I met an angel with clipped wings

      Кажется, Эдгар уже в сотый раз проклинал тот соседский забор, своё желание проверить навыки паркура и вообще всё живое и неживое вокруг. Какого хера он вообще вдруг решил, что у него получится перепрыгнуть через.. целый, мать его, забор! Итог — зацепился ботинком за железку и свалился носом вниз. Ну как носом.. точнее головой. Неплохо так приложился. И если бы вовремя не выставил руки — остался без башки. А так, максимум сотрясение. Что сейчас они — Эдгар и его разъярённая мать — едут проверять.       — Я не понимаю, Эд, в чем твоя проблема, — причитала мать, не отрывая взгляда от дороги. Её недовольство можно было понять из-за сильно сжимающих руль рук. — Тебе уже семнадцать лет, почему в твоей голове всё ещё возникают такие глупые желания?       Эдгар предпочёл промолчать. Впрочем, как и всегда в подобных моментах. Словами тут не поможешь. Сейчас оставалось только умолять всех святых существ, чтобы у Эдгара оказалось что-то пиздец серьёзное, и смерть уже приветливо машет ему рукой. Ха-ха. Кто бы мог подумать, что где-то там, в небольшом городке, какой-то подросток будет мечтать о смерти из-за собственных родителей. Сначала эта мысль пугала Эдгара, а когда руки сами собой тянулись к ножу — и вовсе позорно реветь хотелось. «Это ведь ненормально!» — вопил когда-то парень, пряча все ножи в доме по кухонным ящикам. Так и отхватил тогда, за бессовестно наведённый беспорядок. Никто тогда не заметил его покрасневших от слез глаз; его трясущихся от истерики рук; его, разбитого ребёнка. «Ну вот, места уже не осталось!» — ворчал недавно Эдгар, пытаясь найти «живое» место на запястье. Это вошло в привычку. Уже было не страшно.       — Долго сидеть будем? — с нажимом произнесла мать, как бы намекая на то, что они, между прочим, уже у цели и пора выдвигаться.       Эдгар молча покинул салон и вдохнул свежий июльский воздух. Он назвал бы этот момент ахуенным, если бы не больница, находящаяся напротив него. Парень ненавидел это место, которое было пропитано слезами, горем и грустью. Казалось, будто это место олицетворяет его самого — грустного, побитого жизнью парня, не имеющего ничего, кроме высохших на щеках слёз и необъяснимой ненависти к людям.                         ***       — … Сотрясение головного мозга средней степени тяжести, — сделал вывод врач, глядя на снимки. — Необходим постоянный присмотр врачей. Рекомендую лечь на неделю, а лучше две, в больницу. Всё-таки, в случае чего, парню сразу окажут помощь. Не вижу смысла рисковать его здоровьем.       — Конечно, мы согласны! — с наигранным волнением подорвалась мать. Эдгар такого, кажется, не ожидал. Его сейчас в этом месте оставить собираются? Что за пиздец? Он не согласен!       — Да я в поря-       — Мы согласны. — чётко и, глядя прямо в глаза взглядом «скажешь хоть слово — пришибу прямо здесь» отчеканила женщина и вернулась к заполнению каких-то бумаг.       Ну и дела... Мало того, что его без согласия оставляют ЗДЕСЬ больше чем на неделю, так ещё и из вещей у него с собой только полосатый шарф. Не густо. А прожить как?       — Отлично, уточните у медсестёр, где находятся свободные палаты. — врач, закончив, вернулся к каким-то своим бумагам. Ну и работа. Нудная.       — Спасибо вам!       Эдгара без слов выпроводили из кабинета и повели дальше по этажу, всё ближе подходя к уже заселенным палатам. Кажется, их тут уже ждали, либо просто на автомате принимали новых людей, потому что одна из медсестёр приглашающе кивнула в сторону палаты, на двери которой была табличка с номером. Пятьдесят три. Эдгар уже ненавидит это число.       На удивление, сама палата была не такой уж плохой: бежевые, немного пошарпанные стены, две кровати, у каждой стояла небольшая тумбочка, в углу комнаты, слева от небольшого стола, стоял умывальник. Не густо, но всё же лучше, чем представлял себе Эдгар. Ему казалось, что в палатах серые стены, и ничего кроме противно скрипящих кроватей здесь не будет. А тут вон, даже окна есть. Только вот его напрягала вторая кровать, которая, к слову, была криво заправлена. С ним будет кто-то ещё? Пиздец.       — Обживайся. Вещи завезу вечером. — коротко и ясно. Но парень не ожидал чего-то другого. Спасибо, что хоть вещи привезёт. Он справится.       Как только дверь за женщиной закрылась, Эдгар рухнул на свободную кровать, обессилено глядя в неровно побелённый потолок. «Вот и напаркурился, блять» — недовольно думал он. Теперь придётся выживать в этом месте, находясь в одной палате с каким-то( или какой-то? ) неряхой и давиться наверняка невкусной едой из столовки. Да он самый везучий человек в мире, мать твою!       — А ты кто? — донеслось со стороны двери, и Эдгар резко повернулся на голос, кутаясь по привычке в шарф.       Прямо посередине палаты стоял высокий парень, примерно его одногодка, с небрежным хвостом непослушных тёмно-синих, почти чёрных, волос и застывшим на осунувшемся лице удивлением. Как и ожидалось — неряха. Эдгар не был бы собой, если не съязвил:       — Выглядишь как торч.       — Чего-о-о? — удивленно протянул юноша, смешно хмуря широкие брови.       — Слушай, давай так: я тебя не трогаю, ты меня не трогаешь. Живем мирно и без ссор, окей?       — Так ты мой новый сосед? Так бы сразу! — парень за считанные секунды преодолел разделявшее их расстояние и по обыденному плюхнулся на кровать рядом с Эдгаром. Это ещё что такое?! — Меня Фэнг зовут, а тебя?       — Ты что творишь? — Эдгар недоуменно вылупился на протянутую ему руку. — Оглох совсем? Я же сказал: не трогать меня!       — Да я тебя и не трогал.. — Кажется, Фэнг растерялся, но продолжил держать руку в воздухе. — Просто познакомиться хочу!       — Ты.. Боже, блять. Может ещё на языке жестов объяснить, чтобы ты отвалил? — Эдгар отмахнулся от чужой руки. Да что этот парень себе позволяет? Это нарушение личных границ!       — Почему ты в шарфе? Жара ведь!       — Не твоего ума дело, придурок.       Нить спокойствия оборвалась, и Эдгар готов был на коленях умолять врача, чтобы тот отпустил его на все четыре стороны, потому что с ЭТИМ он уживаться не намерен!       — Ты чего злой такой? Я же просто про шарф спросил, а не пароль от кредитки! — не унимался парень. Он что, правда такой тупой?       — Свали с моей кровати.       — Эй! Так не честно! Я сказал своё имя, а ты..       — Эдгар! Меня зовут Эдгар! Доволен, идиот?!       — Вау! — восхищенно вздохнул Фэнг, — тебе так подходит это имя!       — Свали. — парень устало потёр переносицу пальцами.       Фэнг, выставив руки перед собой в извиняющимся жесте, действительно прошлепал( этот неряха ходит босиком по холодному полу! ) к своей кровати и устроился на подушке, включая какое-то кино. Эдгар рад, что от него наконец отстали. Но стоило ему немного расслабиться, как о себе с двойной силой напомнили симптомы сотрясения: голова закружилась, словно карусель, а в горле собрался ком. Вдруг начало мутить так, словно дерьма нажрался. Пиздец. Эдгар медленно встал с кровати, сдерживаясь, чтобы не заблевать весь пол прямо здесь и зашагал к двери, зажимая рот. Знать бы ещё, где тут туалет находится..       — Эй! У тебя всё в норме? — Фэнг, выдернув из уха один наушник, уставился на мрачную фигуру.       — Я же говорил, не лезь ко мне!       — А у тебя какой диагноз? — игнорируя грубость собеседника, парень встал с кровати и начал подходить ближе.       — Тебе какое дело? — Эдгар готов был молиться всем святым существам, только чтобы ЭТО существо от него отъебалось и позволило ему, наконец, найти белого друга и встать перед ним на одно колено.       — Ну вдруг ты при смерти, — парень пожал плечами, подходя ещё ближе и чуть нагибаясь, чтобы всмотреться в чужое бледное лицо. — Сотрясение?       — Да. Дай пройти уже, мне плохо.       — Так вот же умывальник. Обнимайся с ним сколько хочешь!       — Идиот!       Эдгар всё-таки смог отмахнуться от уже успевшего надоесть соседа по палате и вышел в коридор, отчаянно ища медсестру. Было, конечно, неловко спрашивать такие, казалось бы, обыденные вещи, но парень действительно еле держался и нёсся на всех двух к заветной двери.                         ***       — Ну что, угрюмая принцесса, как всё прошло? — как ни в чем не бывало спрашивает Фэнг, стоило только Эдгару вернуться в палату.       — Как ты меня, блять, назвал? — парень готов был плюнуть на то, что они вообще-то в больнице, и надрать этому идиоту зад!       — Раз уж я знаю твой диагноз, не хочешь, случайно, узнать и мой тоже? — наигранно стеснительно тянет парень, а Эдгар снова взбешивается:       — Я уже знаю, представляешь! Твой диагноз — долбаёб, и он не лечится!       Эдгар только первый день в больнице, но уже нажил одну занозу в заднице. Как же он с ней справится и с какого это хера он, блять, угрюмая принцесса?!