Все мертвы, кого я подпускала.

Вращающаяся воронка огненно-красного портала растворилась, предварительно «выплюнув» в мир живых тех, кто несколько дней назад добровольно его покинул. Просто дышать, казалось Эмме Свон настоящим счастьем. Прохладный вечерний воздух врывался в лёгкие, от ветра слезились глаза. Эмма оглянулась и почувствовала ком в горле. Дома, магазинчики, городские часы. Лавочка мистера Голда. И небо. Серое, затянутое тучами, предвещающими дождь, но такое родное Сторибрукское небо. -Мы дома, - прошептала Спасительница, искренне наслаждаясь звучанием этих слов. Вся компания как-то разом, не сговариваясь, направилась в кафе «У Бабушки». На реальность накладывались образы. Смеющийся мёртвый мальчик… Нет, это Роланд в сопровождении малыша Джона бежит обнять отца. Странный человек с обезумевшими глазами пытается оттереть стекло грязной тряпкой… Да нет же, это плотник Марко прибивает почти совсем отвалившуюся вывеску. Кафе. Их приветствует Слепая Ведьма, глядящая куда-то вдаль невидящим взором. -Меня обзывали по-разному. Сбрендившей вдовушкой, волчицей блохастой, но, чтобы ведьмой, да ещё и слепой, - никогда! - возмущается миссис Лукас. Руки… Руки сотен мертвецов тянутся к ним… чтобы обнять. Ведь Арчи, Лерой и все остальные уже и не чаяли увидеть их живыми. Лишь один человек отнёсся к возвращению домой, как к данности. С отсутствующим выражением лица поприветствовав друзей, Робин Гуд вышел из кафе. Эмма заметила это, хотела поговорить с разбойником, но рука Мэри Маргарет решительно её остановила. -Ему это нужно. Нужно побыть одному, - сказала она, с жалостью глядя в спину удаляющемуся разбойнику.

***

Лес шелестел над его головой листьями деревьев-исполинов. Робин Гуд стоял под их кронами, такой же безмолвный, такой же спокойный. Хотя изнутри разбойника прожигали языки яростного пламени боли. Реджины больше нет. Её жизнь стала расплатой за возвращение пирата в этот мир. Он больше никогда не увидит её улыбки, больше не сможет коснуться чёрных волос, она никогда больше не окликнет его: -Вор! Ни один мускул не дрогнул на лице Робина. Он знал, что её голос здесь, в лесу - лишь игра его больного сознания. Она не может быть здесь. Реджина Миллс умерла на его руках, на его глазах ушла во свет. И всё же… -Игнорировать Королеву - дурной тон, - произнёс всё тот же до боли знакомый голос. Сердце отчаянно билось, желая поверить в то, что она здесь, но разум продолжал твердить, что Реджина не может быть рядом. Но всё же отчаянный зов сердца был куда громче, и разбойник обернулся. Она стояла перед ним. Лёгкий ветерок слегка трепал чёрные волосы. Шею обвивал тот самый синий шарф, который был на ней в день, когда оба думали, что видят друг друга впервые. Пальто, туфли на каблуке… Всё слишком родное, слишком настоящее, чтобы быть миражом. -Реджина? - прошептал Робин, дотронувшись до её плеча. - Реджина! Он обнял её. Теперь то, что Реджина здесь, рядом, было неоспоримо… Он целовал её лоб, губы, щёки, глаза… Реджина улыбалась, стараясь приличия ради усмирить разбойника, хотя на самом деле была безумно рада и объятиям, и поцелуям. -Но как? - спросил Робин, едва ли не плача от, минуту назад казавшегося невозможным, счастья. - Ты же ушла. Ушла в лучший мир. -А что такое этот твой лучший мир? Для меня - родные мне люди. Мир, где ты и Генри - лучший, каким бы он не был. Поэтому небеса подождут…

***

Когда Реджина и Робин вошли в кафе «У Бабушки», пир был уже в самом разгаре. Генри тут же бросился в объятия матери. С момента её смерти сердце истинно верящего подсказывало ему, что в этот день она будет рядом. Надо только подождать. Эмма и Крюк сидели за одним столиком с Прекрасными. По их лицам и тому, как они то и дело обменивались взглядами, было понятно, что они бы сейчас с удовольствием остались наедине и посмотрели какой-нибудь заурядный фильм про любовь и счастье. Но это ещё успеется. Ведь теперь у влюблённых впереди месяцы, годы, которые некуда будет девать - целая жизнь. Друзья и враги, мужчины и женщины, старые и молодые, сказочные существа разных мастей собрались сейчас, чтобы отпраздновать победу, победу над самой Смертью. Они знали - впереди их ждут битвы со злыми колдунами, путешествия между мирами, много смеха с привкусом слёз, много побед с оттенком горечи. Но сейчас все они, как один, поднимали бокалы за возвращение из Преисподней. За возвращение домой!