Чонгук, я слежу за тобой!

— Чимин! Я тебя умоляю, не говори ничего отцу! — А что такого-то? Тэхён герой, он тебя спас, пусть знают! — Не хватало мне еще упреков, что я даже есть нормально не умею! — Чонгук кипит от гнева. — Да, Тэхён молодец, но пусть об этом будем знать только мы трое, хорошо? — Хмм… А если он сам всё расскажет? Ты об этом не подумал? — По-твоему он похож на болтуна? Он такой сдержанный… — А он ведь тебе понравился, да? — Чимин растягивает губы в улыбке, обнажая белые зубы. — Признайся? — Чимин! Я сейчас тебе врежу!

***

Поздно вечером Чонгук пялится в потолок, лежа на кровати. «Я же мог умереть… Я реально мог сдохнуть из-за проклятого куска пиццы! Какая нелепая смерть: поперхнуться едой… А смог бы я спасти Кима, если бы он оказался на моем месте? Это абсурд… Я даже представить себе не могу, как он запихивает себе что-то в рот! Хотя… Господи! Да, что со мной не так?! Почему я рассматриваю парня, как потенциального… Черт! Я понял! Он красивый, а мне очень нравятся красивые люди! Я же всегда это замечал за собой! Ну вот, всё проще некуда, а я переживал… Просто Тэхён красивый. Очень красивый… Безумно… Блять…» Чонгук поворачивается на бок и закрывает глаза. «Надо поспать, утро вечера мудренее. Я сегодня испытал потрясение, и мне нужен крепкий, здоровый сон…» На этой волне мыслей он и засыпает, сладко причмокивая губами. И снится ему удивительный сон, в котором (кто бы мог подумать…) главную роль исполняет Его Величество Тэхён. Парень пошло отсасывает ему, заглатывая член по самые яйца, и Чонгуку нравится то, как горячий рот Кима обволакивает его ствол. Ощущения такие яркие, насыщенные, и Чон уже готов кончить, как вдруг в голове начинает настойчиво играть противная мелодия… Чонгук ненавидит свой будильник, он просто проклинает каждое гребаное утро, когда тот вырывает его из царства Морфея… — Черт бы тебя побрал, бездушное создание! — он шарит рукой в поиске пиликающих часов, наугад шлепая по кнопке. Будильник смолкает, Чонгук по-привычке тянется к своему паху и резко открывает глаза… Его боксеры насквозь пропитанные еще теплой спермой, красноречиво оповещают хозяина, что сегодня можно обойтись без утренней дрочки… «Блять! Что же мне снилось, что я кончил во сне?!»

***

Сегодня окончательный день съемок с «потрясающе неприхотливой» моделью, и Чонгук с надеждой, что она не выкинет что-нибудь напоследок плетется в студию, как на работу. Чимин, как выясняется, уже на месте и мило секретничает с Тэхёном, эмоционально жестикулируя. — Чонгук! Привет! — он улыбается и хлопает парня по плечу. — А я уже давно пришел… — Я вижу… — тускло отвечает Чон. — Ты не в духе? Что-то случилось? — Да, не… Всё нормально, Чим… — Чонгук пытается изобразить улыбку. «Нормально, ага… Всё утро застирывал свои трусы, чтобы мама не спалила…» Собравшись с силами, он подходит к Киму, чтобы поздороваться. — Привет… — Привет. Как ты себя чувствуешь? — Тэхён пристально смотрит в его глаза, и Чонгуку становится неловко. — Как всегда… Не выспался, просто… «Еще бы вспомнить, что мне снилось под утро…» — Я переживал за тебя. — Тэхён говорит так тихо, что Чон немного подается вперед, чтобы его услышать. — Не стоит… Ближайшие несколько часов Тэхён сосредоточенно смотрит в объектив своей камеры, снова и снова ловит удачные кадры, выкладываясь на полную катушку. Санхён довольно наблюдает за усердной работой Кима, делая незначительные замечания, а когда Тэхён улыбается, Чонгука будто подбрасывает на месте: он видит его пухлые губы, и в мозгу флешбэками скачут моменты из его утреннего сна… «С-сука… Мне снился Тэхён! Отсасывал мне… Почему?!» Парень пулей вылетает из студии, привлекая к себе общее внимание, и несется в сторону туалета. Пока он пытается прийти в себя, его догоняет встревоженный Чимин. — Что? Что стряслось? Тебе плохо? — Чим, у меня большие проблемы… Пак подходит ближе, осторожно беря его за руку. — Какие? — Ким Тэхён мне отсосал… — К-когда? — у Чимина на лице растерянность вперемешку с ужасом. — Сегодня утром… Во сне… — Тьфу, ты! Долбоёб! — Пак со всей дури ударяет его по макушке. — Я чуть в штаны не наложил, придурок! — Сам ты придурок! Мне не должны сниться такие сны! — Сны — на то и сны, что снятся сами, как захотят! — Чимин так сильно кричит, что капелька его слюны попадает на лицо Чонгука. — Не плюйся! Ты сам-то понял, что сказал? — Короче, это просто сон, понял? — Нет, не просто! Чим, ты не понимаешь! Мне это понравилось, и я кончил во сне… Чимин смущенно приглаживает свои волосы. — Ну, что я могу сказать… Бывает… — Бывает… Но не с парнями же? Я теперь не знаю, как смотреть на него! — Поговори с ним… — Зачем? О чём? — Чон удивленно смотрит на друга. — Узнай, какие девушки ему нравятся: блондинки, брюнетки, шатенки… И когда вы с ним об этом поговорите, твое подсознание не будет напоминать тебе об этом сне, потому что ты сразу будешь представлять его с девушкой. Вот… — Пиздец… Как тебе такая хрень в голову приходит? — Я немного психолог. Пошли уже! Твой отец волнуется, наверное… Вернувшись, Чонгук с Паком обнаруживают, что съемка подошла к концу, все хвалят друг друга за проделанную работу, и Санхён облегченно достает несколько бутылок шампанского, чтобы символически отметить данное мероприятие. Чонгук, глотнув алкоголя для храбрости, незаметно приближается к Киму. Тот с хмурым лицом рассматривает получившиеся кадры, отставив бокал с шампанским в сторону. — Почему не пьешь? Ты больше всех старался… — Чонгук ненавязчиво подсматривает за изображениями. — Я не люблю алкоголь, Чонгук… — Тэхён вздыхает, и Чон делает вывод, что фотограф не совсем доволен своей работой. — Можно мне посмотреть? — Конечно… — блондин отходит чуть в сторону, предоставляя ему доступ, и Чонгук, будто так и надо, отдает ему свой бокал. Начиная перелистывать кадры, Чон боковым зрением видит, как Тэхён делает глоток из его фужера. «Не любишь, да? Ну, ну…» Найдя удачный кадр, где модель демонстрирует свое лицо, Чонгук тихо спрашивает: — А она красивая, да? — Да… — также тихо отвечает Ким. — Тэхён, а какие девушки тебе нравятся? — голос Чонгука звучит беззаботно, но щеки начинают краснеть. — Мм? — Никакие… А тебе? Кадр сменяется следующим, и у Чонгука пересыхает в горле. На снимке он сидит на диване, глядя в сторону… — Что это? — Что именно? — Тэхён делает еще один глоток из чужого бокала. — Почему ты меня сфотографировал? — боясь повернуть к нему голову, он продолжает перелистывать кадры. «Блять! Да их тут десятки!!!» — Ты очень фотогеничный, красивый… Ты мне понравился, вот и сфотографировал… Тебе это неприятно? Чонгук дрожащими руками забирает свой бокал, в котором почти ничего не осталось, и ворчит: — Мне пофиг… — он нервно дергает плечом и уходит к Чимину, оставляя Тэхёна наедине со своими мыслями. Чимин, умеющий завязать разговор с кем угодно, уже во всю болтает с моделью, чокаясь с ней бокалами. Захмелевшим взглядом друг оценивает состояние Чонгука и шепчет ему на ухо: — Поговорили? — Лучше бы я тебя не слушал, Чимин! — злобно шипит Чон. — Пойдем выйдем…

***

Вспоминая разговор с Чимином, Чонгук в очередной раз злится на него… Конечно же Пак не упустил момента, чтобы откровенно поржать над ним, когда узнал о симпатии Кима к Чонгуку… Этой ночью он проснулся от того, что ласкал свои соски, и естественно возбудился от этого. Но самое страшное — это сон, в котором Тэхён гладил его тело своими нереальными пальцами, расположившись между раздвинутых ног, отчего у Чона закатывались глаза от наслаждения, и ему совершенно не хотелось, чтобы этот сон кончался. Чонгук даже помнит его дыхание и тихий нежный шепот: — Ты будешь моим, Чонгук… «Я не понял… Мне теперь девчонки никогда не будут сниться, что ли?!» Сжав свой твердый бугорок, он жалобно скулит в одеяло. «Надо подрочить на фото какой-нибудь красавицы, и всё пройдет…» Чонгук хватает свой телефон, и ищет в галерее сохраненные фотки сексуальных девочек. Определившись с выбором, он запускает свою руку в боксеры и плотно обхватывает член, размазывая капельку смазки на набухшей головке. Сначала всё идет, как обычно: член наливается кровью, дыхание становится отрывистым, в телефоне фото похотливой азиаточки… И всё бы было хорошо, если бы он не закрыл глаза… Образ Ким Тэхёна врывается без разрешения в мозг Чонгука, и вот уже только он, только его красивое лицо, обрамленное светлыми прядями нависает над ним, Чонгук смотрит на раскрытые влажные губы, и ему безумно хочется, чтобы Тэхён поцеловал его. Оргазм накрывает, словно шторм: в ушах стоит шум, сердце отбивает неровный ритм, и Чонгук, не ожидая от себя издает громкий стон… «Всё, блять! Приехали…» Отдышавшись, он идет в ванную, чтобы смыть с себя свой позор. Долго стоит под душем, а потом также долго смотрит на свое отражение в зеркале. «Я только, что представлял Тэхёна… И кончил… Мама, роди меня обратно…»

***

Тэхён до поздней ночи работает в студии, обрабатывая выбранные снимки. Хочется предоставить Санхёну лучший результат его стараний. Он устало потирает виски и закрывает веки. Наверное, придется заночевать здесь на диване. Сил ехать к себе домой совсем не осталось… Ким Тэхёну двадцать четыре, и ему сказочно повезло, что сразу после окончания университета он получил возможность поработать у Чон Санхёна. Если всё получится, то это будет отличной ступенью в его будущей карьере профессионального фотографа… Вновь открыв общую галерею снимков на компьютере, он невольно возвращается к изображениям Чонгука. Долго рассматривая его черты лица и мелкие детали, Тэхён не замечает как начинает улыбаться… «Ты такой милый, Чонгук… Такой сладкий…» Он увеличивает снимок и дотрагивается пальцем до родинки под нижней губой. «Ты будешь моим, Чонгук…»

***

Ранним утром Чимин просыпается от навязчивого рингтона своего телефона. — Какого хуя, ты в такую рань? — недовольно хрипит Пак. — Ты на часы смотрел вообще? — Чим, приезжай пожалуйста! — умоляющий голос заставляет Чимина встрепенуться. — Что опять случилось, Чонгук? Тебе опять Тэхён отсосал во сне? — Хуже! Приезжай… Не проходит и часа как на пороге дома Чонов топчется хмурый Чимин, нажимая на звонок. — Привет, Чонг… — Ну наконец-то! Заходи! — бешеный Чонгук хватает опешившего друга за одежду, затаскивая в прихожую. — Да погоди ты! Дай хоть обувь снять! — Чимин бежит за ним, еле успевая. Чон грубо заталкивает Пака в свою комнату, закрывает дверь на замок и почти кричит: — Поцелуй меня! Раскрыв свои глаза размером с блюдца, Чимин сползает по стенке вниз и садится на пол. — Че?! — Поцелуй меня, Чим! — Чонгук подлетает к нему, опускаясь перед ним на колени. Чимин в ужасе выставляет ладони вперед, не подпуская его ближе. — Ты рехнулся?! С хуя ли я буду целовать тебя?! — Я должен это понять! Помоги мне! — в глазах Чонгука читается неподдельная паника, и Чимин подозрительно на него смотрит. — Я боюсь тебя, Чонгук, ты какой-то странный… Что ты хочешь понять? Чонгук отчаянно вздыхает, опуская голову. — Гей я или нет… Пак поднимает бровь, уставившись на Чона. — Я не знаю гей ли ты, но то, что ты долбоёб — это точно! Объясни нормально, по-человечески! — У меня жгучее желание, чтобы меня поцеловал Тэхён… — Заебись… А я-то здесь причем?! Я не Тэхён! — у Чимина отвисает челюсть, и он уже тянется рукой к дверному замку. — Подожди… Если мне понравится, что ты меня целуешь, значит я точно гей… — Тебе не понравится, я отвечаю! Давай, даже пробовать не будем? — Почему? — у Чонгука такое лицо, что он вот-вот заплачет. — Мне девчонки нравятся! Я не смогу! — Так мне тоже! Но… — Ой, что-то я в этом уже не так уверен… Чонгук, может тебе просто с Тэхёном это проверить? А? Не втягивай меня в это всё… — Зассал? — Чон хмурит брови и складывает руки на груди. — Ниче не зассал! Просто это всё как-то… — Да, просто признайся, что струсил! — Так! А ну-ка иди сюда, педик недоделанный! — Чимин яростно сгребает в кулак его футболку на груди, и притягивая к себе, впивается в губы… Чонгук не был готов к такому внезапному порыву, и потому испуганно замер, а когда язык Пака настойчиво раздвинул его губы и ворвался в рот, то он даже не заметил, как прикрыл глаза. Чонгук честно пытался отвечать на этот «поцелуй», но никак не мог расслабиться, и знание того, что сейчас перед ним его близкий друг, совершенно не облегчало задачу… Чимин отклеивается от его рта с влажным чмоком, тут же вытирая губы рукавом. — Ну?! Чон медленно повторяет его движение и прискорбно выдыхает: — Нихуя… — Что нихуя? Не гей? — Нихуя не помогло… Я всё еще хочу губы Тэхёна… Может, еще раз, только медленно? — Знаешь что? Иди ты нахуй, Чон Чонгук! Я больше в твоих экспериментах не участвую! Хочешь губы Тэхёна, так и пиздуй к нему! А на мои губы еще никто не жаловался! — Чимин резко соскакивает на ноги с твердым намерением свалить. — Ну, Чим! Не обижайся… — Чонгук не дает ему уйти, крепко обхватив руками. — К кому я обращусь, если ты мой единственный друг… Я совсем не знаю, что мне делать теперь… Чимин поворачивается с хмурым взглядом, и злобно шипит: — Если хоть одна душа узнает, что мы тут с тобой делали, я тебя закопаю, понял? Не посмотрю, что ты мой друг… — Понял… — Чонгук ласково тянет насупившегося Пака к своей кровати, усаживая его и устраиваясь рядом. — Если бы ты знал, как мне сейчас плохо… Может, это болезнь такая? — Это не болезнь… Я давно замечал, что ты засматриваешься не только на девчонок, но и на парней. Неосознанно, конечно, но всё равно это видно… — Значит, я би? — Чонгук смотрит на Чимина, словно тот сказал ему о том, что он неизлечимо болен. — Ничего это не значит! Тебе не на мне нужно это проверять, а на другом парне! — На Тэхёне? — Чонгук громко шмыгает носом. — Что ты заладил о своем Тэхёне?! На левом парне это надо проверить! — Пиздец… И где мне его взять, мой дорогой психолог?! Чимин вдруг ехидно улыбается, потирая подбородок. — Есть у меня одна идея… Всё как нельзя кстати…