Весёлая жизнь одного немца

Слышу голос из прекрасного далёка... Голос утренний в серебряной росе... Прекрасная песня. Мне она очень нравится. Душевная такая. Слушая эту песню, мне кажется, что я жил во время СССР. Такая ностальгия... Но мне всего двадцать семь лет. Куда мне ностальгировать по тому времени, в котором я ещё не существовал. Тем более моей настоящей Родиной, где я родился и жил до десяти лет, является Германия. Но, если честно, я уже стал русским. Вот и сейчас я еду на свою любимую работу, используя метро. Своей машины у меня нету. Увы, за то, что я обучаю этих полудорошных идиотов, мне платят немного, всего 35тысяч. Я учитель немецкого и истории. Немецкий я знаю идеально, а историю просто обожаю. Но всю мою работу омрачняют старшие классы. Моё имя – Август, моя фамилия – Барбаросса. Не знаю почему, но я не хочу менять фамилию. Я просто взял псевдоним "Борис Владимирович Бело́в", и никто из учеников не знал моего настоящего имени. — Альбина Алексеевна, зачем мне они? Я отвёл все уроки, и мы перегоняем план уже на пять часов. — Борис Владимирович, ну пожалуйста. Из-за этих экзаменов половина учителей отсутствует. — Извините, но можно было же вчера мне сказать? — Тогда ты не согласился бы. Ты же у нас единственный мужчина, помоги. — Хорошо, но что с ними проходить? Тем более сразу два класса на параллели! — Пусть сидят. — Лучше отменили бы занятия... — Борис, я Вас премии лишу. — Я молчу. Опять они мне этих долбоклюев втюхали. Я устал от них. Нет никого хуже десятого и одиннадцатого класса. Они неуправляемые. Ладно, они у меня посидят пару уроков и уйдут. Надо лишь потерпеть. Вот начался урок, все вяло поздоровались. — Здравствуйте. Можете убрать учебник немецкого. Сегодня вы будете просто сидеть. Можете разговаривать, но не громко. Тут же все начали выкрикивать что-то наподобие «Данке! Партия Вас не забудет!». Минут десять я спокойно делал вид, что делаю что-то важное, а на самом деле рисовал. Но внезапно ученики стали слишком бурно обсуждать меня. Меня! — Сколько он у нас работает? — Лет пять. — А семья есть? — Нет. — А я всё знаю. Мне отец помог накопать на него инфы. Не буду же я учиться у того, чью биографию не знаю. Ох уж мне этот Даниель. Извините за маты, но он думает, что он такой пиздатый, а всё хуёвые. — Что ты там знаешь, Коровин? — спросил я, посмотрев на него. Классы у нас в школе небольшие, поэтому можете не представлять себе большие аудитории. — Я всё про Вас знаю. Где родились, где росли, кто родители. — Ну-ка, просвяти меня! — Вы родились в Берлине, Ваши родители, точнее опекуны – Марта и Клаус Рейн. После их смерти вы каким-то образом оказались в России, где Вас усыновила Людмила Соколова, которая совсем недавно умерла. Кстааати, Ваше настоящее имя – Август Барбаросса. И оно действительно до сих пор. "Борис Владимирович" – это псевдоним. Верно? Вот же сучёныш. — Извини, конечно, но ты лучше историю так учил бы. Не совсем нормально проявлять такой интерес к людям. Не знаю, что подумали эти переростки, но они смеялись. Пошляки. — Борис Владимирович, один звонок моему отцу, и всё. Работы у Вас не будет. — Звони. Терять мне нечего. Хуже вас класса всё равно нету. — Мой отец лично знаком с воплощениями Единой России, Москвы, Краснодара и Сочи. — И? Не я копал на тебя информацию. Ещё одно слово, и ты пойдёшь к директриссе. Этот хам замолчал. Ненавижу я эти два класса. Я старше их на десяток лет, а они меня вообще не воспринимают. А стоит мне что-то сказать, так я сразу педофил. Вдруг ко мне на телефон пришло сообщение от директриссы. — Так, дети! — я привлёк внимание "детей". — Начальство нас оповестило, что завтра к нам приедет воплощение Единой России. Алла Викторовна просила передать, чтобы все были в форме. — Мы и так в форме! — Адидас – это не фома. Форма – это рубашка, брюки. Не было у меня проблем, зато теперь надо постараться быть примерным учителем. Обычно после такого рейда воплощений партий увольняют много учителей. Но я ведь всегда вёл себя примерно!