бездарное.

я стою на носу корабля, чьим величием восхищался весь мир. я был готов переплыть океан, но к середине простыл. я стою на носу корабля, руки раскинув в стороны, перед глазами туманный образ тебя, над головой вороны. откуда в океане вороны? скорее мертвые чайки. а разве бывают чайки черными? они кричат, кружатся стайкой: своеобразные проводы. жаль, что я совсем не рисую, но мог бы списать с натуры. я упоминал будто вскользь, как через пальто и красные губы видел тебя насквозь. я не умел рисовать, наверное, к счастью. стою на носу корабля, не упасть бы. не раздевайся, оставь платье в покое. нижняя палуба тонет, я абсолютно спокоен. а ты, так и быть, спасайся. – мы справимся, роза, верь мне. – джек, мне так холодно. окоченевшими пальцами уцепиться за дверь бы. титаник мой напополам расколот. ты только пой, милая, пой, я стерплю этот лютый холод. но ты не роза, а я, к счастью, вовсе не джек. мне не нужна красивая поза, чтоб запечатать твой образ на век. мне не нужен холст и жалкий огрызок карандаша, у поэтов все проще – просто смотри мне в глаза. строчки накроет волна, пережует, выплюнет, бросит. ты спасешься, но одна. про меня может кто-нибудь спросит. пообещай мне, роза, пообещай мне жить. пообещай, что никогда не захочешь забыть. и я стою на носу корабля, чьим величием восхищался весь мир. замер, ожидая тебя. умер, если бы не любил. – кто ваш любимый поэт? – утопленник с прозвищем "джек". //сердце океана бьется в холодных пальцах, слегка отдает теплом. знаешь, я не устану пытаться растопить твой гребаный айсберг, но об этом потом. я надеюсь через сотни лет, даже в лютый шторм, богиня гроз подарит океану две штучки диких белых роз, скорбя по нашему титану.// 03/09