новая страница законченной книги

подул ветер, всколыхнув кусты. облака закрыли небо, земля укуталась в ночую тьму. Сион. между облаками появился тоненький просвет, открыв темно-фиолетовое небо. мерцала одинокая звезда. далеко под этим небом был Номер 6. Незуми уступил ветру, пристально смотря на звезду. «воссоединение настанет, Сион», — он вздохнул. Незуми поднял руку к небу и сжал кулак.

Номеру 6 грозит новая опасность...

***

- ...и так мы восстановим часть Западного Квартала, — Сион, одетый в солидный черный костюм и бордовый галстук, вёл конференцию с коллегами из Учреждения Реконструкции. сколько он уже занимается восстановлением города? три месяца? полгода? год? Сион очень устал. под его глазами появились синие круги. хоть ему нравилось поднимать город с колен, но для 17 лет это было очень и очень тяжело. психически тяжело. на него все давили — начиная от обычных граждан, заканчивая недовольными коллегами. точно, прошел год. год, как стена разрушена. год, как произошла революция. год, как Незуми ушел. первые месяцы пустота внутри была терпима. всё-таки, для своего возраста Сион многое пережил и в его душе появился несгибаемый стержень. но последнее время эта опустошенность накладывалась тяжёлым грузом. парень задумался всего лишь на секунду. в толпе сидячих сотрудников неожиданно появилась поднятая рука: - господин Сион, у меня вопрос, - рука принадлежала молодой девушке в строгом костюме. - ах, да, что хотели спросить? — молодой руководитель в бордовом галстуке наконец спустился с небес на землю после секундного забвения. - немного не по теме, но где господин Йоминг? я довольно давно его не видела. сначала мы думали, что он взял отпуск. но не думаю, что он может продолжаться полгода, - девушка положила ногу на ногу и ждала ответа. Сион помассажировал виски. он вспомнил того мужчину. Йоминг — почувствовавший власть человек, который боролся с такими людьми, а в итоге сам стал тем, кого презирал. - Мисс... — Сион хотел обратиться к коллеге по имени, но забыл его. он снова массажировал подушечками пальцев ноющие виски. - Алекса, — ответила за него девушка. - Да, простите. Мисс Алекса, господин Йоминг оказался меркантильным и циничным человеком. сейчас он отбывает наказание за несогласованный вывоз золота. я бы не хотел снова поднимать эту тему, — наконец Сион выпрямился, — Коллеги, будут ли ещё вопросы насчёт презентации? каждый ли понял свою роль в проекте? толпа коллег согласилась без дополнительных вопросов. в каком-то плане, Сион был горд собой. Наконец субботний рабочий день закончен. посидев ещё час на работе (Сион делал это довольно часто для уточнения и выяснения всех проблемных или нерешённых вопросов), он направился домой. в свой Затерянный город. только теперь он назывался Город надежды. мама не хотела переезжать оттуда, ей очень нравилась эта умиротворяющая атмосфера, эти соседи, этот запах хлеба и улыбки людей. помимо названия эта часть почти ничем не изменилась, но жизнь людей стала намного лучше: появилось новейшее оборудование в больницах, каждый день или через день пожилых людей навещали волонтеры, труд которых оплачивало государство, город поддерживал разного рода бизнес, отстраивали школы, ремонтировали дороги и так далее и тому подобное. Сион мечтал, нет, верил, — что он сможет добиться равенства в обществе. он думал, что создаст такое государство, которое нельзя будет назвать властью. ему хотелось собрать мудрость всех людей и сделать то место, где свобода слова не пресекалась государством. разве это возможно? разве люди, чья жадность, тщеславие и глупость способны на такой подвиг? горящая внутри детская наивность и вера давали ему сил верить в это. невольно юноша вспомнил сказку братьев Гримм «Дары маленького народца». и вот, Сион стоит возле своего дома. тот же порог, та же дверь, тот же запах. кто-то говорил, что цикличность — это порядок, это искусство. но белоголовый парень так не думал. ему так хотелось открыть дверь своего дома и снова очутиться в той подвальной комнате. его лёгкие бы наполнились запахом старых книг, слух — потрескиванием древесины в котле, а сам бы он увидел мягкий оранжевый тусклый свет... и того, кого мечтал узреть вновь. «Где же ты? что ты видишь сейчас? чем ты живёшь? что ты ешь и с кем путешествуешь? ты не болеешь? как Крават и Гамлет? негодники, наверное, хах...», — риторические вопросы и ответы самому себе проносились в его разуме. последнее время он часто забывается. «Сион, ты такой же дурак, как и раньше, пф», — с мягкой усмешкой произнес бы Незуми и потрепал белокурую макушку. сейчас Сион этого очень хотел. ни один голод или жажда не сравнима с этим желанием. юноша несильно стукнул себя по щеке и потряс головой. надо отвыкать от этих полетов в облаках. наконец он дёрнул за ручку и увидел те ресторанные столики, тот прилавок, мягкий свет и родителей: - Мам, привет. о, и пап, тоже привет... — отец вернулся спустя 16 лет две недели назад. пока что Сиону было сложновато называть его "папой". их встреча — это надо было видеть. неописуемый шок и радость, смешанная со слезами и гневом. такое необычное существо — человек. - Сион, сынок, ты наконец вернулся! — Каран вытирала руки и параллельно подошла к сыну. ее милая материнская улыбка будто бы освещала эту комнатку. мама положила руку на плечо юноше, — как день прошел? ох, посмотри на себя, милый... не спишь почти... такие круги под глазами. - Каран округлила пальцами скулу сына. в эту минуту встал отец и подошёл к Сиону и жене. - Парень, работаешь на полную катушку я посмотрю! ха-ха... — отец хотел подбодрить сына, но вышло немного неловко. - Пап... — Сион перевел взгляд с отца на Каран. — мам, я в порядке. не волнуйтесь. просто устаю на работе. сейчас бы мне хотелось немного отдохнуть. Каран понимающе кивнула, одарила сына заботливой улыбкой и позвала всю семью за ужин. все циклично — стол, тарелка, вилка, паста и мясо. мама, лампа, стена, стул. Цукие. отец — какое-то новое изменение. но он не чувствовал полностью это обновление. он жил все свои 16 лет без него и прожил бы дальше. папа вернулся на его 17-летие. Сион доел свой ужин, поблагодарил маму и направился наверх. ему хотелось выйти на балкон и покурить. он уже давно не открывал окно в надежде возвращения того самого человека. Сион знал насколько вредны сигареты, но это хотя бы как-то успокаивало и давало сил. - Сынок, — мама окликнула Сиона, когда тот поднимался вверх, — мы с папой сходим в гости к Ренке. придем поздно, у нее день рождение. может, пойдешь с нами? — Каран говорила и укладывала большой кремовый торт в красивую голубую коробку. - А, нет-нет, — Сион помахал рукой с натянутой улыбкой, — я останусь дома, спасибо. очень устал, даже на ногах стоять не могу. - Береги себя! Каран и отец ушли в течение 10 минут. Сион уже стоял на балконе и осматривал территории, насколько позволяла высота. последнее время он часто вздыхает. достаточно часто, чтобы ощутить неприятное покалывание в спине от протяжных вздохов. «Кажется, дождь начинается», — парень поднял свою белую голову и красные глаза вверх, выставляя руку локтем на перилах деревянного балкона. ветер крепчал и взъерошивал бесцветные волосы. Сион положил никотиновую палочку в рот и поджёг ее, защищая руками от ветра и редкого дождя. «Боже, Незуми, видел бы ты меня сейчас, то точно назвал глупым слабаком и инфантильным придурком», - Сион сам себе горько улыбнулся и закрыл глаза кистью руки, попутно выдыхая дым. Пи-пи-пи! звуки доносились из его комнаты. юноша затянулся три раза и затушил сигарету. - Цукие, что такое? — Сион зашёл в свою комнату и увидел бегающую сломя голову мышку, - что с тобой? ты голоден? хочешь погулять? мышка увидела мальчика перед собой и более-менее успокоилась. Сион повел бровью. «черт, забыл закрыть дверь на балкон... сейчас же дождь усилится и все внутри намокнет», — усталое тело быстро направилось наверх. «подождите, что это...», — Сион видел сквозь белые тонкие шторы очертание маленькой белой мышки, — «Гамлет?!». парень ринулся к балкону и действительно... там была та самая белая мышка с глазами винограда. она кинулась куда-то вниз по лестнице, царапала входную дверь. Сион молниеносно, будто шаг в шаг, бежал за Гамлетом. «Неужели... Незуми, неужели ты вернулся!», — с невероятной надеждой и трепещущим сердцем Сион выбежал на улицу вслед за белым пятнышком. Гамлет завернул куда-то за дом и осматривался, пища себе под нос. похоже, он что-то утерял... нет, кого-то утерял... - Гамлет, Незуми был тут?! — Сион присел на корточки к мышке. у него во рту пересохло, зрачки сузились, а сердце стучало, будто вот-вот выпрыгнет. Мышка пискнула и залезла к Сиону на плечо, продолжая тихонько пищать. уже шел сильный дождь. он заглушал какие-либо шаги и голоса. но Сион все равно его не слышал. в его ушах барабаном отдавался звук собственного сердцебиения. он опустил руки и поднял голову. капли скатывались по округлому лицу. снова продолжительный вздох. он потер свои уставшие закрытые глаза. «почему так все вышло? ты где-то тут? ты решил шутить надо мной?», - мысли Сиона прервал писк на плече. мышке явно не нравилось мокнуть, отчего она зарывалась в рубашку мальчика. тяжёлые ноги сами собой пошли домой. медленно шагая вверх по лестнице, Сион снова вернулся закрыть дверь балкона. на этот раз точно.