что напрягло. От него веяло опасностью. Волкова решила сократить дорогу через дворы и это стало ее очередной ошибкой. — Да... — с сомнением ответила Роксана, взглядом ища путь к отступлению. «Дура! Зачем сказала, идиотка», — мысленно бранила саму себя. Страх провел своими когтистыми руками вдоль ее тела, по рукам пока не добрался до плеч и не впился в них своими когтями. Мужчина начал подходить, а на его лице играла ядовитая ухмылка, которая, как он считал, должна была быть дружелюбной. — Значит Прокопенко хорошо тебя описал, когда рассказывал про Грома, — усмехнулся он останавливаясь рядом с ней и протянул руку. — Не бойся. Я — Кирилл Стрелков из ФСБ, веду дело на счет Разумовского. Хотел спросить вдруг тебе что-то известно. — Сначала покажите удостоверение ФСБ, потому что на словах кто угодно может быть кем угодно, — насторожилась Роксана, сжимая в кармане телефон и ключи. Стрелков показал удостоверение, но это совершенно не успокоило рыжую. — Опережая все вопросы: я ничего не знаю о Разумовском, а если это как-то связано с Игорем, то говорите с ним напрямую, — смотря мужчине в глаза, сказала девушка. Бежать. Все нутро кричало ей бежать! И она рванула в сторону арки, что была выходом из этого переулка. Никакой он не агент ФСБ! Этот ублюдок не будет ничего расследовать. — Куда! — рявкнул вслед. Схватил за воротник рубашки под пальто, и он [воротник] впился в глотку. Дернул на себя и лишь когда оказалась рядом с ним, отпустил, желая схватить за руки. — Отвали! — кинула ему, выворачиваясь. Проскользнула под руками, чуть не поскользнувшись на пыли. Но жирные пальцы намертво вцепились в рыжие волосы, потянули в сторону. Налетела спиной на стену, выбивая весь воздух из легких. Ушиблась затылком, заскулив. Пытается вздохнуть, но не получается. Легкие, словно закрыли доступ к кислороду, заставляя делать частые вдохи, хватая ртом воздух и оседая наземь. Лиса шипит, опираясь на передние лапы чтобы не пасть, чтобы не показаться пораженной. Она не сильна. Она меньше и слабее волка и пса. Те бы еще смогли потягаться с громилой, но не рыжая плутовка. Вновь за волосы ее схватил, приподнимая над землей, заглядывая в перекошенное от злости и боли лицо. — О чем ты думала вообще, дрянь, когда следила за мной? — дернул вверх, радуясь вырвавшемуся болезненному стону. — Я не следила за тобой, идиот, — огрызнулась она, заглядывая в лицо «агента ФСБ», которому не понравился ее тон. Он вновь дернул за рыжие волосы, второй рукой схватил девушку за лицо, пальцами впиваясь в скулы. — Насколько я знаю. У меня была гарантия того, что меня избивать не станут уж точно, — губы растянулись в улыбке, трескаясь, заставляя образоваться рубиновым бусинкам крови. — Вот же черт рыжий. — прошипела тихо, проклиная. Мужчина заливисто рассмеялся, отпуская рыжие волосы, закрывая часть лица теперь уже свободной рукой. Вновь впечатал в стену, перестав смеяться, нависая над ней тихой угрозой. — Не смеши меня. Иначе, разукрашу твое... Замер, взглядом смотря в никуда. Ему потребовалось несколько секунд чтобы понять и обернуться. В спину его упиралось дуло пистолета, но взгляд темных глаз, сверлящих его затылок был в разы опаснее. — Отпусти ее, — спокойный и холодный, как арктический лед. — Живо. — Да ладно тебе, Волк. Одной девки на Земле больше, одной меньше. Еще и права тут качает, — нервный смех и дрожь в голосе давали понять насколько он боится своего собеседника. Щелчок, что заставил его дыхание участиться, разжать руку. — В следующий раз я прострелю тебе колено, если увижу рядом с ней. «Олег». Глаза девушки расширились от еще большего понимания происходящего. Ее догадка была верна. — Эта девка сестра Грома, Волк! Это же был идеальный шанс убить ее! — Она та с кем поддерживает связь Разумовский, — слова заставившие со страхом посмотреть на рыжую, что молча наблюдала за всем, спиной вжимаясь в стену. Как оказалось лживый агент ФСБ отошел в сторону открывая взор на Волкова. Его взгляд оставался все таким же холодным, но следующая фраза прозвучала с раздражением: — И она моя сестра, а не Грома. Волков схватил рыжую за руку, таща ее за собой. Роксана находясь в состоянии шока, поспевала за ним. Олег молчал пока они не завернули за угол, останавливаясь напротив черного тонированного автомобиля. Его карие глаза с сожалением смотрели в серые, в которых застыл немой вопрос: «Что, мать вашу, происходит?». — Садись в машину, — кивнул он в сторону иномарки. Замерла у задней двери, протянула руку, но так и не коснулась прохладной, матово-черной ручки. Сомневалась. По персидской легенде, род людской сотворен как союзник Добра и, в соответствии с традицией, в конце концов одержит победу. Но много столетий спустя появилась другая легенда, и из нее мы узнаем противоположную версию — человек есть орудие Зла. Она дотронулась до автомобиля один раз, а биений сердца до этого испытала не менее десяти... Рыжая села в машину рядом с парнем с синими волосами, взглядом серых глаз сверля карие в узком зеркале у лобового окна. Глаза его все так же выражали сожаление. — Прости, — произнес он, отводя взгляд и выезжая на дорогу. — Давай. Парень сидящий рядом зажал ее нос какой-то тканью, повалив на себя. В нос ударил сладковатый запах. «Хлороформ», — слишком поздно догадалась лисица. Глаза оттенка грозового неба Петербурга расширились от ужаса, когда сон потихоньку настигал ее. Рыжая плакала, пытаясь отбиться, но все тщетно. Смотрела на Олега, который даже не повернулся. Вот только сердце сурового и повидавшего многое в этой жестокой жизни волка разрывалось, когда до него доносились всхлипы и рыдания с задних рядов. — Ты потом не пожалеешь об этом? — спросил парень, когда девушка погрузилась в беспамятство, расслабляясь в его руках. — Я уже жалею. Вновь заморосил дождь, ударяясь о лобовое стекло. Небеса плакали вместо Волкова, поддерживая его в этот момент. Она не попадет на фото для Грома, она не будет связана, потому что так решил проклятый вороном волк.