remember everything

Тэцудзи оставляет Натаниэля в полном одиночестве. Его привели в темную и мрачную комнату, запах сырости повис в воздухе, заставляя затянувшийся в животе узел тревоги затянуться сильнее. Лишь маленькая настольная лампа тускло освещала помещение, добавляла что-то живое в «картину». Она не могла осветить все — лишь очертания предметов. Источник света стоит на крупном столе с заостренными углами. К нему придвинут стул: такой стул лучше смотрелся бы в офисе какого-нибудь президента или другого важного человека, чем в какой-то пыльной подсобке. В комнате так же есть… Раздаются шаги. Тяжелые, ленивые. Дверь открывается и громко захлопывается, когда в помещение входит высокий, крупный человек. Он взглядом что-то (или кого-то) ищет, а когда голубые, почти синие глаза натыкаются на Натаниэля, он улыбается. Улыбка мужчины больше похожа на оскал. Довольный оскал. Натаниэль не знает, или не может вспомнить, кто он, но мужчина напрягает его. Он кажется знакомым, но это явно тот знакомый, с которым Натаниэль предпочел бы не связываться. Ничего хорошего из этого не выйдет. — Натаниэль! — Протягивает он и приближается. — Какая встреча. Давно не виделись, правда? Тяжелая рука опускается на плечо, а темно-голубые глаза смотрят сверху вниз. — Прошу прощения? Мы знакомы? — Говорит Нат и осторожно убирает руку. Мужчина вскидывает брови в удивлении, а после громко смеется: его смех напоминает раскаты грома. — Совсем позабыл своего папу, сынок? Сынок? Папа? Так вот почему лицо Отца показалось ему знакомым. И его рыжие волосы, голубые глаза, черты лица — есть сходства с Виснински. — Папа? — Переспросил он. — Простите, но я ничего не помню, в том числе и… — Да все, хватит придуриваться, мелкий. — Мужчина толкает его, и Нэйт влетает в стол. Острый угол упирается в бок, что заставляет парня закусить губу и опереться ладонью на поверхность стола, согнувшись. — Я Вас не помню. — Слабо верится, что он — папа Натаниэля. Да, они похожи, но разве родители ведут себя так с детьми? — Что Вам надо? — Да ты как будто не знаешь. Натаниэль, что за спектакль ты тут устроил? Где Мэри? — Его ладонь зарывается в рыжие волосы младшего, сжимая их и дергая вверх: Натаниэль поднимается, недовольно глядя в глаза отца снизу. — Я ничего не помню, не знаю, в том числе и Вас. — Сквозь зубы сказал он. Прилетела громкая пощечина, щеку неприятно и болезненно зажгло. Кулак разжался, и Натаниэль, покачнувшись, чуть ли не упал на холодный пол. Ему удалось удержать равновесие. Поведение мужчины злило и пугало. Сейчас Нат чувствовал себя ребенком, обиженным на родителя за плохое отношение к себе. Ему не было комфортно. Нехорошо тут. Хотелось домой. Перед глазами мелькают кадры и слышатся голоса. «Не беспокойся, я пригляжу за Кевином.» «Спокойно езжай лечиться, Эндрю.» Карие глаза пристально осматривают его, руки сцеплены на груди, уголки губ искривлены, выражая сильное недовольство. Эндрю выдыхает и признает свою готовность отправиться на лечение. Жан забирает его из аэропорта. Нил не сдержал обещание Эндрю и уехал от Лисов, покидая Кевина, оставляя его на других игроков. Нил правда думает и надеется, что пребывание в Эверморе на время каникул сможет обеспечить Эндрю безопасность. Нил устал. Он плетется по тёмному коридору на тренировку. И валится во время неё. Тэцудзи громко приказывает ему встать, Рико полыхает от злости за спиной тренера, а Жан сочувственно глядит на Джостена, валяющегося на жестком паркете, без сил. Он не может пошевелиться. Тело не слушается и, как бы Нил не пытался встать, он не может. У него не выходит. Стыдно и страшно признавать свою слабость, он должен быть в порядке. Нил в порядке, ему просто надо сделать глубокий вдох, собрать себя в кучу и вста… Тэцудзи замахивается на него своей тростью и сильно ударяет по голове. Взгляд Нила мутнеет, а глаза моментально закрываются, не выдерживая звенящей, острой боли в голове. Его обманули. Он потерял память на время. Но он все вспомнил. Нужно срочно выбираться отсюда к чёртовой матери. Нужно найти Эндрю и Лисов. Нужно подняться. Нил вскакивает, не смотря на головокружение и звон в ушах. Затылок ужасно болит от падения, все тело ломит от ужасов, что делал Натан с ним. Нужно бежать. Как можно скорее надо отсюда сваливать. Дверь открывается, и в комнату проникает яркий свет коридора. Джостен жмурится и напрягается, готовясь к нападению. — О, дьявол, я думал, ты мёртв. — Звучит голос с французским акцентом. Жан. — Я всё знаю. — Чётко говорит Нил. Парень ловит на себе непонимающий взгляд Моро. — Я всё вспомнил. — Послушай, Нат, я всё тебе объясню. — Но его речь прерывают. — Конечно ты мне всё объяснишь, у тебя нет другого выбора. И ты поможешь мне сбежать отсюда.