Высший хищник

В маленьком особняке на берегу океана было тепло; пронизывающий бриз разбивался о надежные стены, а шорох волн и острый запах йодоброма только помогали хозяину сосредоточиться. Магос биологикус Орантий заканчивал монографию — очередную маленькую брошюрку об очередном водном хищнике на океаническом мире Мускари, и был весьма доволен жизнью, когда ему пришел вызов. Именно вызов. Или, если угодно, предписание срочно явиться в контору представителя планетарного губернатора. Недоумевая, Орантий выключил когитатор, завел авто и поехал, по пути размышляя, что могло случиться. Его исследования носили по большей части академический характер. Мускари был тихим захолустным миром, на 83% покрытым океанами. На океанических платформах местные жители выращивали хлореллу, в открытом океане — пасли косяки креветок и китов, а единственный улей на другой стороне планеты производил детали для «Химер» и перерабатывал улов, что и составляло основной доход мира. Крупных хищников на Мускари не водилось, опасности для человека здешняя фауна не представляла. Может быть, эпизоотия? Когда Орантий вошел в контору, там его поджидали двое: представитель губернатора, немолодая женщина с волевым лицом, по имени Файлер, и незнакомка в роскошной темно-красной броне. Она показалась магосу совсем молодой, но, присмотревшись, он понял, что дело в качественном омоложении. Взгляд у незнакомки был бесстрастный и тусклый, как у старого человека, но очень цепкий. — Знакомьтесь, — сказала Файлер, — это мамзель Аида, вольный торговец. У нее возник интерес к… — Простите, — перебила Аида, — у нас мало времени. Доминус Орантий, мне известно, что вы не только специалист по фауне Мускари, но и знаток местных преданий и культов. — Ну что вы, — Орантий даже немного смешался. — Фольклористика — это мое маленькое хобби, и я ни в коей мере… — Я ознакомилась с вашим трудом «Рыбацкие легенды жителей Мускари», — снова прервала Аида. — Вы что-нибудь слышали об аватаре Императора? Смущение Орантия достигло точки кипения. — Вы имеете в виду… Живых Святых? — Нет, — раздельно сказала Аида. — Я имею в виду культ аватары Императора. Новый культ. Орантий надолго задумался. — С жертвоприношениями, — добавила Аида. — Ах, это! — Орантий улыбнулся. — Нет, я не слышал, что это аватара Императора… Это изначально какой-то крупный морской обитатель. Местные называют его «ктулху». Я слышал эти россказни — якобы он миллионы лет спит на дне океана, ну, или сотни, или десятилетия, у кого на сколько хватает фантазии, а время от времени просыпается и всплывает на поверхность. Чтобы он не нападал на китов, местные задабривают его рыбой. Ну, конечно, устраивают песнопения, сочиняют в его честь целые поэмы ужасного уровня, знаете, у нас мало кто владеет стихосложением… — Песнопения в честь крупной рыбы? — Аида скептически приподняла бровь. — Ну, у нас мир тихий, и тут, скажем прямо, скучновато. Мне-то скучать некогда, а вот тем, кто не занят, как я, наукой… — Понятно, — сквозь зубы процедила Аида. Файлер встревоженно произнесла: — Господин магос занят только наукой. Биология, зоология, ихтиология, все такое. Он бы не стал покрывать нездоровые культы… — А я и не говорю, что он покрывает. Но если ктулху — это рыба, может, вы расскажете, доминус Орантий, о ее повадках? — Я… — Орантий беспомощно оглянулся, подобрал полы мантии, но садиться не стал. Ему вдруг стало не по себе. — Вы знаете, я никогда не принимал эту легенду всерьез. Я полагал, что это только рыбацкие сказки. Ведь никто этого ктулху и не видел никогда. Рыбу просто бросают в воду. — Тогда кто, по-вашему, мог истреблять китов? — нервно спросила Файлер. Аида и Орантий воззрились на нее, потом друг на друга. У Орантия вырвался смешок — выражение лица Аиды было и впрямь немного комичным, но и у него самого, видимо, не лучше. — Невозможно! — выкрикнул Орантий, собравшись с мыслями. — Я, лично я, описал уже двадцать два вида океанических хищных животных! Самое крупное из них — это ихтиозаврус мускари, рептилия длиной чуть больше метра! Атаковать кита весом в пятьдесят тонн она не решится! — А стаями? — Ну что вы, мамзель вольный торговец… Ихтиозавр — одиночный хищник, его добыча — мелкая рыба. Он, бывает, вредит косякам, тогда меня призывают для консультации, я рекомендую ультразвуковые отпугиватели, и дело в шляпе. У китов нет естественных врагов. — Кроме человека, — уточнила Файлер. — Так, значит, это дело рук рабочих с фермы. Ну, я им… — Но я не слышал ни о каких нападениях на китов. — Потому что их держат в секрете, иначе мы растеряем всех работников и мелких самозанятых рыбаков. Сами знаете, моряки — народ суеверный… Аида казалась разочарованной, но все же решила вернуть разговор к началу. — Так я о суевериях, — сказала она. — Ихтиозвери не могут вырасти больше? — Ихтиозавры, — поправил магос. — Нет. Они и до метра-то редко дорастают, только самые старые особи. — Давайте выедем на место, — напористо сказала Аида. Она была слишком целеустремленной для вольного торговца. Хотя Орантий никогда не встречался с вольными торговцами, но полагал, что их занятие — межпланетная торговля, а не изучение океанической фауны и связанных с ней суеверий, да еще в таком форсированном режиме. — Я дам вам автомобиль, — поспешно вызвалась Файлер. Орантий немного знал Файлер — она была весьма жесткой особой и редко проявляла услужливость. Ситуация становилась все более запутанной. Скрывать от общественности гибель китов — пожалуй, верный ход, но его-то почему не привлекли? Ведь он всегда готов проконсультировать, а если надо, то и провести полевые исследования. Получается, что они проворонили гигантского высшего хищника, по-видимому, крайне малочисленного, но реального. Он, Орантий, крупнейший специалист по океаническим хищникам, и проворонил. Получается, он напрасно решил, что в рыбацких сказаниях нет ничего, кроме вымысла, а значит, россказни о «ктулху» — не просто побасенки, а поэтические описания реального животного. Но аватара Императора? — Не нужно, — сказала Аида. — У нас есть «Аквила». Неплохо, подумал Орантий. Как-то мало я знаю о вольных торговцах. Хотя чему я удивляюсь, они же зачастую и пираты… И он действительно мало о них знал, как и вообще о мире за пределами океанической фауны и связанных с ней фольклорных источников. В «Аквиле» сидело несколько человек: средних лет женщина, которая представилась как инфосавант Рея, тихая женщина постарше, трое молчаливых мужчин в броне и с оружием и девушка-пилот. — Летим вдоль берега, — твердо сказала Аида. — Если высший хищник такого размера существует, — заикнулся Орантий, — то он живет в открытом океане… — Меня мало интересуют хищники сами по себе. Меня интересуют еретические культы. Они медленно шли, повторяя изгибы прихотливой береговой линии. — Здесь есть несколько централизованных рыболовецких предприятий, — просветила Рея, — а также множество деревень, где расположены небольшие артели и самозанятые рыбаки… — Они-то мне и нужны. Улей, если ты помнишь, мы проверили. Они немного снизились, и среди утесов на берегу небольшой речки, впадающей в океан, появилась группка домов. — Ракушки, — сказала Рея. — Снижаемся. Ракушки оказались маленькой деревенькой с опрятными двухэтажными коттеджами, обсаженными деревьями с жесткой листвой. Орантий не замечал ничего подозрительного. Большинство жителей, видимо, вышло в море, но в нескольких дворах можно было заметить хозяев, занятых починкой сетей и домашней работой. Наперед вышла неразговорчивая женщина, закутанная в синее широкое пончо. Странное дело: в «Аквиле» Орантий ее даже не заметил, а тут она вдруг улыбнулась — и он пропал. Дама будто излучала обаяние. С той же очаровательной улыбкой она обратилась к какой-то старухе, затем — к подростку, уставившемуся на нее открыв рот… Резкий акцент делал ее слова особенно милыми, а легкая неправильность в построении предложений придавала ее речи оттенок юмора. Она сказала, что их группа — богатые жители улья, которые желают прикоснуться к истинной вере и поклониться аватаре Императора. Но обитатели Ракушек слыхом не слыхивали ни о какой аватаре Императора. — Морской ангел, — напирала женщина. — Тот, кому поклоняются на алтарях. Все умолкли. Наконец, один пожилой человек сказал: — Это вам надо в Рыбий Дом. — Двадцать семь километров отсюда, — вполголоса произнесла Рея. — Мы туда не ездим, — сказал подросток. — Далеко, и чего мы там не видели. У нас вон часовня есть, — он кивнул подбородком на часовенку стандартной архитектуры, с имперской аквилой и грубо выполненными статуями Императора и примархов на фасаде, — мы там молимся. В Рыбьем Доме их ждал далеко не такой дружелюбный прием. Милую даму в синем пончо первый же встреченный житель послал к чертям, да так грубо, что молчаливые мужчины демонстративно сжали в руках свои «Гекатеры». Орантий впервые видел настолько серьезное оружие, местные, видимо, тоже, потому что убрались с дороги, недовольно ворча и озираясь. Тогда встрял Орантий. — Я магос биологикус, — заговорил он. — Не скажете ли, где в последний раз видели ктулху? — Дурак, что ли? — оборвала его молодая девушка, испуганно оглянувшись по сторонам. — Нельзя произносить его имя всуе! — Оно такое священное? — Точно дурак, — вздохнула рыбачка. — Не призывай того, кто тебе не слуга! Не обращайся к нему без подношения! И вообще, проваливай… — Но я ученый! Мне это нужно для исследований! К какой бы кладе ни принадлежал таинственный хищник, видимо, он был невероятно опасен — рыбаки привыкли и к штормам, и к жутким чудовищам, самые смертоносные из которых были не больше ладони, но капли их яда хватило бы, чтобы погубить целую деревню. Нужно было постараться, чтобы внушить им такой страх. — Шуруйте в Ловецкое, — шепнула рыбачка. — Но тс-с! Не вздумайте ляпнуть, что это вам тут посоветовали! Рей быстро проложила путь до Ловецкого. Казалось, она досконально знала географию Мускари. — Попахивает тем, что мы и ищем, — заявила Аида, размещаясь в «Аквиле». — Простите, мамзель Аида, — осторожно начал Орантий, — эти хищники, они так критично опасны для вашего бизнеса? Ну, вы, наверное, собираетесь наладить торговлю морепродуктами, да? Один из молчаливых мужчин с «Гекатерами» едва заметно усмехнулся. — Разумеется, я должна учесть все факторы, — Аида фыркнула, и все умолкли. «Аквила» приземлилась, выбрав площадку поровнее на самой окраине. Ловецкое когда-то было большим поселением. Однако сейчас большая часть домов пустовала. Над безжизненными улицами витал тяжелый запах — застарелого гнилья и протухшей рыбы, и еще чего-то, что крайне не понравилось Орантию. Разило падалью. Уже начало смеркаться, в небе повисли над горизонтом две луны Мускари, одна из них — ярко освещенная искусственным электрическим светом, потому что на ней размещались ремонтные доки для грузовых судов, и между покосившимися домами с выбитыми стеклами витали неприятные тени. В глубине поселения виднелся свет и какое-то движение. Мужчины, держа оружие наготове, зашагали первыми. Орантий, волнуясь, спешил за ними, отчаянно сожалея, что они приехали сюда на ночь глядя и он не рассмотрит новое, неизвестное науке животное как следует. Как всегда вечером, океан успокоился, прибой ритмично шелестел о камни, и уже видно было, что свет исходит от большого костра на берегу. Вокруг костра толпились люди. Аида прибавила шагу. Инфосавант и женщина в синем явно не выдерживали ее темпа, однако обе вытащили собственное оружие — вычурно украшенные пистолеты. Безоружным остался один Орантий. — Ну что вы, — промямлил он и вздрогнул, когда один из мужчин обернулся на его голос. — Если это морское животное, то оно до нас на суше не доберется… — Это может быть амфибия, — возразила Рея, — или что-то вроде крокодила, который прекрасно передвигается по суше. — Но от хищника, который может съесть кита, вас никакой пистолет не спасет! — Это верно, — хмыкнула Аида. — От такого разве что циклонной торпедой отбиваться… Хотя, возможно, речь не об одиночном звере, а о стайных хищниках? Орантий подумал. Первым его движением было ответить «исключено». — Не знаю. — Наконец сказал он. Тени выходили из зловонного сумрака. Орантий присмотрелся к некоторым, и по спине его прошел холодок: это были люди, но странно искаженные, сгорбленные, с непропорциональными головами. — Мутанты, — шепотом сказала дама в синем. Они подошли поближе. Мутанты смешивались с обычными людьми, толпа становилась все больше и больше, но она была неплотной, и Орантий, приподнявшись на цыпочки, разглядел большой каменный куб, на котором что-то лежало. Кто-то лежал. Человек. Небольшой — видимо, подросток, совершенно обнаженный. Волосы у Орантия встали дыбом: здесь творился какой-то богопротивный ритуал. Его спутникам тоже было явно не по себе. Рея сотворила аквилу. Но сразу же расцепила руки: здесь бы ее не поняли. Люди собрались полукругом, обернувшись лицом к океану. Старческий голос из толпы выкрикнул непонятные слова — короткую строку, будто из стихотворения, и последние слова из нее подхватил хор собравшихся. Он повторял и повторял один и тот же стих, а крики толпы становились все стройнее и исступленнее, и Орантий поймал себя на том, что тоже повторяет шепотом: «Ктулху фхтагн!» — Молитесь Императору, — едва слышно посоветовала Аида. Тогда Орантий в такт странному стихотворению начал повторять одними губами: «Аве Император!», ему стало немного легче, руки перестали трястись, но никакого ктулху — ни рыбы, ни крокодила — пока не было. — Ктулху фхтагн! — ревела толпа. Подросток на камне лежал, неслышно плача, но не пытался вскочить и убежать — может быть, боялся толпы больше, чем хищника. Внезапно вода вскипела. Огромная бесформенная туша всплыла неподалеку от берега и устремилась к людям. Послышался визг и вопли, толпа культистов дрогнула и с воем отпрянула назад; кто-то упал и орал без слов, видимо, понимая, что ему не помогут, кто-то панически улепетывал, кто-то действовал собранно, но все старались отойти подальше от берега. Из воды вынырнули длинные щупальца. Покрутились в воздухе. Подросток визжал, но не мог пошевельнуться, парализованный ужасом. Три «Гекатера» и два пистолета выстрелили почти одновременно, слаженно и точно, перебив щупальца, уже нависшие над ребенком. Аида вмиг очутилась рядом с алтарем, в руке у нее засветился силовой клинок, и этим клинком она снесла еще одно щупальце. А потом схватила подростка за руку, стащила с алтаря и поволокла к «Аквиле». Один из мужчин ее свиты рванул за плечо Орантия, застывшего от страха, и он тоже побежал. — Не надо, — всхлипывал подросток, задыхаясь. — Если не я… другой… он сожрет всех… это же Ктулху… Аида буквально зашвырнула его в «Аквилу» и вскочила сама. — Взлетай, — бросила пилоту. Та не мешкая подняла самолет. Орантий упал, немного промахнувшись мимо сиденья и больно ударившись ляжкой. — Это… не Ктулху… — промямлил он; губы у него тряслись, и получилось невнятно, так что Аида дважды переспросила. — А кто же? Орантий заколебался, пробормотал что-то насчет ответственности за свои слова и паники на побережье, и тогда перед его носом замаячил какой-то значок в ладони Аиды. Он тупо уставился на стилизованную букву «I». Наконец до него дошло. — Вы… из Ордосов? — Ордо Еретикус, инквизитор Аида Вармаан. Так что с этой аватарой? Чья она? — Это не Императора, — проговорил Орантий. — И вообще не аватара. Это тиранид. — Четыреста лет назад, — сообщила Рея, — в этом секторе проходило щупальце флота-улья Бегемот. Этот мир был атакован, благополучно отбит орденом Ультрамаринов, заново заселен… — Точно, — поддержал Орантий, — тут и соборы в честь этого построены. — Значит, тиранид, — повторила Аида. — Что ж… *** Магос биологикус Орантий сидел на крыльце маленького поместья на берегу океана. Монография застопорилась, часть китовых ферм и хлорелловых заводов на океанических платформах закрылась, и призрак близкого безденежья упорно маячил в отдалении: консультации на этих предприятиях для магоса были важной статьей дохода. Рота Сестер Битвы, посланная Ордо Еретикус, зачистила Ловецкое и полностью стерла поселение с лица Мускари; еще с месяц после этого в деревнях работали инквизиторы, вылавливая последователей культа Ктулху. А тем временем отделение Караула Смерти — Аида уведомила и Ордо Ксенос — прочесывало океан в поисках выживших тиранидов. Мирной жизни на Мускари, казалось, пришел конец, но Орантий разок представил себе, что было бы, если бы Аида Вармаан прибыла сюда позже… и дальше думать об этом ему не захотелось. Мальчик Уно — после спасения от культистов он жил у Орантия, выполняя мелкие поручения по дому, а заодно изучая океаническую фауну и мало-помалу осваивая обязанности лаборанта, — принес ему кружку рекафа. — Скоро у нас и на рекаф денег не будет, — озабоченно произнес магос. Внезапно над горизонтом появился знакомый силуэт «Аквилы». Гудя, он пронесся над крышей поместья Орантия и вдруг зашел на посадку прямо на заднем дворе. Женщина, которая в тот злополучный день была в синем пончо, улыбнулась магосу своей обаятельной улыбкой, и он снова почувствовал, что пропадает. — Магос биологикус, — проворковала она, — нам необходим консультант по ксенофауне. Вы готовы сотрудничать с Ордосами? Вы, — она одарила Уно нежным взглядом, — и юноша? Магос поднялся, облизнул губы — и понял, что готов сотрудничать с кем угодно, лишь бы она улыбнулась еще раз. — Похоже, — подытожил Уно, — на рекаф нам хватит.