Стив-Йен—Стивен

      Благоприятная температура и сопровождающая каждого посетителя бара тихая джазовая музыка создавали приятную атмосферу, в которой можно было расслабиться и отдохнуть.       Тёплое освещение и запах виски заполняли всё помещение. Народу было немного, но достаточно, чтобы ощутить всю жизнь этого местечка и процветания.       Мужчина сидел за барной стойкой последние сорок минут, растягивая стакан приятного рома. Все остальные места были свободны. Бармен протирал прозрачные стеклянные стаканы белым бумажным полотенцем.       Внезапное резкое движение неподалеку от него не привлекло никакого внимания. Очередной посетитель, который решил снять напряжение. Бархатный басистый, но при этом очень знакомый голос раздался с его стороны.       —Бутылку виски, самого лучшего.       Мужчина обернулся, чтобы посмотреть на того, кто решил уйти в отрыв начав уже с немаленького заказа. Едва глаза скользнули в его сторону, как стали расширяться от изумления увиденного. Это был его сын, но не совсем он, вернее его телосложение, голос. Самоцвет похожий на него? Но он светится, как Стивен несколько лет назад! И только стоило ему зацепиться за эту деталь, как свечение пропало. Перед ним сидел бледнокожий юноша с розовыми волосами и такими глазами ромбовидной формы зрачка. Прическа перестала быть объемной, опустилась, аккуратная волнистая укладка по обе стороны лица. Это определённо был не Стивен. Но тогда кто? Тем более в такой одёжке: белая рубашка и синие джинсы, без обуви. Очень напоминает Роуз. Парень заметил Грега и его пристальный взгляд. Он позвал мужчину, но ответа не последовало. Раздался щелчок пальцами.       —А? —Отозвался Грег.       —Чего? —Спросил юноша.       —Простите, просто... Неважно. —Отвернулся, смутившись.       Юноша тяжко вздохнул и тоже отвернулся. Бармен протянул ему бутылку и тот сразу же открыл её. Новый резкий запах нахлынул прямо по носам рядом сидящих. Мужчина хотел уйти из-за чувства неловкости, но внезапная мания от схожести юноши с покойной возлюбленной останавливали его. Что-то было не так с этим самоцветом, он и внешне отличался от сородичей.       Розововолосый парень взял бутылку в руки и наклонил её горло ко рту, медленно вливая содержимое в себя. После быстрого опустошения одной, заказал следующую. Затем ещё и ещё. И в какой-то момент, словно чёрное пятно капнуло на полотно подсознания, где записывались его воспоминания. И следующая страница проявилась уже на другой локации.

***

      Юноша потёр глаза и огляделся. Он был в фургоне отца, а его рубашка была разорвана в некоторых местах, будто он с кем-то подрался. Мужчина наклонился к лежащему самоцвету.       —Как себя чувствуешь?       —Нормально. —Ответил ему парень, не зная, что ещё сказать. Дополнил. —Протрезвел.       —Ну и хорошо, Йен.       —Откуда ты знаешь моё имя?       —Ты вчера перебрал и разговарился.       —Ясно. —Поднялся Йен с матраса и перешёл в положение сидя. Его форма снова светилась.       —С чем это связано? —Спросил Грег.       —Что?       —Свечение.       —Не знаю. Как появился уже было.       —Но в баре оно исчезло. Пока ты не напился.       —Да? Я даже не заметил, как-то.       Повисло неловкое молчание. Юноша косо поглядывал на отца, переживая из-за случившегося.       —Как много я вчера рассказал тебе?       —Ну... Я теперь знаю, что случилось с машиной, в доме...       —Ясно. И что ты думаешь?       —Думаю? Думаю, что ты и Стив зря так испугались. С чего бы мне не принимать вас и относится хуже? Вы же мои дети!

***

      —Осторожнее!       Мужчина продолжал придерживать опьяневшего самоцвета под руку, провожая после "концерта" в баре к своему фургону. Мало того, что спустил всю его наличку, что была с собой, так ещё и обматерил непонятно из-за чего.       —Отстань! Я, чёрт подери, сам... Ик... Сам дойду!       —Спокойнее, Йен.       —Да хули там! —Пытался вырваться юноша. —Стив твой сын, а я, как он считает, его самоцвет! Лжи... Ик!.. вый говнюк!..       Мужчина не выдержал его приперательств и отпустил, убрав от сына свою руку. Он понимал причину злобы Алмаза и его обиду, но по отношению к себе — нет. Самоцвет сделал шаг и пошатнулся. Углядев возле себя деревянную лавочку, светящийся юноша прилёг на неё. Грег набрал в легкие воздуха и присел возле. Он дотронулся рукой до его макушки и стал поглаживать по розовым локонам на его голове.

***

      —Ты правда считаешь меня своим ребёнком?..       —Конечно считаю, Йен! С чего ты решил, что нет?       —Потому что я самоцвет. Один из составляющих Стивена.       —Мне не важно какой ты расы, Йен. Конечно, узнать что мой один сын исчез из-за ссоры неизвестных мне двух не лучшая весть... За место одного пришли ещё два, а кода они уйдут вернётся первый. Мне лишь жаль, что вы все втроём не можете существовать одновременно.       Не долгое молчание после сказанного сопровождалось раздумиями из-за случившегося. Йен осмотрел себя и обратил внимание на порванную местами рубашку. Затем оглядел отца. Юниверс старший не изменился ни в каком плане, даже одежды: всё целое.       —А что случилось ещё вчера? Я с кем-то дрался?       —Нет. Разве что... Попсиховал немного, булыжник побил.       —А рубашка?       —Ты сам. Я не знаю как это объяснить, но твоя форма изменилась.       —Я понял. —Протянул парень руку вперёд и перебил мужчину. Затем убрал её и небрежно снял с себя рубашку, практически содрав с себя, разрывая её до конца.       Грег почесал лысую макушку и полез в коробку, где лежало множество одинаковых чёрных футболок. Перебрав до самого низа содержимое, нашёл самую большую из всех и достал её.       —Надень-ка.       Йен аккуратно взял футболку из рук мужчины и надел её на себя, просунув сначала обе руки, затем голову.       —Ну вот! Ещё один Юниверс!       Радостный голос отца обрадовал самоцвета, но также вызвал чувство стыда, и не того, что это что-то ужасное или позорное, скорее нелепое, глупое. Уголки губ на миллиметр стали выше. Он спросил:       —Что теперь?       —Самоцветы уже знают о Стиве, получил сообщение час назад от них.       —Хватило его на сорок два часа.