Один день изменивший всю мою жизнь

В зонтах начало накапливаться электричество. Было очевидно — весь заряд пойдёт в мою сторону. Надеяться на Дея и Нобу бессмысленно: силы у них сейчас нет, и я тоже не в лучшей форме. Но сдаваться? Ни за что. «Если ток направлен на меня, то при попытке убежать, он пойдёт следом. А если побежать… прямо на него? Тогда удар придётся и по нему тоже. Отлично. Пусть будет так.» Как только зонты среагировали, я сорвалась с места и рванула прямо к нему. Они, как и ожидалось, следовали за мной, поворачиваясь, чтобы держать цель. Я бежала, считывая тайминг. Секунда. Две. Выстрел вот-вот — прыжок! И в тот же миг — взрыв. Свет. Шум. Вспышка. Я не чувствовала боли. Это было странно, но я не стала терять время: моментально отпрыгнула в сторону и упала на пол. Под ногами что-то твердое — значит, я жива. Когда зрение восстановилось, я увидела жёлтое пламя — оно плясало по залу, как будто всё пространство загорелось от чужой злобы. Я обернулась — у входа стояли двое. Один из них держал в руках два знакомых пистолета. Пистолеты Занзаса. Меня пробрало. Эти дула я запомнила навсегда — как можно забыть то, что в первый же день здесь было у твоего виска? Он выглядел… как всегда. Опасно. Молча. Лицо — камень. Но по глазам было видно: он в бешенстве. Секунда — и его голос раздался, будто выстрел: — Что тут за цирк, мусор?        — Простите, Занзас-сан! Это она! Она посмела вас оскорбить, и я просто должен был её проучить! — начал мямлить Леви, заранее складываясь в униженное оправдание. — Вот о чём я и говорила: ты — жалкое беспозвоночное. Только заговорили о наказании — и ты уже прогибаешься. Перед кем угодно, только бы шкуру спасти. Я не унижала Занзаса. А вот тебя — с радостью. Я просто указала тебе твоё место. На дне. — Холодно и с надменной интонацией прошипела я. — Ах ты... — зашипел Леви, но сделать шаг не успел: перед ним материализовался Бельфегор с ножом в руке и характерной ухмылкой. — Ещё хоть одна угроза в её сторону — и ты будешь развлекаться со мной, Леви. — Шипя от удовольствия, проговорил принц и лизнул стилет. — Хватит. — Голос Занзаса был раздражён и безэмоционален. — Леви, она теперь подчинённая Бельфегора. И наказывать её может только он. — Что?! Почему именно он?! — Я не смогла сдержаться, этот факт вывел меня из себя. — Это не обсуждается. — Не меняя тона, Занзас развернулся и вышел из тренировочного зала, даже не взглянув в мою сторону. Просто оставив нас среди хаоса. И вот тогда Леви, забыв про своё место, решил блеснуть жалкой злобой: — Ну что ж, теперь ты по-настоящему наказана. Этот псих изуродует тебе мозги быстрее, чем ты подохнешь. Несколько месяцев — и всё. Он забыл одну деталь: псих всё ещё стоял рядом. Бельфегор уже достал десяток ножей, но я остановила его. Потому что ярость во мне кипела куда сильнее. — Нет. Его уничтожу я. — Я подняла правую руку, а левой провела по запястью остриём стилета. — Дэйсьюк, демон огня, что жарче солнца, поглоти мою кровь и сожги врагов дотла! Эти слова сами вырвались у меня из головы — будто кто-то вложил их туда заранее. Но они сработали. Появился Дей. Он мгновенно впитал стекающую кровь, и его облик начал меняться. Он стал выше, сильнее, тело покрылось пламенем — огнём того же цвета, что и глаза Занзаса. Пламя шипело, как гнев, прорвавшийся наружу. И я знала: сейчас он выполнит мою волю. Всё тело Дея вспыхнуло с новой силой — жар стал невыносимым, и казалось, что само пространство плавится. Предметы в зале трескались, коробились, начинали капать, словно в аду растекались костяные маски мебели. И всё же, ни Бельфегор, ни прочие свидетели сцены не чувствовали жара. Они были словно вне этого пространства. Только Леви и я остались в самом центре преисподней. Земля под ногами загорелась. Повсюду вспыхнуло пламя, и воздух стал вибрировать от напряжения. Нескольких бойцов Варии огонь сам запер в защитные сферы — похоже, Дей отличал врага от случайного зрителя. Меня огонь не тронул. Я шла, как по асфальту, — ровно, твёрдо, с непоколебимым выражением лица. Словно демон, идущий вершить суд. А за мной — мой огненный палач. Когда я подошла вплотную, Леви уже был на четвереньках. Пот лился с него ручьём, тело покрыли ожоги, мышцы сводило от боли, но одежда осталась целой — это было ещё более унизительно. Он выглядел так, будто всё нутро выжгли изнутри. — Видишь теперь, кто ты есть? — прорычала я. — Ничтожество. Слабак. Мусор. И что ты там говорил про спор? Теперь ты мой раб. Я могу заставить тебя надеть костюм горничной и вылизывать полы, и ты будешь это делать. Не потому что хочешь — а потому что не можешь иначе. Потому что я сильнее. С каждым словом оскал на моём лице становился всё звериным, а тело начинало медленно полыхать тем самым пламенем Дея. Оно охватывало меня, не причиняя боли, но подчёркивая, что я не просто человек. Я — медиум демона. Дей исчез — как будто растворился в огне, который он сам же и вызвал. Огонь вокруг медленно угас, защитные сферы исчезли, но от меня ещё долго шёл жар, пока и он не сошёл на нет. Я развернулась и молча направилась к выходу. У двери стоял Бельфегор. — А ты говорил, что я не справлюсь с обычным капитаном. — Я глянула на него, прищурившись, с полуухмылкой. Он промолчал. Всё сказал мой поступок. Любое возражение сейчас сделало бы его глупцом, и он это понимал. Когда я спустилась на первый этаж, в холле меня встретил Занзас. Его взгляд — тяжёлый, как сама Вонгола. Алые глаза впились в меня, как в интересный трофей, и впервые — без осуждения. — Я думал дать тебе неделю отдыха, чтобы ты восстановилась. — Голос звучал спокойно, но с металлическими нотами. — Но, как вижу, тебе это не нужно. Раз уж ты можешь в таком состоянии в одиночку справиться с хранителем. Он усмехнулся краем губ, затем добавил: — Завтра в семь у тебя и Бельфегора первая миссия. Подробности узнаете позже. И, не дожидаясь ответа, повернулся и исчез за дверью своего кабинета. Я не стала ничего говорить. Просто пошла к себе. В голове звенело от усталости. Но в груди было тепло. Тёплое, тяжёлое, словно пламя… Моё пламя. Уставшая и обессиленная, я завалилась на кровать. Сила демонов — это, конечно, эффектно, но выматывает так, будто тебя прогнали через мясорубку. Но вот беда: на часах было всего три. Спать в такую рань? Да я же не пенсионерка. Желудок тоже был не в восторге — громко бурчал, требуя еды. Решено: иду на кухню. Правда, одна мелочь — я не знала, где она находится. А спрашивать? Спасибо, но нет. После утреннего «знакомства» с одним особо вежливым идиотом у меня точно не осталось ни моральных, ни физических сил на новую перепалку. Значит, будем искать. Повозилась на кровати ещё пару минут, жалуясь на жизнь и свои ноги, а потом всё-таки встала. Через десять минут я уже петляла по коридорам, как мышь в лабиринте. Второй этаж оказался бесполезен: одна спальня за другой, персональные комнаты и ни намёка на пищу. Я спустилась вниз. Здесь обстановка была интереснее. Несколько рабочих кабинетов, просторная гостиная, комната для пленных (прекрасно, просто уютненько), подвал, на который почему-то висел замок, развлекательная комната — с автоматами, бильярдом, боулингом и даже приставкой. В самом конце — бассейн с панорамными окнами и сад с красными розами, как из романтического триллера. Ну и, наконец, кухня. Да ещё какая: громадная, идеально чистая, с современным оборудованием и холодильником, который мог бы прокормить небольшой город. Порывшись внутри, я нашла знакомые продукты и сообразила себе омлет с беконом. Пока ела, думала, что в этом особняке можно спокойно жить всю жизнь — роскошно, опасно и, главное, всегда с адреналином. После еды я направилась в игровую. Там залипла в автомат, в какой — уже и не вспомню. Просто мозг отключился, а пальцы нажимали кнопки. Когда заметила, что за окном стемнело, решила возвращаться в комнату. Но не тут-то было: ступеньки лестницы решили поиграть в врагов, и я чуть не навернулась. Ноги ватные, голова кружится, а тело — как чужое. Когда наконец взобралась наверх, буквально рухнула спиной к стене. Мир плыл, всё размазывалось, и я потеряла сознание. Очнулась в... другом месте. Не в своей комнате — это точно. Здесь всё выглядело куда дороже, интерьер выбивался из общего стиля особняка. Но на разглядывание обстановки времени не было, потому что на талии лежала чья-то рука. Я знала эту хватку. Бельфегор. Кто бы сомневался. «Опять вляпалась», — только и подумала я. Осторожно, стараясь не разбудить принца-потрошителя, начала выползать из-под него. Не успела — он сразу проснулся и притянул меня к себе ещё крепче. Попробовала снова — и ощутила резкое натяжение. Руки больше не слушались. На запястьях — леска. Его чёртова леска. Значит, игра началась. — За что опять?! — возмутилась я, пытаясь освободиться от тонкой лески, что сковала мои запястья. — Ты о чём? — с наигранным удивлением спросил Бельфегор, будто и правда не понимал, в чём дело. — Ты издеваешься? Какого чёрта ты меня сюда притащил?! — голос уже срывался от раздражения. — Луссурия подлатал Леви. Если бы ты осталась валяться где попало, он бы, возможно, решил свести счёты. Я просто предусмотрел варианты, — сказал Бел неожиданно спокойно, что было совсем не в его духе. Я замолчала на мгновение. В словах был смысл… но это не объясняло всего. — Ладно, допустим. Но ты ведь знаешь, где моя комната. Почему именно сюда? — голос уже был сдержаннее, но не менее требовательный. — Эта кровать больше подходит для королевских утех, — ухмыльнулся он, глаза заблестели от довольства. — В смысле?.. — с сомнением и холодком по спине спросила я. — Шишиши. Ну ты моя подчинённая. И, можно сказать, провинившаяся. А за проступки у нас — дисциплина, — сказал он с привычной хищной улыбкой. Я попыталась пошевелить руками — безуспешно. Леска, обвившая мои запястья, была тугой, но не болезненной. Просто напоминанием: я не свободна. Ещё. — За что опять? — сухо бросила я, не пытаясь даже скрыть раздражения. Бельфегор с привычной ленцой приподнялся, опираясь на локоть, и посмотрел на меня. — Ты о чём? — голос был спокойным, даже ленивым, но я знала: за этой маской — острое лезвие. — Перестань. Ты отлично знаешь, что я не собиралась валяться под дверью, тем более у Леви под носом. Ты мог оттащить меня куда угодно. Почему сюда? Он слегка склонил голову, будто раздумывая, отвечать ли. Наконец, улыбнулся. Не весело. Не по-доброму. — Потому что здесь ты меньше всего ожидаешь меня. А значит, слабее всего. Здесь нет оружия. Нет союзников. Только ты, твоя голова... и я. Мне стало не по себе. Комната казалась излишне тёплой, воздух — густым, как мёд. Давящим. Я сдержала вздох и просто смотрела на него. — Ты не боишься меня? — наконец спросил он, не отрывая взгляда. Я усмехнулась. Плевать, что внутри всё сжималось в комок. — Я боюсь только потерять контроль над собой. А ты — лишь триггер. Не причина. На миг мне показалось, что уголок его губ дёрнулся. Может, от раздражения. Может, от... интереса. Придвинулся ближе, но не дотронулся. Просто смотрел. Внимательно. Не отводя взгляда. Как будто пытался разложить меня на части, собрать как головоломку. И понять — где у меня слабое звено. — Знаешь, — сказал он негромко, — ты слишком много играешь в сильную. Это утомляет. Тебе бы самой разобраться, чего ты хочешь. — А тебе бы не мешало понять, где проходит граница. Он кивнул. Медленно. Улыбка исчезла. — Возможно. Но ты живёшь здесь, по моим правилам. Пока. После этих слов он все же распустил леску, мои руки освободились и я смогла уйти. Я ничего не сказала. Только громко хлопнула дверью. Мне даже не нужно было видеть его реакцию — я и так знала, что он всё понял. Всё услышал. По пути к себе я выматерила про себя всё живое — и мёртвое заодно. Мир, людей, обстоятельства. Себя. Особенно себя. Когда я наконец дошла до комнаты, то почти рухнула, но пересилила. Душ. Только холодный. Он не очистит, но хоть приведёт в порядок мысли. Я стояла под струёй, пока кожа не онемела. Пока дыхание не выровнялось. После — полотенце, короткий взгляд в зеркало, в котором я не хотела видеть себя. И кровать. Моя кровать. Без посторонних рук. Без напряжения. На часах было далеко за полночь. Спать надо было уже час назад — завтра первая миссия, и Бельфегор, как я его знаю, опозданий не простит. Впрочем, как и слабости. Я легла, но сон не приходил. Голова крутила всё произошедшее, как заевшую плёнку. Образы, фразы, взгляды. Леска на запястьях. Ложь во взгляде. Сила в руках. Прошло минут сорок. Может, больше. В какой-то момент я просто вырубилась — не заснула, а именно отключилась. И пусть этот сон будет хоть немного тише, чем реальность.