Прячься

— Почему ты плачешь? Что случилось? Скажи, кто тебя обидел, и я разберусь! — Чимин не унимался, бегая вокруг кровати, на которой, уткнувшись лицом в подушку, рыдала Сана. — Ты не хочешь говорить со мной? — Дай мне время… — Девушка громко всхлипывала, радуясь, что дедушки с бабушкой не было дома. Иначе они бы обязательно услышали шум, доносившийся из ее комнаты. — Этот идиот Ван тебе что-то сказал? Он на литературе постоянно ошивался возле тебя! Что ему вообще надо было? — Чимин принялся прокручивать в голове сегодняшний день, стараясь зацепиться за что-то, из-за чего подруга могла уйти с последнего урока, даже не предупредив его. — Ты должна мне сказать! Мне давно надо было разобраться с ним. — Парень всегда становился слишком эмоциональным, когда речь заходила о Сане или о тех, кто забирал ее внимание. — Замолчи, Чимин! — Сана принялась громче всхлипывать, ударяя кулаком подушку. Так она выплёскивала эмоции, чтобы не сорваться на друге, который не давал времени прийти в себя. — Прости… — Пак смягчил свой тон и присел на край кровати. Несколько раз он рвался успокаивающе погладить девичью ногу, но осекал себя и опускал ладонь. — Просто я боюсь, что ты можешь что-то скрыть от меня. Я хочу помочь, Юни. — Со мной все в порядке. — Сана перевернулась на бок и взглянула на обеспокоенное лицо друга. Он всегда волновался за нее, поэтому ей надо было привести себя в порядок и стереть слезы, что она и сделала. — Видишь? — Девушка выдавила из себя слабую улыбку и приняла сидячее положение, приложив подушку к животу. — Ты притворяешься… — строго констатировал Чимин, смотря на опухшее лицо подруги. — Красная вся. — Он опустил голову и, сцепив руки в замок, тихо пробубнил себе под нос: — Мне не нравится, когда ты плачешь. — Я уже не плачу! Правда. — Что случилось? Расскажешь ведь? — Парню не терпелось решить все проблемы Саны. Девушка замялась и сильнее прижала подушку к животу, отводя взгляд в сторону. — Молчишь? — Чимин сжал кулаки и внимательно посмотрел на подругу, которая под его взглядом краснела еще больше. — Мне ведь уже тринадцать, — коротко заключила она, словно это должно было о чем-то сказать Паку, но заметив его непонимающий взгляд, смущенно выпалила: — У меня пошли первые месячные. Издав короткое «оу», Чимин еще некоторое время искоса смотрел на Сану, затем встал и принялся неуверенно топтаться на месте, почесывая затылок. — Бабушка сказала, что теперь я стала взрослой. И даже могу выйти замуж. Меня так это пугает. — Сана опустила голову, с трудом сдерживая новый поток слез. — Я не хотела взрослеть. А теперь ещё и боли в животе! Не представляешь, как же больно! — Охренеть, это не круто. Ты теперь типа полностью девушка? — Чимину от чего-то стало неловко смотреть на подругу, поэтому он отвёл взгляд в сторону. — Девушками становятся после первого секса! — с видом знающего человека заявила Сана. — Ошибаешься. — Парень таки решился взглянуть на Юн и поспешил поправить неумеху: — После первого секса становятся женщинами. — Разве? — Сана нахмурилась, задумавшись над словами. — Наверное, ты прав. — Надо прочитать про эти твои новые дни. — Чимин с серьезным видом достал из кармана телефон, вновь присел и принялся забивать необходимую информацию в поисковик. — Я никогда не интересовался этими штучками. Ну, я знал, что у девчонок там все по-другому, но, черт… — Он замолчал, бегая глазами по экрану. Сана старалась принять безразличный вид и говорить об этом, как о чем-то само собой разумеющемся, хотя в душе сгорала от стыда. — Значит, у тебя и грудь начнет расти?.. — Чимин взволнованно поднял глаза на подругу и бегло опустил их в область ее груди. — Но я не хочу, чтобы парни обсуждали тебя, как учительницу Чон. — У меня уже есть грудь! — Девушка возмущенно прикрыла вышеупомянутую часть подушкой и недовольно покосилась на друга, заставив его потупить взгляд. — Ну-у… — В горле резко запершило, из-за чего Пак несколько раз кашлянул. Почему он вообще представлял грудь подруги, когда та станет чуточку больше? Ему резко стало противно от себя самого и своих неуместных мыслей. — Боли в животе будут сопровождать тебя в первый день. Тут пишут, что у некоторых обходится и без этого. — Он поднес телефон к Сане, позволяя ей прочесть остальные подробности. — Но мне было больно. Бабушка дала мне лекарство. — Сана уткнулась лицом в подушку, из-за чего голос ее зазвучал приглушенно. — Значит, мне надо с собой постоянно иметь обезболивающее? — обеспокоенно спросил Чимин, сразу же ища, какие таблетки нужно купить. Он не позволит какому-то ежемесячному девчачьему недугу мучить свою подругу. — Угу. И прокладки. — Сана закатила глаза от того, насколько легкомысленно Чимин обсуждал с ней эту тему, совершенно не замечая, что она сгорала от стыда. На самом деле парень наоборот слишком организованно отнесся к данной «проблеме», что Юн становилось только хуже. — Чимин… — Надо глянуть, есть ли приложение, в котором легко следить за циклом. — Парень словно не слышал подругу, полностью сосредоточившись на телефоне и уткнувшись в экран. — Тут пишут, что такие есть. Так мне будет проще. — Меня бесит, что теперь я буду полностью отличаться от тебя. Будто я совсем другая, Чимин, — с толикой тоски проговорила Сана, сильнее сжав в объятиях подушку. — Мне кажется, это помешает нам дружить. — Она говорила искренне, хоть у нее и не было времени обдумать это, но глядя на беспокоящегося друга, ей вдруг стало очень грустно. Словно кто-то провел невидимый барьер между ними, и теперь им надо будет осторожничать друг с другом. — Бабушка сказала, что теперь стоит быть осмотрительнее с мальчиками. — Эти слова плотно засели у нее в голове, не позволяя расслабиться. Чимин молчал, все еще смотря в экран телефона, хоть и не читал уже ничего. Он старался осмыслить услышанное и найти верный ответ, чтобы успокоить подругу. — Вообще-то ты и так другая. — Видя недоумение на лице Саны, он спешно вскочил с места и принялся пояснять, наглядно показывая на своём теле: — Ну, у меня внизу кое-что выпирает, особенно по утрам. — Его палец продолжал указывать в район своего паха, затем он кивнул на девичью грудь и добавил: — У тебя, вон, скоро там кое-что появится. Или станет чуть заметнее, чем сейчас. А бабушка КамРи… — Он сделал недолгую паузу, думая, какие бы слова подобрать, чтобы не обидеть почтенную женщину. — Мама говорит, что они с дедом по старинке живут. Мне кажется, это что-то значит. — Чимин сам не понимал что именно и надеялся, что Сана тоже не поймет и просто примет слова, как какую-то важную данность, и перестанет печалиться, ведь говорил он с умным видом. — Ты иногда такой смущающий. Не всегда Сана спокойно могла воспринимать сны с отрывками своего прошлого. Сейчас же даже дыхание ее не сбилось. Она могла до мельчайших подробностей воспроизвести в голове все, что произошло после в тот самый день. Чимин еще несколько раз спрашивал не болит ли живот, затем волновался о покупке прокладок, если самой девушке было стыдно приобретать их. Обещал, что обязательно сам разберётся с этим, и ей не придётся волноваться. А затем друг предложил полежать вместе. Именно так они и сделали. Лежали и играли в города. Это здорово отвлекло Сану, и она была безумно благодарна ему, ведь он всегда находил необходимые слова. Это был прекрасный день среди множества других счастливых дней рядом с лучшим другом Пак Чимином. На потолке игрались блики утреннего солнца. Весна — любимое время года Юн. Ей всегда нравилось набрасывать поверх футболки легкую курточку и выбирать из своего гардероба коротенькие юбки. Пусть у нее не было больших возможностей часто менять одежду, но именно весной это не ощущалось так остро. Ей просто нравилась сама атмосфера в целом: зелень, солнце, отсутствие жары и холода. К ее сожалению, в последние годы Сана не могла вдоволь наслаждаться этим, ведь в большинстве случаев ей приходилось быть практичной. Девушка порой боялась лишний раз улыбнуться, переживая, что Чимин мог стать свидетелем этой радости и стереть улыбку с ее лица. Боли в животе притихли еще вчера ночью. Не без помощи лекарства. С каждым годом боли во время критических дней становились все более невыносимыми. Сане даже казалось, что она должна обратиться к врачу, но было стыдно говорить об этом с бабушкой. Она много читала об этом в интернете. Иногда прочитанное успокаивало ее, ведь там в основном писали, что ничего страшного это не означает. Однако находились и такие статьи, в которых рекомендовали обязательно проконсультироваться с врачом. — Опоздаешь! Голос бабушки донесся до нее, поэтому Сана поспешила встать с кровати, но почувствовав резкое головокружение, легла обратно. Это могло бы послужить отличным поводом остаться дома, однако тогда пришлось бы объясняться с бабушкой, а заставлять ее волноваться совершенно не хотелось. Девушка предприняла вторую попытку и, игнорируя своё состояние, поплелась в ванную. — Быстрее, Сана, — поторопила ее бабушка, видя, как внучка выходила из комнаты. — Хорошо, ба. Быстро покончив с водными процедурами, Сана оделась в школьную форму, сделала высокий хвост и слегка пощипала себя за щеки, дабы они покрылись румянцем. Иначе бабушка могла заметить ее плохое самочувствие. — О-о… ты сварила много яиц! — Юн радостно похлопала в ладони и, подойдя к бабушке, поцеловала ее в щеку. — Как же я люблю их! — Только ешь побольше. — Госпожа КамРи принялась хлопотать перед Саной, выкладывая ей на тарелку побольше риса. — Я тебе обед собрала. Не забудь взять. — Спасибо, ба, — с улыбкой поблагодарила девушка и начала кушать, несмотря на полное отсутствие аппетита. — Сегодня почти не было работы, — удручённым голосом произнесла женщина, сев рядом с внучкой и сложив руки на столе. У Саны ком в горле встал, так как она понимала, что это означало. Их денежное содержание напрямую зависело от количества собранного картона. Девушка уже думала устроиться на подработку, однако в деревне с этим было сложно, тем более для школьников. — Я люблю вас, ба. — Это единственное, что смогла сказать Сана. Она встала, подошла к бабушке, склонилась и обняла ее со спины. — Спасибо, что так много для меня делаете. Бабушка КамРи положила свою ладонь поверх руки внучки и несколько раз легонько похлопала. — Ты опять почти ничего не съела. — Зато съем до последней крошки весь обед. Обещаю. — Девушка чмокнула женщину в щеку и поспешила к выходу, на ходу хватая рюкзак с дивана. — Пока, ба.

***

Сколько бы на перерыве Сана не делала вид, что увлечена подготовкой к следующему уроку, Хина умудрялась отвлекать ее своими разговорами. Ни о чем существенном она не говорила, но без умолку болтала под ухом, что сильно раздражало Юн. — Чонгук действительно такой красивый. Прошла уже неделя, а он все еще не угостил меня мороженым. — Устав стоять, Хина взяла стул и, поставив его рядом с одноклассницей, села. — Вообще-то он принес мне растаявшее мороженое, но мне не так хотелось. — Девушка помотала головой и задумчиво посмотрела на пустовавшее место Чонгука. — То есть я хотела, чтобы мы погуляли после школы, понимаешь? — Ты хотела свидания, а не мороженое, — заключила Юн без особого энтузиазма. Волей-неволей ей приходилось прислушиваться к Хине. — Верно. Но кажется до Чонгука долго доходит. Он всегда такой? — Ким повернулась к однокласснице и приготовилась слушать. Она ждала, что Сана хоть что-то скажет ей о парне, ведь та знала его намного дольше. — У него есть девушка. — Юн казалось, что это единственное, о чем должна знать Хина на данном этапе. Чон Чонгук встречался с девушкой и, по ее мнению, этого хватало, чтобы новенькая не строила планов на него. — Кажется, Джаин? — Хина улыбнулась, словно для нее это не имело ни малейшего значения. — Почти не отлипает от него. Видела их не раз вместе, — немного расстроено произнесла она. — Чонгук нравится многим. — Сана пожала плечами и захлопнула тетрадь. Скоро должен был начаться следующий урок, поэтому некоторые ученики ввалились в класс, громко разговаривая между собой. Сана все еще чувствовала себя плохо. В животе покалывало, к головокружению подключилась лёгкая тошнота, а несмолкаемые разговоры Ким только усугубляли ее состояние. — Если честно, она не выглядит той, с которой можно строить серьезные отношения. — Хина выпрямилась, словно эта мысль приносила ей немалое удовольствие. Юн взглянула на девушку, которая игралась с кончиками своих волос, собранных сзади в хвост. Под школьной безрукавкой красовался аккуратно завязанный галстук, а белая рубашка была застегнута на все пуговицы. Несмотря на весь свой строгий вид, Хина не выглядела школьной заучкой. Девушка будто бы смогла всю прилежность их формы превратить в свой собственный стиль, придавая ему изюминки маленькими деталями вроде небольших брошей, которые она цепляла на пиджаки или же на безрукавки. — Мы школьники. О каких серьезных отношениях может идти речь?! Тем более Чонгук – бабник. Это все, что я могу тебе сказать о нем. — Сана резко встала со стула и, почувствовав, как перед глазами все начало кружиться, зажмурилась и положила руки на стол. — Эй, с тобой все в порядке? — Хина, обеспокоившись, встала следом за одноклассницей. — Да. Мне надо в туалет. Сана вышла из кабинета как раз в тот момент, когда прозвучал звонок. Боковым зрением она увидела Сонхуна и еще парочку одноклассников, направлявшихся в класс, но прошла мимо, опустив глаза и обняв себя за плечи. Не разбирая, что происходило кругом, девушка направлялась прямиком в медпункт, чтобы ей помогли справиться со слабостью или разрешили просто отлежаться на кушетке. Дойти до пункта назначения у нее не получилось, так как ее грубо схватили за локоть и толкнули в ближайший кабинет. Сана еле устояла на ногах, разведя руки в стороны, стараясь вернуть равновесие. — Куда так спешила, идиотка? — Сонхун закрыл за собой дверь, пока двое других его приятелей довольно улыбались, встав по обе стороны от девушки. — Язык проглотила? Они находились в кабинете химии. Обычно школьники не меняли класс, и учителя приходили к ним. Однако были и те дисциплины, которые требовали, чтобы ученики сами проходили в необходимый кабинет. Химия и биология являлись одними из таких. — Позволь мне выйти. — Сана предприняла слабую попытку шагнуть в сторону двери, на что другие громко рассмеялись. — А может нам еще сопли тебе подтереть, принцесса? — ядовито бросил Сонхун, расслабляя свой галстук и приближаясь к ней. — Прости, но у нас другие планы. Будем играться. Хочешь? Сана с трудом сглотнула. В горле образовался противный ком. Ей было сложно сосредоточиться на словах парня, когда горело всё тело: по спине скатывались капельки пота, а лоб покрылся испариной. Теперь девушка понимала, что у нее был жар, и плохое самочувствие вызвано не только месячными. — Молчание ведь знак согласия? — подхватил парень из параллельного класса, гадко хохотнув. — В прошлый раз Чимин посчитал тебя слишком мерзкой, чтобы позволить тебе отсосать ему, но я не брезглив. — Сонхун перевел взгляд с одного дружка на второго, словно ожидая положительных кивков, получив которые, он более уверенно продолжил: — Игра такая: для начала ты показываешь сиськи, а мы снимаем это на камеру, чтобы потом в любое время глазеть, когда нам только вздумается. Согласны, чуваки? — Он в очередной раз обратился к приятелям, сразу же доставая телефон из кармана брюк. — Это мне нравится! — Один из парней потер руки друг о друга, затем схватил Сану за локоть и притянул к себе. Девушка совсем не могла сопротивляться или даже ужасаться тому, что они собирались сделать. Еще чуть-чуть, и ее стошнило бы прямо на кого-нибудь из них. Именно этого она и хотела, однако тошнотворный ком застрял на уровне глотки, как назло отказываясь двигаться дальше. — Помоги ей. — Сонхун кивнул другу, стоявшему рядом с собой. Когда Чимин или Чонгук отсутствовали, парень сполна мог насладиться своим главенством. В основном же его подавляли Пак с Чоном, ведь они определённо являлись вожаками. Каждый в какой-то степени. — А я, пока мы не приступили к основному блюду, сделаю пару снимков и отправлю Чимину, чтобы он потом не возникал из-за того, что мы развлекались с его Юни без него. — Сонхун передразнил голос Пака и, направив камеру на Сану, несколько раз щелкнул. — А ты фотогенична. Тебе точно надо сниматься для взрослых журналов. — Давай расстегнём пару пуговиц. — С кривой ухмылкой парень, который придерживал ее, принялся одной рукой освобождать пуговицы из петель. — Не надо… — еле выдавила из себя Сана. Ноги уже не держали, но парень не позволял ей упасть на пол. Второй одноклассник присоединился к другу и помог ему расстегнуть оставшиеся пуговицы, после чего он развел рубашку. Взору парней предстали девичьи полушарии, выглядывающие из-под бежевого бюстгальтера. — Неужели носишь бабушкин лифчик? — Сонхун звонко рассмеялся, продолжая снимать на камеру. Остальные подхватили его смех, смотря при этом на Сану и предвкушая самое интересное. Девушка таки упала на колени, готовая вот-вот потерять сознание. Парень выпустил ее локоть из хватки и отошел в сторону, чтобы получше разглядеть Сану. Ей не хватало сил даже на попытку прикрыться. Мысли путались. В голове крутился сплошной сумбур. Она отчаянно желала, чтобы в кабинет вошел кто-то из учителей и спас ее от этого позора. Лучше бы она оставалась на уроке, даже если бы умерла там. Почему эти придурки появились в коридоре в тот самый момент? Почему эта навязчивая Хина не пошла за ней? Все мысли перекрывались резкой острой болью в животе, из-за чего Сана согнулась, хватаясь за живот. — Эй! Так не пойдет! Выпрямляйся! Мы ведь собираемся прославить тебя. Не хочешь стать крутой актрисой? — Сонхун свободной рукой взмахнул в ее сторону, и двое приятелей заставили девушку выпрямиться. — Может у нее и трусики бабушкины? Проверим? — Один из парней дернулся к подолу ее юбки, однако Сонхун остановил его. — Лучше сначала сиськи покажи. Грубо дернув за рукав рубашки, парень стянул ее с одной стороны, после чего так же резко приподнял лифчик, из-за чего девичья грудь показалась их взглядам. — Слушай, идиотка, а мне даже нравится твоя грудь. Она спелая, — Сонхун вынес свой мерзкий вердикт. Сана всхлипнула и прикрыла себя руками. — Я сейчас… — Она несколько раз дёрнулась вперед, словно вот-вот её стошнит, но вместо рвоты наружу вышла только обильная слюна. — Фу-у… — один из парней отскочил, поморщившись. — Да что с тобой?.. Дверь кабинета резко распахнулась, с громким звуком ударяясь о стену. На пороге стоял Чимин, тяжело дыша, будто бы бежал. — О, Чимин! Получил фотки? Как тебе сюрприз? Ожидается еще и видео! — Сонхун принялся щебетать, подлетая к другу, заталкивая его внутрь и закрывая за ним дверь. — Как тебе? — Он показал ему телефон, ожидая оценки от Пака. — Улёт просто. Чимин с подозрительным прищуром взглянул на экран, после чего обвел взглядом всех присутствующих, останавливаясь на Сане. Девушка низко склонилась над полом, почти касаясь его носом и прикрывая обнаженную грудь. Теперь полностью открытая во всех смыслах… Слабая и жалкая. Для Пак Чимина этот вид являлся одновременно и разрушающим его внутреннее равновесие, и удовлетворяющим его жестокие потребности видеть Юн Сану сломленной. — Дай сюда, дебила кусок! — Чимин грубо выхватил телефон из рук Сонхуна. — Научись снимать с нужных ракурсов. — Он принялся сосредоточенно водить пальцем по экрану. — Что ты делаешь? — Сонхун наблюдал за ним и с возмущением воскликнул: — Какого черта, чувак?! Зачем ты удалил? — Я скинул себе. Эксклюзивное видео все-таки, а Юни – моя. За просмотр буду с вас деньги сдирать. — Чимин метал в друга ядовитые искры, доставая свой мобильный. — Вы же не снимали? — Он вопросительно взглянул на двух других и, дождавшись отрицательного ответа, добавил: — Продолжение снимем на мой. Видимо, недостаточно сломлена. — Всем молчать. — Парень направил свой телефон на Сану и неспешно приблизился к ней под довольный свист друзей. — Юни-и… — Схватив девушку за хвост, он заставил ее приподнять голову и поднёс мобильный к ее лицу. — Ты такая бледная. Неужели устала от съемок? Обещаю. Я недолго. Отпустив девичьи волосы, Чимин свободной рукой силой отодрал ладони Саны от груди и занялся съемкой интимных частей вблизи. — Вот это вид! — Он присвистнул, садясь перед ней на корточки и становясь так, чтобы прикрывать обзор остальным. — Эй! — Сонхун подскочил ближе и оттолкнул за плечо друга, однако Чимин дернулся и вновь встал перед девушкой. Пак выпустил руку Саны, позволяя ей снова поправить свою одежду. Она дрожащими руками поправила лифчик и кое-как прикрыла его рубашкой. — Я не разрешал. — Чимин убрал камеру и дернул обратно рубашку Юн. — Хватит прикрывать такую красоту. Сиськи – единственное, что в тебе на пять баллов. — Он фыркнул, с отвращением посмотрев на неё. — Меня сейчас… Сана не успела договорить, так как уже не могла контролировать собственное тело и, наклонившись вперед, вырвала скудный завтрак. — Сука! — Один из парней резко отошел назад, морщась и ругаясь. — Кажется, ей реально хуево, пацаны. — Он взволнованно посмотрел на остальных. — Юни… Прежде чем окончательно без сил свалиться на пол в собственную рвоту, Сана явственно смогла разобрать обеспокоенный тон бывшего друга. Юни… Позвал так, как и раньше. Когда искренне переживал и волновался. Когда был ее Пак Чимином. Сане было сложно сосредоточиться на происходящем дальше, в голове лишь беспорядочный сумбур. Вот кто-то прижал ее щекой к груди. Вот кто-то положил ладонь на лоб. Вот кто-то взял на руки. Тихий шепот проклятий прямо в ухо, опаляя и так горящую кожу. Голос… Дрогнувший голос ее мучителя. Вот ее положили на что-то жесткое. Кажется, кушетка… — Почему ты выбрал меня, вместо того, чтобы пойти с ними? — Тринадцатилетняя Сана кивнула головой в сторону удаляющихся друзей Чимина. — Потому что ты предана только мне, а я тебе. Я верю только тебе. — Пожалуйста, вернись… — пробормотала Сана, не в силах открыть глаза. «Пожалуйста, вернись, мой Пак Чимин.» — Мне сложно. «Мне сложно перестать ненавидеть тебя и сложно забыть свою Юни.»