В чем смысл мести

Работа помогает отвлечся от не связанных с ней проблем, но не настолько, чтобы забыть о них совсем. Тяжелый осадок на уровне сердца, как будто на стенки легких налипла известь. Усталость после дня работы берет свое, и я без сил падаю на диванчик, чтобы тут же забыться беспокойным сном. Меня мучал жар, кажется кто-то приходил ко мне, а потом ушел. Я бредил, смазанные образы, обрывки фраз и слов, меня будто затягивало в пучину и лишь два, знакомых и бесконечно родных голоса беспрестанно звали меня, что-то нежно шептали, успокаивали... Я почувствовал прохладу на лбу и оказался в океане, было хорошо и спокойно. Я уснул крепче, уже без сновидений. Когда я проснулся, около меня оказались врач и замдиректора. Обе смотрели на меня. Первой слово взяла врач: — Сядьте. Откройте рот... - традиционная процедура осмотра началась. В конце ее были названы препараты и оставлен на столе рецепт. После этого женщина покинула помещение, настоятельно порекомендовав взять больничный. — Давайте я вас провожу до выхода. Вызвать вам такси? — Я сам вызову, не утруждайтесь, - "сам вызову", если бы! Голова болит, весь мир как в тумане... но я все равно должен встать и пойти. Бесконечно долгая дорога дл стола. Взять все бумажки, которые могут понадобиться, скинуть в сумку, взять рецепт, телефон. На автомате захватил куртку и в сопровождении замдиректора вышел из кабинета. Ключ забрала сопровождающая. Уже внизу я достал из кармана мобильный и заказал такси. Едва улавливая смысл слов я вышел из здания, кивнув охраннику. Через пятнадцать минут автомобиль уже мчал меня по вечерним пробкам. Смутно припоминаю как попал потом в квартиру, но на следующее утро я был уже привычном домашнем халате. Вещи оказались практически все на своих законных местах, исключение составляли носки и брюки, оказавшиеся на полу около стула. Самочувствие оставляло желать лучшего, но солнце, заглядывавшее в окно, вселяло в меня крохотный проблеск надежды. Завтрак, лежание перед телевизором, без банки пива к сожалению (ну вы сами понимаете, что оно холодное). Вот он и начался — больничный. Думаете от меня отстали ученики? Наивные. Они любезно завалили меня вопросами по предмету, ко всему прибавились только пожелания скорейшего выздоровления. Время вытекало сквозь пальцы и утекало в канализацию. Ко всему можно привыкнуть, даже к боли, "время лечит — жизнь калечит" и прочие мудрости бабушек на лавочке. В какой-то степени они возможно правы. Но только на пол чучуточки. Самую малость. Ведь если к обычной боли от мизинца, ушибленного о тумбочку, можно притерпеться, то к тому, что разъедает изнутри — нет. Через пару дней продукты в холодильнике подошли к концу, и мне пришлось выбираться на улицу. Раньше запасы съестного пополняла Кира, лишь в редкие дни, в основном перед праздниками, за продуктами я ходил сам. Теперь вновь придется приучаться к ежедневным походам в минимаркет. Улица встретила меня шумом автомобилей, пылью, лужами и людьми, одиночно идущими по тротуарам. Признаться, к тишине и одиночеству я привык довольно быстро, поэтому теперь я немного теряюсь от солнца, светящего так, что нет возможности открыть глаза полностью. Тихое гудение холодильников, шелест упаковок, музыка - все это я теперь буду проходить довольно часто... "Может вы уже перейдете ближе к делу?" "Не мешайте." Через пару дней я вновь выбрался на улицу, самочувствие уже было близко к норме, поэтому я решил еще прогуляться немного, давно не уделял время на обычные такие блуждания в сквере. Был вечер, час пик, я уже шел обратно, когда неожиданно сзади меня завизжали тормоза. Я обернулся и увидел шикарный ламборджини, от задних колес которого тянулись черные следы. Перед капотом сидела девочка сжавшаяся вокруг собаки. Дверь водительского сидения резко открылась и из нее выскочил мужчина. Он начал кричать, размахивать руками и угрожать. Ребенок сидел ни жив ни мертв. Я подошел ближе, по ее щекам текли слезы. Я не мог этого вынести и подошел ближе. — Вы нарушали правила движения и ехали на красный. — Там никого не было кроме этой вшивой тварюги. Никто бы не расстроился из-за ее потери. — Это не важно, вы нарушали правила, а обвиняете во всем несчастного ребенка. — Ты этого не докажешь. А ей, - он махнул рукой за спину, - никто не поверит, - самодовольная улыбка озарила его лицо. — А камеры? — Их здесь нет, - вокруг стал собираться народ, нашлось еще несколько свидетелей произошедшего. Появились родители девочки. Кто-то позвонил в полицию. Они примчались относительно быстро началось разбирательство, мужчина отошел со служителями порядка к их автомобилю. Люди начали расходится, видя, что шоу больше не будет. Я тоже не хотел задерживаться, но что-то остановило меня. Я аккуратно подошел ближе и услышал обрывки фраз: — ...пятнадцать? — Вы меня за кого принимаете?... — ... — По рукам После этого владелец ламборджини вернулся к своей красотке и уехал. Насколько я понял, он отделался лишь штрафом. Кроме того в письменном виде это не будет зафиксировано и в базу не попадет. Что-то внутри меня зажглось и начало волнами расходиться по телу. Руки непроизвольно сжались в кулаки. Я вернулся домой, но мне уже гораздо труднее было оставаться на одном месте. Я вспомнил о тех, из-за кого не смогла жить моя дочь. Каждая мысль как пулей прошивала мое тело и мой мозг. Хотелось кричать во весь голос. Я пошел к бару и вынул крепкий коньяк, долгой выдержки. Мы с женой как-то хотели открыть его на новый год, но нам хватило шампанского и мартини, а бутылка так и осталась непочатой. Она не любила коньяк, ей по душе были более легкие и сладкие напитки, но ради меня она могла разделить удовольствие, тем более, что она не имела ничего против хорошей выпивки, но предпочитала крепкого пить лишь немного. Пробка падает на стол, рядом с ней появляется стопка, которая наполняется и осушается раз за разом, создавая иллюзию занавеса между алкоголем и реальностью. В моей жизни стало слишком много иллюзий. Я не вижу правды, не вижу добра, света, радости, счастья, спокойствия и удовлетворенности. Во мне чего-то не хватает и от этой пустоты, ничем не наполненной исходит нечто, что снедает меня, причиняя боль, но в перерывах не давая облегчения, а оставляя с ужасом ждать следующего приступа. Кто-то скажет - сумасшедший, а кто-то поймет, что я просто безнадежный. Завтрашний день перестал быть для меня лучше предыдущего, а утро больше не мудренее вечера. А еще я чувствую страсть к разрушению. И причиной всему те, кто считают себя лучше других, гордятся собственными заблуждениями и не признаются даже себе в совершенных ошибках. Но если от них избавиться, разве мир не станет лучше? Убрать эту ошибку природы. Вычленить этот вирус и отрезать, как больной орган. Мне больше нечего терять, почему бы не разобраться со всем этим своими силами? Так. Будет. Лучше. В состоянии несостояния я добрался до спального места и, упав, вырубился. Завтра я буду создавать мир, который лучше, чем вчерашний.