Неудобные вопросы

Лютик выпустил клуб дыма и притушил сигарету в уже и так переполненной пепельнице. Как-то одна фанатка ему сказала, что курить с таким голосом - преступление. Что ж, нарушать закон он всегда был горазд. Музыкант скосил взгляд на зеркало со следами белого порошка и рядом валяющейся скрученной в трубочку купюрой. Поверхность стола была покрыта пустыми и полупустыми стаканами, бутылками с виски, окурками, пятнами от алкоголя, какими-то блестками и лепестками цветов. Лютик сидел в своей гримерке. Концерт прошел на ура, впрочем как обычно.Только что его менеджер по его просьбе выставила из комнаты всех сессионщиков и толпу группис. Наверно, они все вместе направились продолжать кутеж либо в какой-нибудь местный захудалый клуб, либо сразу в отель. Часто Лютик и сам был не против продолжения вечера, но сейчас шел последний месяц тура в поддержку его нового альбома и музыкант чувствовал себя изможденным. Осталось отыграть еще где-то десять концертов. Он даже сам уже не помнил в каком городе сейчас находится и куда поедет дальше. Не жизнь, а сплошные гримерки и разъезды в туровом автобусе. Вместо удобной кровати зачастую расшатанные кушетки в отелях или сон прямо в дороге - на скомканной куртке и двух сиденьях, вместо любимой женщины под боком - очередная фанатка. Он уже даже не пытался запомнить их все по именам, потому что в каждом городе была новая. Называл всех Ласточками и Душечками. Девицы радовались, считали это его особой фишкой. Но он просто и правда устал запоминать их имена и лица. Лютик встал и подошел к зеркалу с подсветкой. “До чего я себя довел?” - подумал он. Музыкант провел по лицу, размазывая остатки грима. Посмотрел себе в глаза - зрачки размером с монетку. Не удивительно, после всего того, что он сегодня употребил. Слава и популярность это здорово. Вечные тусовки и веселье тоже. Но осталось ли в нем самом еще хоть что-то от того его, прошлого, юного мальчишки, который просто хотел петь и писать? Лютик потянулся в задний карман узких черных джинсов за очередной сигаретой и облокотился о гримерный стол. “Я ведь даже сам уже не знаю чего я хочу, и хочу ли чего-то? - думал он выпуская клубы сизого дыма. - Плыву по течению. Не жизнь, а сплошной карнавал.Тяжело писать о любви, когда сердце твое превратилось в кусок льда или камень. Ничего не чувствую”. Он снова подошел к пепельнице, потушил сигарету. Пора было выходить и ехать в отель, но на выходе из зала его точно ждала толпа фанаток, с которыми нужно сфотографироваться, расписаться им на всяком. Лютик накинул кожаную куртку, подхватил чехол с гитарой и направился к черному выходу. Вероятность того, что группиз о нем не знают была минимальной, но все же. Музыкант взялся за ручку, вдохнул поглубже, натянул лучезарную улыбку и распахнул дверь. Да, конечно же они были там, не так много как он ожидал, но все же. Лютик достал маркер из кармана куртки и расписался там, где девушки просили. “Снова сиськи, - подумал он про себя, - неужели нельзя что-то пооригинальнее придумать?” С кем-то сфотографировался на телефон, кто-то подарил ему очередного плюшевого мишку и очередной букет лютиков. ”Да с чего они все решили, что я фанат медведей? - продолжал он рассуждать про себя, - Я вообще кошек люблю”. Управившись за десять минут, он нырнул в автомобиль, уже ждущий его у дороги. В авто Лютик приоткрыл окно и снова затянулся сигаретой. Водитель хмуро на него посмотрел в зеркало заднего вида, но ничего не сказал. А что ему было говорить? Машина была предоставлена согласно райдеру, а в райдере прописано, что сам Лютик и все его сессионщики могут курить как в гримерных, так и в отелях и предоставляемых им автомобилях. На выходе из машины, музыкант все-таки всучил водителю несколько мятых купюр в качестве чаевых. Лютик очень обрадовался, что хотя бы около отеля его не подкарауливала стайка девчонок. В некоторых городах случалось и такое. Зайдя в здание музыкант улыбнулся и подмигнул ресепшионистке, скорее по инерции, чем из каких-то личных симпатий, потом направился к лифту и поднялся на свой этаж. Музыкант также радовался тому, что завтра у него небольшой выходной, а уезжают они только через день. Запланированное интервью на радио он уже дал сегодня утром, а завтра можно будет наконец-то просто посидеть в одиночестве. Давно с ним такого не было. Может быть даже получится выйти посмотреть на город. Или чем там живут обычные люди? Лютик прислонил гитару к стене, зашел в ванную, смыл остатки грима, разделся и плюхнулся на кровать. *** Лютик шел по улочкам этого маленького провинциального городка. Чтобы его не сильно доставали фанаты он напялил солнечные очки, хотя это обычно никогда особо не спасало. Эту местность-то и городом назвать язык не поворачивался. Небольшие каменные двух-трехэтажные домики. Типичная пригородная Европа. Музыкант увидел уютную с виду кафешку и решил зайти в нее. Завтрак в отеле он проспал, так что придется импровизировать. Лютик толкнул стеклянную дверь, звякнул колокольчик. Он вошел вовнутрь и снял очки, так как в помещение было мало света. Приглядел столик у окна и направился к нему. За стойкой была симпатичная девушка с темными волосами, музыкант обезоруживающей ей улыбнулся, но девушка вообще никак не отреагировала. Лютик пожал плечами и сел за столик. Буквально в ту же минуту к нему подошла та девушка из-за стойки. На ней была типичная униформа голубого цвета, в руках она держала маленький блокнотик и ручку. Музыкант снова улыбнулся - Доброго утра, - сказал он и посмотрев на бейджик девушки добавил, - Стейси. - Доброго утра, - девушка наконец улыбнулась, Лютик про себя отметил, что улыбка делает ее намного красивее. - Что изволите? - А какой у вас стандартный завтрак? - Ну, для завтрака поздновато… - Музыкант состроил такую жалобную рожицу, что она добавила. - Но я посмотрю, что есть на кухне. Обычно, кофе и панкейки с сиропом. - Годится, - Лютик кивнул, а девушка удалилась на кухню. Мужчина не смог удержаться от того, чтобы не оценить ее вид сзади. “Вполне ничего, - подумал он про себя и ухмыльнулся, - может получится скоротать приятный вечер, не все ж только с группиз. Хотя, к чему это все, вообще ничего не хочется, кроме этих чертовых панкейков.” - он сник. Девушка принесла его заказ. Настроение у Лютика неумолимо стремилось к нулю.Но он все равно улыбнулся официантке. Та на него странно посмотрела, но ничего не сказала. Когда музыкант доел, он оставил оплату и чаевые в расчетнице. Увидел, что девушка за стойкой уже одета не в униформу, а обычную одежду - серые джинсы, черную футболку и кожаную куртку, а где-то позади на кухне маячила ее сменщица. Лютик сам не понял как и почему, но подскочил к стойке и обратился к девушке: - Ласт..Стейси, я смотрю смена у вас закончилась. Официантка оторвалась от заполнения бумаг и подняла на него свои серые глаза. - Да, а что? - она удивленно вскинула брови. - Я в этом городе проездом, - музыкант вальяжно облокотился о стойку и откинул волосы с лица, - Вы, наверное, в курсе… - Не в курсе, с чего бы мне быть? - удивилась Стейси. - Ну, я музыкант и довольно известный, - Лютик не привыкший к такому и немного растерялся. - А. - только и сказал девушка. - Рада за вас. Так почему вы спросили про смену? - Немного неудобно спрашивать, - признался он честно, - но могли бы вы показать мне город? У меня не так часто появляется время просто погулять, и хотелось бы провести его в приятной компании. - он улыбнулся, пытаясь вложить в улыбку все свое очарование. Девушка смотрела на него с любопытством и неким ехидством. - А с чего вы решили, что моя компания - приятная? Лютик не растерялся. - Она в любом случае будет приятнее, чем оставаться наедине с собой. - А вы хитрец, - рассмеялась девушка. Лютику понравился ее гортанный низкий смех. - Уговорили. - кивнула она. - Были у меня кое-какие дела, но ваша наглость, честно признать, производит на меня впечатление и вызывает любопытство. Музыкант не смутился, подмигнул девушке, та снова тихо рассмеялась, а потом забежала на кухню, что-то сказала сменщице и направилась к выходу. Лютик так и стоял у стойки и смотрел ей вслед. - Эй, вы, господин довольно известный музыкант, вы кажется хотели посмотреть город? Лютик подскочил и направился за девушкой. Ему импонировала некая грубость и непосредственность Стейси. - Куда пойдем, - спросил он уже на улице, затягиваясь очередной сигаретой. - Давайте начнем с парка, - пожала плечами официантка, - там пруд красивый и утки. Кстати, а как вас зовут? - наконец спросила она. - Юлиан, но все зовут меня Лютик. - ответил музыкант. - Лютик так Лютик, - снова пожала плечами девушка, а потом подхватила его под руку и направилась вверх по улице. Мужчина немного растерялся от такого жеста девушки, но не подал виду. - Что, неужели вообще обо мне ничего не слышала? - спросил он изумленно поднимая брови и не замечая как перешел на ты. - Неа. - Ты радио что ли не слушаешь? И в интернете не сидишь? - Дома не слушаю, на работе у нас какая-то ретро-волна постоянно. В интернете бываю, конечно, но я не поклонник соцсетей. Мне больше нравится проводить свободное время с друзьями очно, в лес там ездить, на лодках кататься Ну, или просто в одиночестве книги читать. - она посмотрела на Лютика. - Разве это и не есть настоящая жизнь? Музыкант не ответил и задумался. “И правда, а что есть настоящая жизнь? А сам-то я какой жизнью живу? Можно ли это вообще жизнью назвать?”- проносилось у него в голове. - Наверно, надо булку купить, уткам-то? - наконец сказал он вслух. - Уткам хлеб нельзя, ты чего. - Стейси сердито посмотрела на Лютика и сама как-то перешла на ты. - То есть как нельзя? - мужчина остановился и посмотрел на девушку. - Вредно им хлеб. Вот ты сидишь в своих интернетах, а толку? Лучше овсяных зерен купим. Тут рядом бакалея есть. - Вот так, век живи, век учись. - Именно что, - Стейси утвердительно кивнула. - А вот ты что любишь? Ну, кроме, полагаю, музыки. Лютик замялся. Очень уж вопросы Стейси вгоняли в ступор. - Ну, я люблю, когда весело, - наконец промямлил он. - А что для тебя весело? - не унималась Стейси. Они шли по узкой улочке, вдоль которой тянулись симпатичные домики, около каждого был палисадники с цветочными клумбами. Лютик остановился, сорвал с клумбы фиалку и протянул девушке. - А тебя парень не заревнует? - попытался он перевести тему. Стейси с улыбкой приняла фиалку и вставила ее в волосы. - Некому ревновать. - ответила просто она. - Как у такой красивой девушки и нет парня? - изумился музыкант. - Ну, я от тебя чего-нибудь пооригинальнее ожидала, - рассмеялась та в ответ. - И ты переводишь тему. - Нет, это ты теперь перевела. - ухмыльнулся Лютик. - Так почему ты одна? - Потому что мне скучно, - пожала плечами девушка. - Мне утомительно строить отношения, подстраиваться под кого-то. Изображать из себя лучшую версию себя. А потом разочаровывать. - Так можно же не изображать, - изумленно вскинул брови музыкант. - А если не изображать, то я никому не нравлюсь. - Ты? Не нравишься? - Лютик совсем растерялся. И внимательнее всмотрелся в девушку. Симпатичная, не конвенциальная красота, конечно, но ценители найдутся. Глаза яркие, брови выразительные, волосы и кожа ухоженные, легкие веснушки. Губа верхняя тонковата, но ей шло. Фигура тоже ничего. Стейси проследила его изучающий взгляд. - Не только во внешности дело, - сказала она. - Не всякому понравится девушка, которая вместо готовки предпочтет почитать книгу, а вместо деторождения предпочитает пеший туризм. - Ты будто в средневековье себе мужика найти пыталась, ласточка. - Пожал плечами музыкант. - О, наш городишко та еще средневековая яма, - рассмеялась в ответ девушка. - А переехать? - не унимался Лютик. - А куда? К кому? Тут у меня хотя бы друзья. Но, может быть когда-нибудь…Да, есть у меня мечта перебраться в город побольше. Они подошли к маленькому магазинчику и Стейси нырнула внутрь. Музыкант за ней. Там девушка купила два небольших кулька с овсяными зернами и один из них протянула Лютику. - Если есть мечта, стоит к ней стремиться, - многозначительно сказал музыкант, когда они вышли из магазина. - А вот у тебя какая мечта? - спросила у него девушка. - Моя уже исполнилась, - Лютик пожал плечами, - я известный артист, пишу то, что хочу. Публика, деньги. - И ты счастлив? Мужчина изучал носки своих ботинок, потом посмотрел исподлобья на девушку, сдул прядку волос, упавшую ему на лицо. - Душечка, ты не поверишь, но.. - Нет. Ты не счастлив. - продолжила за него Стейси. - Может быть ты не о том мечтал? - А о чем нужно мечтать? - А это ты уже ищи в своем сердце. - девушка кончиком пальца коснулась груди Лютика. От этого ее жеста дыхание мужчины на секунду прервалось. - Вот тут. - Пойдем уже, - музыкант снова перевел тему и подставил Стейси свой локоть, за который она легко ухватилась, - У нас там утки не кормлены. Парк был довольно большим и очень уютным. Много деревьев, ухоженные каменные дорожки, в середине парка располагался большой, почти идеально круглый пруд с раскиданными по периметру подмостками. Они направились к ближайшим, к подмосткам сразу приплыла стайка уток с утятами. Лютик и Стейси по очереди бросали им зерна. - Эй, ты, - обратился музыкант к уткам, - да ты, с серым хвостом. Леди, мне кажется вы немного наглеете, подвиньтесь и дайте дорогу молодежи. - Он кинул зерна чуть подальше, чтобы утята могли тоже подцепить их. Девушка смеялась. Она наблюдала за Лютиком и ее радовало как он такой такой мрачный и красивый вдруг превратился в совершенного мальчишку. Смеялся и умилялся утятам. Вел с ними диалоги и уговаривал взрослых уток подвинуться. - Куда ты еще хочешь сходить? - спросила Стейси, когда зерна закончились. - А что тут у вас еще есть? - спросил Лютик, отряхивая руки и засовывая пакетик от овса в карман. - Давай кататься на катамаранах. - радостно заявила девушка. - Катамаранах? Ну, это же развлекуха для детей и старичков. - А ты давно на них катался? - Ну, в детстве. - А в нынешнем возрасте катался? - Нет. - Так как ты можешь утверждать, что это не весело? - Хорошо, уговорила, давай кататься на катамаранах. - Другое дело, - улыбнулась Стейси, схватила Лютика за руку и потащила его к пункту проката. Музыкант отдал купюру прокатчику и подал руку Стейси, чтобы она залезла на катамаран. Потом неуклюже плюхнулся в него сам. - Просто сиди и крути педали, - сказалаа ему девушка. - Да я знаю, - буркнул Лютик. Сначала они плыли в молчание. Тишину нарушало только поскрипывание педалей. Внезапно у Лютика зазвонил телефон. Он взял трубку. - Да. Нет я на середине озера. Нет. Что? Сама ты обкурилась. Нет, я на катамаране. Что? Да, на катамаране говорю! Да сама ты укуренная, кормил уток теперь вот эээ плыву. Оуф, да, помню. Все, давай. Ничего смешного! - он повернулся к Стейси. - Менеджер моя, не верит, что я могу просто гулять. - А ты сам-то себе бы поверил? - Стейси, ласточка, ты знаешь, что ты задаешь очень неудобные вопросы? - Знаю, поэтому я и не нравлюсь людям. - Ну, не знаю, мне ты нравишься - Лютик посмотрел девушке в глаза. Та взгляда не отвела, но по щекам ее пробежался румянец. Около часа они просто кружили по озеру, потом вернули катамаран и гуляли по парку. Лютик купил Стейси сладкую вату и девушка шла, ощипывая ее по кусочку. Оторвала один побольше и протянула музыканту. - Попробуй, - сказал она, Лютик сморщился. - Не люблю сладкое, - сказал он. - Тут дело не в сладости, а в самом факте, что это как бы вата, ее как бы едят на прогулке и она немного сладкая, дело не во вкусе, а в атмосфере. Попробуй говорю. Музыкант неуверенно откусил от кусочка из ее руки. Улыбнулся какой-то детской улыбкой. - И правда здорово! - Знаешь что, довольно известный музыкант Лютик, - сказала Стейси уперев руку в бок. - Мне кажется ты сам себе запрещаешь жить. Ты постоянно сам для себя придумываешь какие-то отговорки, чтобы не делать то, что делает тебя счастливым. - Почему ты так думаешь? - изумился музыкант. - Потому что сегодня ты так делаешь на каждом шагу. - она не стала объяснять подробнее. - Смотри какое дерево красивое, давай под ним посидим? - Но у нас нет пок… - Ты опять за свое? Стейси снова схватила Лютика за руку и потащила его к разлапистому дубу. Плюхнулась на землю, музыкант сел рядом. Неохотно отпустил ее руку. Что-то было такое в этой девушке, что, казалось, заставляло его себя чувствовать другим, живым Лютик облокотился о ствол, вытянул ноги и закрыл глаза. Он почувствовал, не увидел, а почувствовал как Стейси улеглась головой ему на колени. Он приоткрыл один глаз. Девушка смотрела на небо, а в руке все еще держала вату на палочке и продолжала ее отщипывать. - А о чем ты пишешь песни? - не отрываясь от занятия спросила она посмотрев на музыканта снизу вверх. - О любви. - Снова закрыв глаза ответил Лютик. - А ты любил? - Бывало, - вздохнул он. - А сейчас любишь? - не унималась девушка, продолжая отщипывать вату. Иногда она протягивала кусочки Лютику и тот на автомате их съедал. - Сейчас нет. - наконец ответил он. Стейси перевернулась на живот и положила голову себе на ладони. Палочку от ваты она положила около себя. Лютик краем сознания отметил, что ему немного грустно, что он больше не чувствует тяжести ее головы на своих коленях. - А как ты пишешь о любви, если не чувствуешь ее? - спросила девушка глядя на него снизу вверх. - Но я же помню, как это. - Но это же…как-то не честно, - продолжала Стейси. - Это как писать о голоде, когда у тебя забит холодильник. - Никогда не думал об этом с такой стороны, - наконец ответил музыкант. - Подумай, - кивнула ему девушка и снова улеглась ему на колени. - Смотри какое облако классное, - воскликнула она и указала куда-то на небо. - Похоже на собаку, - ответил Лютик и улыбнулся. - Или на мамонтенка. Но все же больше на собаку. - Да, Стейси-ласточка, на мамонтенка тоже похоже. - Музыкант уже не смотрел на небо, а сосредоточил внимание на лице девушки. Поддаваясь самому себе неведомому порыву он аккуратно убрал у нее с лица упавшую прядку. Девушка или не обратила внимания или сделала вид, что не обратила. - А вон то похоже на бабочку, - не унималась она. Лютик не смотрел на небо, он так и смотрел на лицо девушки. Такая она забавная, непосредственная, каким-то чудом умудрилась вернуть его к жизни за несколько часов общения. И вопросы у нее такие простые и такие сложные одновременно. Может и права она? Может он сам себе жить не дает? Придумывает оправдания и причины, чтобы не быть счастливым? - Стейси, я.. - начал он, а девушка села и посмотрела на его лицо. - Что? - коротко спросила она. - Хочешь уехать со мной? - выпалил наконец Лютик. - Я понимаю, это безумие. Ты меня видишь впервые в жизни, но ты сказала спросить у сердца. О своих мечтах и желаниях. И пока сердце мне говорит только об одном желании - увезти тебя отсюда, забрать с собой, украсть, называй это как хочешь. С тобой я чувствую, я живу. Это сумасшествие, - он спрятал лицо в руках - Я, пока мы гуляем, даже почти сочинил про тебя песню, - Лютик убрал руки и посмотрел девушке в глаза. Та какое-то время молчала, изучала лицо Лютика, немного нахмурилась, потому взяла его руку в свою, пожала плечами и сказала: - Хочу. Только поцелуй меня сначала, чтобы я убедилась, что приняла правильное решение. Лютика долго уговаривать не пришлось.