Прошлое не всегда остаётся в прошлом

Проснувшись рано утром, Гермиона поняла, что больше не уснёт. Несмотря на усталость и на то, что они почти не спали с Драко, девушка чувствовала себя бодро. Малфой спал, лёжа на животе и пряча руки под подушкой. Было почти пять часов утра, когда девушка нехотя вылезла из постели и, надев футболку Драко, направилась на кухню готовить завтрак. Она замесила тесто для блинов и уже почти начала выпекать, как вдруг в комнату влетел Патронус Гарри. — Герм, просыпайся. Срочно жду на работе. Скорее. Девушка фыркнула, выключая газ и торопясь в ванную. Наскоро умывшись, она нанесла лёгкие чары гламура, заплела волосы и побежала в комнату. Драко все ещё спал, пряча лицо в подушке. Грейнджер натянула брюки, кофту, призвала бумагу с листком, где написала причину раннего побега. Чмокнув Малфоя в щеку, девушка побежала в камин, попутно хватая летучий порох. Оказавшись на этаже Аврората, Гермиона сразу отметила, что все почему-то суетятся. Нахмурившись, она зашла в кабинет Гарри. — О, Герм, ты быстро, молодец. — Что стряслось? — Пропало ещё две семьи, в одной из них мать семейства смогла сбежать и сообщить нам, потому так рано всех и собрал. Пожиратели выбрали крайне удачное время, когда все уже устают. Сволочи. — Поттер нервно сжал перо, грозясь его сломать. — Мы найдём их, вперёд. С грустью Гермиона отметила, что друг, кажется, совершенно не спал. Тёмные круги залегли под глазами, волосы были в полнейшем беспорядке. Однако одежда была чиста и выглажена, что показывало Джинни как отличную хозяйку. Гарри грустно улыбнулся и, взяв кипу бумаг, отправился на собрание. Они обыскивали город по трое человек. Гермиона оказалась с Гарри и Розали. Казалось, что Поттер не очень хотел её отпускать от себя далеко, потому и ставил чаще всего с собой. День близился к ночи, а авроры так и не смогли не найти никакой зацепки. Грейнджер в голове уже обдумывала план, чтобы обратиться к Драко и выпросить у него книгу по Темной магии. Девушка была готова пойти на любые меры. Гарри отпустил Розали и настаивал, чтобы и Гермиона отдохнула, но та наотрез отказалась, оставшись с ним дежурить. Половина авроров направилась отсыпаться, а вторая осталась дежурить до конца, дабы первые затем сменили вторых. Гарри и Гермиона шли по лесу, постоянно сканируя местность магией и все ещё пробуя заклинание поисковой Руны. На город уже опустилась тьма, и друзьям пришлось прибегнуть к согревающим чарам. Два раза они получали Патронус от Джинни, и один раз около них возникла эльфийка Драко Жози, принеся лёгкий перекус. Гермиона поблагодарила домовика, вновь испытав сильнейшее чувство привязанности к Драко. — Малфой делает тебя счастливой, — неожиданно произнёс Гарри, взмахивая палочкой. — Да, — ответила Гермиона, улыбаясь. — Это был не вопрос. Они переглянулись, хмыкая. — Гарри, я думаю, нам стоит обратиться к Тёмной магии. Руны перестали работать только из-за этого. — Кингсли будет против. — Грейнджер удивлённо подняла брови, понимая, что сам Поттер против, кажется, не был. — Если он узнает, нам будет несладко. — Следует найти ещё кого-то, кому можно это доверить. — Я подумаю, и мы им сообщим. О, и ещё… Гарри не успел договорить, так как яркая вспышка отбросила их назад. Гермиона ощутила волну боли, которая пронеслась сквозь все её тело. Уши заложило, а в глазах плыло. Сквозь пелену и облако дыма она пыталась найти Поттера. — Гарри! — крик был больше похож на хрип. Крепче сжав палочку и стиснув зубы, девушка заставила себя со стоном подняться на ноги, сразу же отмечая, что её лодыжка была вывернута, и, кажется, сломано пару рёбер. Сердце готово было выскочить из груди, пока она судорожно колдовала. — Гарри! Где… — вопрос застрял в горле, когда дым рассеялся, и девушка увидела друга. Поттер был прижат Пожирателем к дереву, из его рта текла кровь… — Гарри! Девушка ринулась к нему, и животные страх и злость овладели Гермионой, когда она увидела рукоятку ножа, торчащую из живота Гарри. Пожиратель вытащил его и уже хотел было пырнуть чуть выше, когда Грейнджер крикнула: — Авада Кедавра! Зелёный луч, подпитанный её ненавистью, страхом за жизни магглов, друга и злостью на этих нелюдей, вырвался с палочки и с громким хлопком врезался прямо в Пожирателя. Человек в чёрном отлетел в соседнее дерево и бездыханным мешком упал на землю. Неосознанно возведя стены Окклюменции, Гермиона подбежала к Гарри, хватая друга под руку. — Герм… Ты… — Тихо, тихо, все будет хорошо. Держись, Гарри, пожалуйста. Грейнджер заставила его выпить зелье, осознавая, что дело тут было явно не только в обычном ноже. Взяв себя в руки, она трансгрессировала. * * * Гермиона сидела на полу в палате, пока её плечи сотрясались от рыданий. Прошёл всего час после того, как их выбросило в Мунго, но за это время произошло слишком многое. Врачи смогли извлечь тёмное заклятие из Гарри, разрешили его увидеть, и сейчас тот находился в соседней палате под наблюдением и зельем сна без сновидений. Только после того как другу стало лучше, Гермиона согласилась на свое лечение. Физически её задело не сильно, и сейчас она почти не чувствовала боли, чего она не могла сказать о своём ментальном здоровье. Оставшись одна в палате, девушка со всей полнотой осознала, что она сделала. Осознала, что применила Непростительное. Это случилось третий раз за её жизнь. О первых двух знал лишь Гарри. Это было во время войны, когда друзья оказались на волосок от смерти, Рон в эти разы был без сознания, а вот Поттер помог Грейнджер смирится с этим и научил выстраивать стены в голове. Гермиона дала себе обещание никогда так больше не делать, и сегодня нарушила его. Она вспомнила этот вкус Тёмной магии, вспомнила, каково ощущать, что жизнь другого человека зависела только от тебя. Это была великолепная мощь, и Гермиона боялась своей тёмной стороны. Выпустив зелёный луч, Грейнджер ощутила не страх или вину, она ощутила вкус власти. Вкус силы. И это было страшно. А если она не сможет это контролировать? Если использование Рун и тёмного заклятия сломают её, и она не станет прежней. Завтра будет разбирательство, завтра её привлекут к ответственности, возможно лишат палочки. Новый вой вырвался из груди, и девушка яростно ударила кулаком стену. Раз. Второй. Третий. Пока на белом покрытии не появились красные следы. Пока тёплые руки неожиданно не обвили её за талию, оттаскивая от стены. Пока знакомый голос не стал шептать успокоительные слова. Пока Гермиона, рыдая, не уткнулась лицом в твёрдую грудь. — Я убила его, я снова убила… — рыдала она, цепляясь за белую рубашку. — Взгляни на меня, взгляни, давай. Гермиона подняла глаза, встречаясь с серым взглядом. — Выпей это, пожалуйста, для меня. Кивнув, Грейнджер сделала глоток, чувствуя, как её тело безвольно обмякает в руках Драко. * * * Гермиона открыла глаза, чувствуя тяжесть в голове. Взору предстал белый потолок и свечение её жизненных показателей. Повернув голову, она увидела Малфоя. Тот сидел в кресле и, прислонив голову к стене, спал. Девушка улыбнулась, потирая глаза. Она села, босыми ногами вставая на пол. Наложив на Драко Согревающие, а на себя — Дезиллюминационные, Гермиона юркнула из палаты и пробралась в соседнюю. Гарри не спал. Друг лежал и пристально смотрел в щель открывшейся двери. — Гермиона, почему ты не спишь? Девушка сняла чары и села на край кровати. — Как ты? — Лучше, через пару дней буду в норме. А ты? Друг сел и сжал её ладонь. Он видел. — Меня отстранят от должности аврора, — шепнула она, чувствуя, как боль снова затопила сердце. — Улик нет, наши палочки не будут подлежать осмотру. — Что? — Малфой спрятал Пожирателя, легенда гласит, что ты сбила его обычном Петрификусом. — Он что? — Да, я смог послать ему Патронуса, когда врачи оставили меня без присмотра. Драко сам решил так сделать. — Он слишком многое для нас делает. — Да, я сам удивлён. Друзья помолчали. — Гермиона, ты должна перестать себя винить. Ты снова спасла мне жизнь, и я в неоплатном долгу перед тобой. Ты поступала так только из-за необходимости, я не уверен, что не поступил бы так же. Ты прекрасный человек. — Гарри, перестань, ты же мне как брат. Спасибо, я правда постараюсь в это поверить. Думаю, мне следует вернуться в палату. — Конечно. Девушка чмокнула друга в макушку и, снова наложив чары, юркнула к себе в комнату. Собираясь тихонько лечь, она шагнула и вздрогнула, услышав: — Далеко ходила? — Драко, хватит меня пугать, — буркнула Грейнджер, снимая чары. Малфой сидел уже на больничной койке и выглядел слегка уставшим: растрепанные волосы, мятая рубашка, закатанные рукава. Он был таким родным. Чувствуя уже острый холод на ступнях, Гермиона юркнула под одеяло, нервно сжимая простынь. Малфой не отводил пытливого взгляда. — Драко, спасибо, — девушка потянулась и сжала его ладонь. — Иди сюда. Малфой залез следом, и девушка обвила руками его талию, кладя голову на грудь. — А если я не смогу побороть темноту внутри меня? — шепнула она, чувствуя, как Драко делает глубокий вдох, утыкаясь носом ей в волосы. — Я уже убивала, я снова ощутила эту силу, эту власть над жизнью. Ещё в Хогвартсе я иногда чувствовала тягу к Запретной секции, тягу к Тёмным заклятиям. Когда Снейп рассказывал о Рунах, я пробралась в Запретную секцию и забрала книгу с Рунами. Когда я хорошо отвечала на уроках, Снейп заподозрил неладное и через пару дней в коридоре шепнул, что мне не стоит брать то, что не положено и не стоит совать нос туда, куда не просят. Я вернула книгу, но все равно постоянно искала возможности узнать как можно больше о Тёмной магии. Первая возможность предстала во время войны. Рон спал в палатке, а мы с Гарри сидели под деревом и о чем-то говорили. На нас напали. Их было пять. Мы оглушили четверых, — Гермиона сильнее сжала Драко в объятиях. — Один прижал Гарри, он почти произнёс заклятие, но я сделала это первой. Я врала Гарри, что это было случайно, что я боялась его смерти. Но я хотела испытать это. Я хотела убить. — девушка тяжело сглотнула. — Второй раз я произнесла Непростительное ещё легче, ещё проще. Я даже улыбнулась. Тогда Пожирателей было около семи, выбор был, но я убила одного. Последнего. Рон долго возмущался, не понимая, кто убил, а Гарри был удивлён. Он долго вглядывался в моё лицо и ничего не сказал. Он понял мои чувства. Сейчас я тоже могла использовать любое другое заклятие, но, увидев нож в животе Гарри, я так сильно разозлилась. Я не смогла сдержать порыв, то чувство вновь окутало меня, и я боюсь, что не смогу его контролировать. — Сможешь. Все смогли, и ты сможешь, Гермиона. Просто твоей головешке тяжело принять, что во всех сочетается тёмное и светлое. Ты слишком много думаешь, стань собой. Пару-тройку тёмных заклятий ничего сильно не поменяют. Ты все равно останешься доброй, храброй и возможно самой умной Ведьмой столетия. — Спасибо, — прошептала она, и новый поток слез покатился по щекам, пока Драко, смеясь, прижимал её к себе. * * * — Авроры, которые занимаются всплесками Тёмной магии, ничего не замечают. — Оттого и нам нужно её использовать, — Гермиона потерла виски, — Я нашла Раскрывающее заклятие. — Кингсли не позволит, а если мы не скажем, нас уволят, несмотря на все заслуги. — Но Гарри, пропала ещё семья, у нас нет выбора и времени. — Я подумаю и примем решение завтра. — Хорошо. Попрощавшись с Поттером, девушка вернулась домой. Хотелось есть. Стояла ночь, и Драко уже, наверное, спал. Гриффиндорка левитировала в гостиную тосты, варенье и, открыв книгу с Тёмными заклинаниями, принялась читать. Зачерпнув новую порцию варенья, Грейнджер не заметила, как сладкая капля упала ей на грудь. — Мерлинова борода, — она попыталась исправить, но только размазала. Почти потянулась за палочкой, как вдруг раздался хриплый голос. — Не трожь. Подняв взгляд, она увидела Драко. Тот стоял в одних штанах, с растрепанными волосами. Он сделал небольшое движение рукой, и книги на столе Гермионы левитировались в сторону. Этот засранец ещё и невербальной магией владеет. — Сними с себя одежду. — Что? — она попыталась сделать возмущенный вид, но внизу живота уже стало сладко тянуть. — Сними с себя чёртову одежду, Грейнджер. Гермиона могла поклясться, что от одного такого его взгляда, она становилась мокрой буквально за секунду. Уже изнывая от желания, девушка встала на ноги. Она никогда особо не была уверена в себе, но его взгляд и желание в нем творили волшебные вещи. Гермиона медленно стянула с себя футболку, за ней пошли джинсы. — Остальное я сам, — рыкнул Драко, и девушка ощутила миллион мурашек. Словно хищник, он оказался подле неё и резко развернул её к себе спиной. Ловко расстегнул бюстгальтер, откидывая его в сторону, крепко сжал упругие груди, вызывая любимый стон. Затем он вновь развернул её к себе лицом, зачерпнул пальцами варенье и нанёс его на груди, отчего глаза девушки расширились от удивления и предвкушения. Драко облизнул пальцы, и Гермиона не смогла сдержать стон нетерпеливости. Малфой сел на диван и хлопнул себя по коленям. Гриффиндорка села, и парень резко прижал её к себе, давая ощутить, как сильно он её хочет. Но слизеринец решил помучить и себя, и её. Горячие губы начали вылизывать сладкую от варенья грудь, и Гермиона, застонав, откинула голову назад. Невольно она начала двигать бёдрами и просить: — Драко, я хочу тебя, пожалуйста. Ухмыльнувшись, Малфой резко усадил её на стол и заставил лечь на него спиной. Ловким движением он стянул с неё остатки белья, и девушка ногтями заскребла по деревянной поверхности. Поцелуи покрыли лодыжки, икры, бедра и наконец достигли самого чувствительного места. Гермиона задохнулась, когда язык Драко раздвинул складки, доводя её до исступления. Она уже не замечала, как стонет, постоянно зовя его по имени. Рука запуталась в его волосах, прося быть ближе, быть быстрее. Драко добавил пальцы, и Гермиона совсем потерялась в своих ощущениях. Кажется, она сломала ноготь. Так сильно скребла по дереву. Драко ещё раз сделал движение языком, и Грейнджер с криком кончила. Дыхание сбилось, голос почти надорвался, а импульсы были такими сильными, что Гермиона дрожала ещё долго. Она села. — Сними их, — произнесла Грейнджер хриплым голосом, облизывая губы. Малфой послушно стянул штаны и откинулся на спинку дивана, с прищуром проводя языком по своим губам. Гермиона хотела опуститься на колени, но Драко резко дёрнул её за руку, заставляя сесть ему на колени. Он приблизился к её губам и шепнул, обдавая горячим воздухом: — Я. Хочу. Быть. В тебе. Гермиона поцеловала его и послушно подняла бедра, насаживаясь на твёрдый член Драко. Оба застонали. Невообразимые чувства окутали девушку, она ногтями царапала спину Малфоя, двигая бёдрами всё быстрее и быстрее. — Драко, я… Я сейчас… — Давай, умница. Грейнджер снова с криком кончила, и Драко достиг кульминации вслед за ней. — Возможно, я смогу полюбить варенье, — шепнул он ей на ухо, и Гермиона засмеялась. * * * Гермиона снова проснулась слишком рано. Около пяти утра. Обнажённый Драко спал рядышком. Грейнджер натянула его футболку и пошла на кухню. Весь сон ушёл, и девушка решила заварить кофе. Пряный запах разнес тепло по телу. Первый глоток принёс удовлетворение. Второй глоток заставил сердце биться намного чаще. Третий глоток вызвал сильнейшую дрожь в руках. Четвёртый принес боль во всем теле. А с пятым настигло осознание. — Родители! Кружка выпала из рук, и девушка аппарировала. Её сразу окутал запах гари, защита была разрушена. — Мам! — истошный крик вырвался из груди, когда волшебница побежала внутрь. — Беги, дочка! — Джин сидела на полу, сжимая руку Роберта, испуганно глядя на вошедшую. — Я… вы тут! Луч света пролетел мимо её головы, и Грейнджер тут же бросила заклятие в ответ. В комнате было трое Пожирателей. — Убирайтесь, — прорычала Гермиона, направляя палочку вперёд. — Я бы не спешила, грязнокровка. Только сейчас гриффиндорка заметила ещё двух Пожирателей в углу комнаты, которые направляли палочки на её родителей. — Одно лишнее движение, и они трупы. Опусти палочку. — Не слушай их, милая, беги! — Пожиратель тут же наложил на родителей заклинание немоты. Гермиона, закусив губу, опустила древко. — Отдай нам свои силы, и мы их отпустим. — Так я вам и поверила, — Грейнджер судорожно пыталась понять, где она слышала этот женский голос. Осознание пришло резко. Неожиданно. — Карнелия. — Что? — Карнелия, это ты! Гермиона поняла, что угадала. Поняла, потому что Пожирательница сжала руки в кулаки. — Может, ты и умная, но не самая сильная, — прошипела она, собираясь взмахнуть палочкой, как вдруг взрыв Бомбарды снёс оставшиеся стены дома. Грейнджер и Пожирателей раскидало по комнате. Девушка вскочила, собираясь добежать до родителей, но последнее, что она успела увидеть сквозь дым, это то, как родителей унесло в воронке с несколькими Пожирателями. — Нет! Мам, пап! У остальных не получалось аппарировать, значит пришли авроры. Гермиона взмахнула палочкой, и заклятие обездвижило Пожирателя. А дальше началась полная суматоха. Заклятия летали над головой, в дыму Гермиона пыталась не попасть в авроров. Кажется, она обездвижила ещё одного в маске. Наконец, раздался голос Гарри. — Перестать стрелять! Их больше нет! Грейнджер стояла посреди комнаты, и чувствовала такую пустоту внутри, что хотелось уснуть и больше не просыпаться. — Гермиона, — Драко подошёл сзади и накинул на неё пальто. Она ведь была в одной лишь футболке. — Они забрали их, — девушка повернулась к парню, чувствуя, как слезы собираются в уголках глаз. — Мы вернём их, — раздаётся голос Гарри. — Даю тебе слово. Грейнджер закусывает губу, чтобы не расплакаться при всех, и Драко берет её за руку. * * * — Мы должны применить Тёмную магию! — со злости Гермиона почти скинула все бумаги перед собой. — Только она способна разрушить их чары! — Мисс Грейнджер, — министр Кингсли устало потёр глаза, великолепно сохраняя самоконтроль. — Мы понимаем, что пропали ваши родители, но мы не можем так рисковать. — Мои родители! Мои родители! — она вскочила со стула, Гарри пытался её поймать, но девушка выдернула руку, взмахивая ей. — Хватит делать эти смысловые акценты! Пропало много семей! В них есть дети, понимаете вы это или нет?! Одной девочке пять лет! — Мисс Грейнджер, мы делаем все возможное, вы знаете. Если мы применим Тёмную магию, другие волшебные сообщества выдвинут нам обвинения, об этом вы не думали? — Они должны понять, что у нас нет выбора! Если убьют здесь всех, то Пожиратели пойдут в другие страны! — девушка не могла себя контролировать. Она была похоже на огненный шар, который желал сжечь все вокруг. Одни авроры смотрели на неё с испугом, другие — с восхищением. — Мы даже не смогли найти Карнелию Вуд! Потому что все следы были уничтожены Тёмной магией! — Мы не уверены, что это она. — ответил Кингсли, и Гермиона буквально завыла от досады. — Я знаю, что я слышала! Это она! Она скрылась, Мерлин вас дери! — Держите себя в руках, мисс Грейнджер, — Кингсли начинал злиться. — Вы слишком бурно реагируете, мисс, — последнее слово было выплюнуто так, что Грейнджер поняла — он намекнул на то, что она девушка. Злость заполнила её всю. Она была единственной девушкой, допущенной на это собрание. — Напомню, что это я нашла заклятие Рун. Мы должны решиться! — Мисс Грейнджер! Прошу вас удалиться с собрания. — Что?! — она опустила руки. — Вы слышали. — Министр Кингсли, мне кажется, не стоит, — начал Гарри, но мужчина жестом заставил его молчать. — Я знаю, что вы защищаете подругу, мистер Поттер, но я принял решение. Мисс… Не сказав ни слова, Гермиона вихрем выбежала из кабинета. Она зашла в камин, бросила порох под ноги и подумала о своей квартире. Зайдя в гостиную, девушка пыталась успокоиться. В глаза бросилась фотография с родителями, и она сильно закусила губу. — Ненавижу! Чёртовы трусы! Слабаки! Затаённая злость вырвалась на волю, и вихрь магии разнес вещи по квартире. Схватив вазу, она разбила её о стену. Истерический смех заставил девушку согнуться пополам, а затем кинуть ещё одну вещь. Разбить вторую. Сломать третью. Гостиная, спальня, кухня — все превратилось в сплошной хаос. Гермиона стояла посреди разбитых тарелок, пока наконец не решила. — Сделаю все сама. Призвав книгу с Тёмной магией, Гермиона села за стол, решительно выписывая заветные строчки. * * * — Он что?! — кричала Гермиона, и, кажется, её глаза стали похожими на цвет огня. — Кингсли отстранил тебя от дела. — Какое право он имеет?! — Он решил, ты будешь… Субъективна. Гарри было неудобно, он не знал, что делать. Весь прошлый вечер гриффиндорец пытался уговорить Министра не отстранять Грейнджер, но тот оказался упрямее. — Я пытался, прости меня. — Ты не виноват, — она потерла виски. — Я буду держать тебя в курсе. Девушка фыркнула и отвернулась к окну. В голове возникли стены окклюменции, и она почувствовала что-то вроде успокоения. Быть в стороне? Нет, это не для Гермионы Грейнджер. — Хорошо, спасибо, Гарри. Поттер лишь поджал губы, он знал, что подруга что-то задумала, но понятия не имел, что с этим делать. * * * — Ты какая-то странная сегодня, — заметил Драко, пристально смотря на Гермиону. — С чего ты взял? Меня всего лишь отстранили от дела, в которое я принесла пользы больше всех остальных! — от выброса магии чашка в её руке разбилась, обжигая ладонь кипятком. — Мерлин, Гермиона, — Драко подошёл к ней и взмахнул палочкой, предотвращая возможность ожога. — Они того не стоят. С твоими родителями все хорошо. — Откуда ты знаешь? — Чувствую. Драко говорил слишком уверенно. Но девушка не обратила на это внимания. — Я всегда знала, что с Карнелией что-то не так, — прошипела она, стискивая зубы. — Мне надо было обратить внимание. — И никто бы не послушал, — парировал Малфой, застегивая рубашку. — Гермиона, все будет хорошо, я обещаю, ладно? — Угу, — девушка скрещивает руки на груди. — Обещаешь не бросаться в омут с головой? — Я постараюсь. — Гермиона, пожалуйста, ты не можешь спасти всех. — Хорошо, я поняла, Драко. Я не буду. Буду. Малфой кивнул, накинул пиджак и, чмокнув её на прощание, вышел из квартиры. Гермиона буквально в ту же секунду призвала свой блокнот и переместилась в лес. Трансформировав одежду в более удобную, Грейнджер села на колени, положив перед собой перо совы. Она честно не знала зачем, но в книге было написано, что оно нужно. Вызубренное за день заклинание слетело с уст, и девушка ощутила прилив сил. Она ощутила Тёмную магию, бегущую по венам. Воздух вокруг будто сгустился, стал зловреднее. Найденное заклинание должно было перенести её к родителям. На последнем слове она достала футболку матери и сжала её в руке. Второй рукой вытащила нож и полоснула по руке с вещью, ощущая колющую боль. Кровь испачкала футболку, и девушка сильнее сжала её в руке, почти выкрикивая слова. Сердце зашлось в ритме галопа, дыхание сперло, а в глазах начало темнеть. Её переносит… С криком испуга Гермиона упала на каменный тёмный пол. Тут же вскочила на ноги, испуганно озираясь и выкидывая палочку вперёд. Глупый план идти без плана. Не в стиле Гермионы Грейнджер. Возможно, она тут умрёт. Неожиданно резкая агония пронзила тело, и девушка рухнула на пол. Она стиснула зубы, пытаясь не кричать. Судя по ощущениям это был Круциатус. Над лицом появилась маска. — Ты заявилась сюда одна, без помощи? А тебя считали самой умной ведьмой столетия. Гермиона не успела ответить, так как тело пронзила новая волна боли. * * * Кажется, её пытали около двух часов. В горле пересохло, слезы больше не текли. Она молча корчилась от новых волн Непростительного. Все что Гермиона смогла понять, было лишь то, что одной из истязателей была Карнелия и, кажется, она у них за главного, также именно здесь держат семьи, где-то внизу, и скоро должен случиться ритуал. Много раз девушка пыталась невербально вызвать Патронуса, но у неё не хватало сил. Порезы. Они были повсюду. Ей снова обвели шрам Грязнокровка. Снова заставили чувствовать ту боль. Кажется, она потеряла достаточно крови, так как голова совсем не хотела думать. Она отчаялась. Возможно, это было и правда глупым решением. Одежда была порвана так, что её бюстгальтер оказался на всеобщем обозрении. Штаны, к счастью, были порваны лишь до колен. Глубокие, длинные, маленькие порезы красовались на теле девушки, которое то и дело вздрагивало от перенесенных Круцио. Ей просто хотелось пить. Или просто умереть. Хриплый полукрик вырвался из горла, когда лезвие острого ножа вновь надорвало её кожу. В этот раз на животе, чуть ниже пупка. — Может, убить её? — произнёс мерзкий голос, и нож ещё сильнее вошёл в тело. — Она нужна живой, ты же знаешь. Перестань. Парень недовольно фыркнул и резко выдернул нож. Тёплая струйка жидкости потекла в новом месте. — Он скоро придёт. Он будет так доволен. Гермиона вопросительно подняла бровь. У них был предводитель. Второй Волдеморт? Собрав остатки сил, она оперлась на руку, повернув лицо к двери. — Лежать, поганая! — Пожиратель резко надавил ей на кисть, и Грейнджер могла поклясться, что слышала хруст костей. В этот момент дверь распахнулась, и по залу раздались уверенные шаги. А затем голос. Его голос. — Кто, Мерлин вас дери, дал вам право пытать её без моего ведома?! Отчаяние и боль помогли Гермионе поднять голову, чтобы встретиться взглядом с тем, кому она больше всего доверяла. Из горла вырвался крик.