My desire.

Юзуха пытается найти внутри причину, по которой её тело так дорожит. Неужели она так сильно боится того, кого действительно полюбила всем сердцем? Девушка застыла у стены, а Ран продолжал сверлить её блестящими бешенством глазами. Ему нравился этот сладкий страх на её лице. — Ты... Ты же обещал, что не тронешь их... — Но ты обещала, что не будешь обманывать и тем более держаться от Такаши подальше. Юзуха, сколько ты мне врала? А я всё ждал и ждал, признаешься ли ты мне хоть раз... Милая, я разочарован. – последняя фраза была произнесена до ужаса угрожающе, от чего Шиба опустила голову и стиснула зубы, лишь бы не зареветь сейчас перед ним. — Я не говорила, лишь потому что боялась, что ты не так поймёшь... — А как я должен понимать? – он подходит вплотную, ставит по обе стороны от девушки руки и наклоняется к её лицу, угрожающе шипя. — Расскажи мне. — Я не чувствую ничего к Такаши... — Врёшь. — Мы просто общались... Я даже не думала о том, чтобы флиртовать с ним или ещё что-то подобное... — Не верю. — Я даже не думала предавать тебя! — Но ты предала! – закричал он, хватая её за подбородок и поднимая голову, чтобы взглянуть в любимые янтарные глаза. Те блестели солёной влагой, а длинные ресницы дрожали. Она смотрела на него с испугом, обидой. — Почему ты врала мне?! — Ран, я лишь... — Почему мы вместе? – он прислоняется к её лбу своим и заглядывает в глаза с таким жестоким отчаянием и разочарованием. — Я люблю тебя. – ни секунды не думая отвечает Шиба, наверное, действительно без лжи. Ран долго смотрит в её глаза, наблюдая, как слёзы начинают медленно скатываться по щекам Юзухи. — А может лишь потому что знаешь, что я тебя не отпущу, и у тебя просто нет выбора? Шиба изумлённо раскрывает глаза. Она хотела возразить, но Хайтани накрывает её губы ладонью, предупреждающе прошипев, призывая девушку молчать. Долго изучает её глубоким взглядом, нежно вытирает слёзы и осторожно целует в лоб. — Я тоже люблю тебя, моя Юзуха... Поэтому, я правда не отпущу тебя. Никуда. И никогда. Я не отпущу тебя. И без меня ты больше не покинешь стен нашего дома. – проговорил он, мягко улыбаясь и сверкая нездоровыми искорками в фиалковых глазах. Юзуха замерла в ужасе, анализируя его слова. К горлу начала подступать тошнота, скорее всего из-за нервов. — И чтобы нам никто не мог помешать, я убью Мицую и Хаккая. И тогда мы вместе будем действительно счастливы... Никто не разрушит нашу любовь, милая! – прокричал он с такой безумной улыбкой, пока Юзуха пыталась не задохнуться от нехватки кислорода, вся она дрожала, с таким ужасом глядя в глаза Хайтани. Тот сошёл с ума... Нет. Он всегда был таким. Именно об этом её предупреждали. Глупая Юзуха не верила... И сама всё испортила. — Пожалуйста, – девушка тихо всхлипывает и падает на колени. — Прошу, не трогай их... Ты достаточно людей убил.. Но, пожалуйста, не трогай Такаши и брата... Я буду с тобой, не сбегу, только умоляю... – по лицу прилетает пощёчина и Юзуха падает на пол. Ран нависает сверху и хватает девушку за горло, сильно сжимая. Она начинает отчаянно отпихивать его от себя, пытаться бить, но Хайтани вновь ударяет её по лицу. — Но я больше не могу тебе верить, милая. Ты вынуждаешь меня быть с тобой крайне жестоким. – проговорил он, разглядывая красное лицо, на котором виднеются следы от ударов, рассечённую губу и испуганные, красные от слёз глаза. Его ладонь вновь ложится на горло Шибы, но не перекрывает воздух. — Ран, пожалуйста... — Глупая девочка, почему ты продолжаешь меня злить? – мужчина вскидывает брови, без капли жалости глядя на дрожащее хрупкое тело, что лежало на полу перед ним. — Лучше подумай о себе. Я могу сломать твои ноги, и тогда ты какое-то время точно не сбежишь. И здесь твои пустые обещания будут не нужны. — Не надо... – Юзуха опасливо поджимает колени, действительно поверив, что Ран способен это сделать. Он просто не в себе. Он способен на всё. — Послушай, – тихий голос Хайтани прервал рингтон. Фиалковые глаза уткнулись в телефон девушки, лежащий рядом с карманом на полу, пробежались по высветившемуся номеру и медленно вернулись к испуганному лицу Шибы. Улыбка сама расползлась на губах Рана и он осторожно подобрал телефон, отвечая на звонок и поднося его к уху, не разрывая с девушкой зрительного контакта. — Юзуха? – раздался в трубке встревоженный голос Мицуи. — Мицуя. Как поживаешь? – тон Хайтани с угрожающей лёгкостью неприятно отпечатался на душе. Такаши долго молчал, пытаясь сообразить, что именно спросить. — Что ты с ней сделал? – первое, что пришло в голову. Но на этот вопрос Ран лишь тихо посмеялся, грубо хватая девушку за подбородок и вертя её голову в разные стороны, чтобы получше рассмотреть чуть опухшие щёки. — Пока что ничего такого. Но в планах есть. — Если ты тронешь её снова... — Такаши, я предлагаю игру. У тебя есть два месяца, чтобы найти её. А если не успеешь, я прикончу её и отправлю тебе доставкой её прекрасные глазки. Ты всегда так заколдовано в них смотрел... – Юзуха, распахнув в ужасе глаза, запаниковала ещё больше, судорожно мотая головой, пока из глаз вновь ещё сильнее покатились горячие слёзы. — Ты... Долбанный псих... — С полицией не связывайся. Бесполезно и опасно для жизни Юзухи. Играешь один. Хаккай в этом не участвует. Ведь в прятках всегда один голит... Так что, считай до полуночи и начинай водить. А мы с Юзухой очень постараемся выиграть. Удачи, Мицуя! – с такой воодушевлённой, но больной улыбкой проговорил Хайтани, не дослушав ответа и сбрасывая вызов. Вытащив из телефона сим-карту и батарею, он отбрасывает всё в сторону и снова сосредотачивается на любимой. — Зачем ты так? Я же только тебя... Люблю... – Ран долго оглядывает измученную истерикой и страхом девушку и поднявшись, поднимает её. — Конечно, Юзуха. Я знаю. У тебя просто нет выбора. – прошептал он сладко-ядовито, ударив Шибу где-то сзади, от чего девушка мгновенно валится к нему в руки, теряя сознание. — Ведь я тоже очень сильно люблю тебя.

***

Когда тяжёлые веки наконец-то поддались и Юзуха смогла медленно открыть глаза, в янтарных озёрах пылало пламя. Они отражали его, то, как оно поглощало какое-то здание, быстро распространялось, тянулось к небу. Ран нёс её на руках в сторону машины, пока за его спиной полыхал дом. Дом, в котором они прожили с Юзухой три года. Недавно пришедшая в себя Шиба не понимала что происходит и от чего так голова болит. Было тепло находиться в руках Рана. От него пахло любимым дорогим парфюмом, он нёс её осторожно, крепко прижимая к себе с какой-то нежностью. Находясь в беспамятстве, Юзуха вновь закрывает глаза, утыкаясь носом куда-то в плечо Хайтани. Она не помнила, что её терзает, но в объятиях Рана она чувствует себя в тепле и безопасности. Не помня о том, что Ран и есть её главная опасность. Окончательно она пришла в себя только в квартире Риндо. Ран привёз её туда, потому что захотел. Он поделился с братом, что дом сжёг по собственному желанию, но не упомянул, что сделал это для того, чтобы замести все следы. Юзуха молча следила за их диалогом, а младший Хайтани как назло не обращал на неё внимания. Но где-то глубоко внутри Шиба надеялась, что он сможет её защитить. Однако, сама мысль об этом смешила. Ран принял решение остаться на ночь в квартире брата. Риндо на это отреагировал равнодушно, лишь сообщил, что комната в их распоряжении. Он изредка поглядывал в сторону сидящей рядом с братом Шибы, замечая её потрёпанный вид, но влезать не стал - она женщина Рана и беспокоиться о ней нет никакого смысла. Риндо не из тех, кто не равнодушен к проблемам других, если это конечно не касается близких ему людей. — Ты можешь идти в комнату. – почти приказал Ран, даже не посмотрев в сторону Юзухи. Она быстро пересеклась с Хайтани младшим взглядами и поднявшись, замерла, ожидая информации от хозяина квартиры. — От входной двери по коридору первая слева. Ванная напротив. – бросил он, вновь переводя взгляд на брата, а девушка, наверное, благодарно кивнув, направилась в нужную комнату. Здесь было не так много мебели, только кровать, небольшой шкаф и тумба у кровати. Светлые стены, тёмный пол и светлая мебель. Панорамное окно с волшебным видом на Токио, скорее, на его окраину. Девушка долго смотрела на огни, что так печально отражались в янтарных глазках. Она больше не разговаривала с Раном, но то что случилось сегодня не давало ей покоя. Возможно, он вскоре успокоится и всё наладится, хотя внутри у Юзухи что-то... Разбилось. Сломалось на мелкие кусочки. Братья о чём-то разговаривали, а Шиба решила скрыться в ванной, чтобы хоть немного привести себя в порядок. Она взяла с кровати осторожно сложенное полотенце, которое сразу оставил Риндо и заглянув в гостиную, спросила разрешения принять душ. Младший кивнул и вернулся к беседе с братом. Ванная была выполнена в сочетании чёрного и кофейного цветов. Просторная душевая кабина с затемнёнными дверцами встретила девушку вполне желанно, вода настроилась быстро и без проблем, сразу окутывая ноющее тело приятным теплом и какой-то свободой. Растёртый макияж потёк по щекам вместе с водой и слезами, а сама Юзуха просто надеялась, что если поплачет, станет легче. Она не любила плакать, потому что в такие моменты вспоминается, как она плакала в детстве. Сидя на коленях перед братом, беря на себя все побои, плакала потому что больно и обидно. Но брата глубоко внутри любила столько же, сколько ненавидела. Янтарные искры утыкаются в собственное отражение в зеркале в самой душевой кабине. На шее виднелись следы от руки Рана, губа разбита, на плече синяк, который она получила при падении после пощёчины Хайтани, а немного опухшие щёки, на которых размазана чёрными пятнами косметика стали последней каплей. Нервно улыбнувшись своему виду, она с дрожью вспоминает себя в детстве. Ничего не изменилось с тех пор. Она всё так же терпит боль, унижение и плачет, продолжая питать к человеку и тёплые чувства любви и привязанности вперемешку с ледяной ненавистью и страхом. С губ слетает смешок и вода заглушает тихий отчаянный смех, который вскоре перерастает в отчаянные завывания. Шиба закрывает глаза, утыкается лбом в зеркало, пытаясь взять себя в руки и принять, что однажды всё это закончится и она точно будет счастлива. Но перед глазами мелькает нежная улыбка Рана и она понимает, что с ним или без него, счастлива она не будет. С ним и страшно и хорошо, и тепло и холодно, а без него уже наверное невозможно. За что можно так любить грязного опасного человека? За что можно искать оправдания каждому его поступку? Но люди, любящие, глупы и безвольны. Они не могут избавиться от зависимости в этом человеке, боясь, что ломка уничтожит их, не оставив и пепла. И Юзуха тоже боится, так боится потерять Рана, что готова терять себя. И даже тогда, когда его руки ложатся на бёдра, губы утыкаются в плечо, целуя синяк так нежно, извиняясь со всей любовью, искренней. А Шиба не дышит в его руках, но лишь потому что боится, что его касания исчезнут. Она хочет чувствовать их, обжигаться снова и снова, зная, какой Ран эгоист. Ненормальный собственник, убийца, а она глупая, поехавшая жертва, не желающая сопротивляться. Хайтани разворачивает её к себе лицом, изучая тёмными фиалковыми глазами измученное лицо любимой. Красивые синие пятна на лебединой шее, блестящие от слёз глаза, пухлые дрожащие губы, которые он так любит жадно целовать. В которые утыкается, так нагло врываясь внутрь, вдавливая её в зеркало душевой кабинки. Чтобы овладеть ей снова. Чтобы снова напомнить себе, что она только его. Что она рядом и что дышит лишь для него. И от её прикосновений сносит крышу. Ран подхватывает девушку на руки, а она послушно сплетает ноги на его пояснице, задирая голову, чтобы он добавил к синим пятнам на шее яркие засосы, чтобы шипеть от боли, но чувствовать внутри бурю желания и возбуждения. Чтобы умирать от нехватки воздуха, но продолжать умирать от сладкого желания. Желания чувствовать его пламя, сгорать и возрождаться, словно птица Феникс. А когда он входит, она тихо вскрикивает от неожиданности, но он быстро прижимает к губам девушки ладонь, рыча и продолжая двигаться. Его брат отправился спать, поэтому он не позволит ей помешать его сну. Он будет трахать её здесь, в его душевой, игнорируя, что по щекам девушки снова текут слёзы, но она так сладко тихо постанывает в его руку, царапает плечи. Потому что любит больше чем кто-либо. Потому что Юзуха его самый нежный цветочек, который растёт даже в пустыне и тундре, который цветёт даже в метель и всегда дарит аромат спокойствия, тишины, мягкого уюта и тепла. Любви. А он так подло будет пытаться сорвать заветный цветочек, чтобы забрать себе. Чтобы всегда быть рядом. Чтобы всегда было тепло и уютно. И прекрасно понимая, что если он сорвёт его, цветок завянет, продолжает калечить стебель. Ожидая чего-то и ломая Юзуху, жестоко, но с такой любовью. С больной любовью и желанием овладеть ей навсегда.

***

Уже утром пара покинула обитель Хайтани младшего в гробовой тишине. Было немного не комфортно находиться с Раном в одной машине после всего, что произошло прошлой ночью. Юзуха винила себя за легкомыслие и любовь к этому человеку и сейчас её голова раскалывалась от противоречий. Она искала оправдания действиям Рана и тут же искала причину не использовать данное оправдание. И смешно и грустно. Сам Хайтани вполне расслабленно вёл машину, даже не поглядывая в сторону бледной и замученной собственными мыслями девушки. Маска безразличия покоилась на его лице с самого момента пробуждения. И всё ещё действовала сейчас, несмотря на то что внутри всё пылает непонятными смешанными эмоциями, описать которые он не может. Музыка, что тихо играла, разбавляла напряжённую атмосферу своим приятным звучанием. — Куда мы едем? – спрашивает она наконец-то, не в силах быть в неведении. Мужчина выдерживает паузу, а после, бросив в сторону Шибы ничего не означающий взгляд, вновь сосредоточился на дороге. — Поедем туда, куда Мицуя не сунется. — Так хочешь, чтобы он не смог меня найти? А потом, со спокойной совестью и чувством победы убьёшь меня? – губы дёрнулись в нервной усмешке, на что Хайтани тихо рассмеялся. Его забавила вся эта ситуация. — Юзуха, а ты боишься смерти? — Не знаю. – Шиба отводит взгляд, почему-то задумавшись над вопросом Хайтани. Боится ли она? Неясно до конца, потому что сейчас она не может понять сама себя. Юзуха не сразу заметила, как автомобиль начал набирать скорость. Ран расслабленно держал в руках руль, но так старательно выжимал газ. Девушка долго пилила его непонимающим взглядом, а когда стало немного страшно и Хайтани принялся опасно обгонять машины одну за одной, сердце заколотилось ещё сильнее. — Ран, перестань. — В чём дело? Ты не доверяешь мне? – с ленивой улыбкой спрашивает он, но Юзуха хватает парня за руку, не мешая рулить, но таким жестом пытаясь достучаться до него. — Пожалуйста, сбавь скорость. — Но ты же не боишься смерти. – протянул он, а девушка с ужасом смотрит на то, как стрелка стремительно преодолевает 190. Очередной манёвр, множество сигналов недовольства других водителей и они едва ли не задевают фуру, пролетая мимо огромной машины в паре сантиметров. — Ран, мы разобьёмся! – кричит она, в бешеной панике, а Хайтани продолжает улыбаться. — Значит ты боишься умереть, вот и ответ. – заявил он спокойно, не пытаясь затормозить. — Я боюсь, что мы умрём вместе! – выпалила она, честно сознаваясь, как боится, что при аварии они умрут оба. Она не хочет, чтобы Ран прощался с жизнью. Она боится его смерти больше, чем своей. Внутри у Хайтани что-то вспыхивает и он, резко заворачивая так, что Юзуха падает на его колени, тормозит, наконец-то останавливаясь где-то на парковочной площадке возле какого-то высокого здания. Шиба медленно поднимается, садится ровно, чтобы выровнять дыхание и успокоить сердце, а Ран прожигает её таким задумчивым глубоким взглядом. — Что это значит? — Ты... Идиот... – призналась девушка, всё ещё приходя в себя. — Ты снова подумал только о себе... Чёртов эгоист! – она влепила ему пощёчину, яростно смотря на Рана. — Это значит, что я люблю тебя и боюсь, что с тобой что-то может случиться... А ты всегда думаешь только о себе! Ненавижу тебя! Ненавижу, чёртов Хайтани! Ты сплошная боль в моей жизни!... – по щекам покатились слёзы и Шиба как-то устало уткнулась лбом в плечо Хайтани, тихо заплакав. «Почему я так ненавижу тебя? Почему ты просто не можешь исчезнуть из моей жизни?... Почему я ничего не могу против тебя? Против моих чувств к тебе? Ну почему я так тебя люблю?!» – столько вопросов осталось в голове, а Ран лишь продолжал молча следить за тем, как от слёз задрожало её тело, как отчаянно она всхлипывает. Как продолжает ломаться её стебель. Его рука ложится на затылок, зарывается в шёлковые волосы, оттягивает их, заставляя Юзуху поднять голову и заглянуть в его слова. Он берёт её за горло, утыкается губами в её чуть приоткрытые уста, жадно и властно царствуя во рту Шибы. Она не отвечает какое-то время, а Ран хищно кусает губы, терзает их, оттягивает, тянется рукой к низу сиденья и опускает его. Юзуха под его давлением падает на спину, а Хайтани нависает сверху, снова утыкаясь в истерзанные пухлые губы. Шиба кладёт руки на его грудь, чуть отталкивая, но он продолжает нависать сверху. Здесь их могут увидеть, но Хайтани плевать, он может убить любого, кто им помешает. Ему плевать на её смущение, на её настроение. Ран не будет спрашивать даже её. И в конечном итоге она сдастся. Обхватит руками его шею, начнёт желанно отвечать на поцелуй и выгибаться, когда его рука окажется между её ног. Потому что Юзуха бессильна перед чувствами к нему. Потому что она слабая девочка. Слабая сломанная девочка, которая больше никому, кроме того, кто её сломал, не нужна. Не нужна даже сама себе.

You make me wanna scream at the top of my lungs Ты заставляешь меня кричать, что есть мочи, It hurts but I won't fight you Это больно, но я не буду бороться с тобой, You suck anyway В любом случае, ты мне противен, You make me wanna die, right when I Ты заставляешь меня желать смерти, сразу.

The Neighbourhood - Afraid