Под гитару

Пик: Я открыл дверь, и слегка придерживая её, пропустил гостя внутрь. Когда он зашёл, я закрыл дверь на ключ, а сам прошел на кухню. Данте здесь уже был, так что знает где она. Весь этот период, мы молчали. Данте выглядел особенно подавленным. Видимо его сильно задели слова тех придурков. Я подошёл к плите, включил её и поставил чайник с кипятком на неё. Вскоре, чайник начал закипать. Я сел на стул, облокотив голову на запястья. Недолго после этого, на кухню зашёл Данте. Господи! Он такой… Аргх! Не передать словами! Его лицо излучало все самые ужасные эмоции! В этот момент захотелось обнять его, крепко-крепко. Не хотелось, чтобы он грустил! –Ты чего смотришь…? Его голос слегка хрипел. Глаза были красными, видимо он плакал. Я замер, а потом отвёл взгляд в сторону окна. Слишком не хотелось что-то говорить. Но нужно. –Так, о чём ты хотел… — чайник засвистел. Нужно выключить –… Поговорить? Я встал со стула и прошёл к плите. Поднял чайник и отключил газ. Взял две чашки и в каждую налил кипятка. Чайные пакетики быстро окрасили воду в коричневый. Поставил чашки. Одну перед Данте, а другую — разумеется — перед собой. –Кх… Я. Вообщем. В моей школе, одна девочка… Которая –Она тебе нравится? –Что? Нет! Не перебивай! — он зло глянул на Пика — вот. И эта девочка влюблена в меня. И. –И она увидела наш поцелуй, после чего полезли сплетни, и она так мстит? –Ну, не совсем… Она просто устроила разборки в коридоре, а там много людей, и… — дальше, он начал всхлипывать, и, стараясь не отлипать от кружки, хлебать чай. Видимо старался заглушить комок в горле. Отчаянно. –Я понял. Что ж. Ты пробовал объяснить им, что это… Например ложь? — поддерживать я не умею, уж простите. Но, что-то же нужно делать? –Д… Да-а… — он опять припал своими губами к кружке, чуть ударившись зубами. Пар от кипятка летел на его лоб и нос, согревая его. –И что же? Не помогло? Отрицательный, слабый и неуверенный кивок. –Ох… Кошмар! Какие люди в последнее время токсичные! Ну, попробуй начать встречаться с ней, может все забудут о этом инциденте? –Я… Д.дума-аю, что он-а-а… Не захочет.т. встреч-ч-чаться-а-а со мно…ой. — сопли вытекали из его носа, отчего он шмыгал, на глазах появлялись слёзы, а голос становился ватным и непонятным. –Так! Успокойся! Попей чай, потом продолжим. — кивок, и он отпил чай. Я тоже не отставал, постепенно опустошая кружку. Я посмотрел на Данте. Он был весьма красив. Стройное тело, черты лица были не идеальны, но и не ужасны. Волосы ярко — красного цвета (и как его ещё не выгнали из школы?). Сейчас, его лицо было заплаканным. Белок глаз отливал светло красным, щёки, лоб и нос порозовели, а губы слегка дрожали. Своими пальцами он, обхватил кружку так, словно он был на морозе без одежды, и теперь отогревается. С щеки, с которой несколько минут назад стекали ручьи воды, стекла одинокая слеза, оставив за собой мокрую дорожку, словно улитка слизь. Видимо он успокоился. Я глянул в чашки. Чай допит. Взял его и свою чашку положил её в раковину, а сам, взяв Данте за плечи, повёл к себе в комнату. Он не сильно сопротивлялся, лишь иногда трясясь и всхлипывая. Я усадил его на кровать, достал плед, укрыл его. Сам сел на пушистый бежевый ковёр подле кровати. Я сидел у него в ногах. –Так, получается, как тебе та идея? –Какая именно.? –Начать встречаться –Ну, как я уже сказал… Мне ка-ажеться, что она не… Захочет. –Ну, если она любит, то возможно и поцелует. –Да и я люблю тебя, а не её –Тогда зачем так принимать близко к сердцу? Ты же… И так такой? –Какой…? Которых не должно бы- –Особенный. –Ох… Ну. возможно, но. –Ну, по сути так. Но если хочешь, то можем написать твоему директору, рассказать, что пошли слухи неправдивые, и договориться. – Н. Никто не знает её номера, да и она с.слушать вряд ли будет... Тем более, до учителей слух ещё не дошёл... Наверное... – М-да... Может ты просто будешь игнорировать обидчиков? – Н.Ну я думаю, попробовать можно... –Ну, вот и хорошо, а теперь улыбнись! Данте слабо приподнял уголки губ, а я улыбнулся в ответ. Ему очень идёт улыбка). Я посмотрел на время. Уже почти одиннадцать? Как? Всмысле? Когда время так быстро пролетело?! Данте тоже посмотрел на часы. –Слушай, уже скоро одиннадцать, мне, наверное, пора домой. –Может останешься, всё равно уже темно, да и вдруг, что случиться? –Ой, да ты чего! Я же рядом живу! Ну, ладно, раз так хочешь… — Данте призадумался, а на моих губах появилась ухмылка. Уже предполагаю его слова: «Но, раз такой случай, то можно и тут переночевать» — то, я могу и здесь переночевать… –Хах, хорошо. Тогда посиди здесь, а я пойду и постелю диван. –Но, мы можем спать на одной кровати — он уже встал, дабы меня остановить, но –Нетушки, я тебя поцеловал? Поцеловал. Теперь месяцок - другой, ничегошеньки не будет. Я прикрыл глаза, отвернулся и приготовился отойти. –Что?! Почему?! Нет! Пик! Ну Пик! Ну нет! — Данте подбежал ко мне, и обнял, видимо думал, что так меня переубедишь. Ха-ха, ошибочка) –Надейся) –Ну не-е-е-ет! – может отпустишь, а? А то мне негде спать будет. – всмысле? – в пря- – ты собрался на диване спать?! – ну да, а что такого? – нет, на диване сплю я. И точка. Это не обсуждается. – ну ты же гость, да и не просто гость, а гость который мне дорог. – как мило) – да, поэтому на диване сплю я, а не ты. Я ушёл за постельным бельём, а Данте немного подрасстроился. Пик застелил кровать белой простынью, взял со своей кровати одну подушку, достал из шкафа одеяло. Кровать заправлена. Данте отказался менять постельное бельё(может он просто хочет насладиться запахом Пика?). –Ладно. Спокойной ночи. –И-и и тебе Пик! – слегка заикаясь сказал Данте. Он спит в доме Пика. На кровати Пика. Жаль только, что один. Парни разошлись, укладываясь в постели и засыпая.