Жертва номер 13

Сон сменился явью, размытой реальностью. В голове стали промелькать отрывки вчерашнего вечера, создавая очертания воспоминаниям. Джуниор плохо помнил все то, что было вчера. Он нехотя распахнул глаза, устремляя свой взгляд в белый потолок. Он проснулся окончательно. Юноша сел на постели, недоуменно оглядываясь по сторонам. Из окна светило яркое солнце, которое неприятно слепило. Джуниор зажмурился, растирая руками заспанные глаза. В памяти стали проявлять отрывки вчерашнего вечера уже в большей степени: Дэйв на мотоцикле; ночной клуб; девушка-стриптизерша; кровь в стакане минералки. Юноша аккуратно помассировал виски, нажимая на них подушечками пальцев, но это не помогло. Все, что было после отъезда из клуба, он помнил плохо. В его голову ударила не слабая доза алкоголя, которая практически свалила Джуниора с ног. Кажется, он сам никуда не шел, а кто-то его тащил. Он хотел провести эти выходные тихо и спокойно, дома, попивая чашку теплого чая, завернувшись в плед, но, нет, не судьба. Так еще задали кучу всего, так что он не управится за сегодня. Джуниор встал с постели, подходя к окну. Он с неким стыдом вдруг осознал, что одет лишь в футболку и плавки. Это чувство неприятно прокатилось по коже холодной волной. Джуниор обернулся и увидел, что его штаны аккуратно сложены на кресле. Юноша быстро схватился за свои джинсы, поспешно надевая их. По своему вчерашнему состоянию, он вряд ли мог сам раздеться, значит, это сделал кто-то другой. - Черт, сколько же я выпил… - укоряя себя, прошептал юноша. Джуниор осторожно осмотрелся, надеясь, что находится сейчас дома у Дэйва, а не у кого-то в гостях. Юноша зашел в ванную комнату и осмотрелся. Уборная была оформлена в сине-белые тона: крупные квадраты на полу, мелкие на стенах и стеклянный потолок. Полка, полотенца, занавеска, зубная щетка – синего оттенка. Ванна, унитаз, раковина – из белого фарфора. Вокруг не было ничего, ни книг, ни журналов, даже почти не было средств личной гигиены, кроме куска мыла, рулона туалетной бумаги и пузырька с шампунем. Джуниор вспомнил свою ванную дома, полка ломилась от разных бальзамов, гелей для душа, тюбиков зубной пасты. Там было много полотенец, стояла корзина, куда он кидал свои футболки и нижнее белье. Она выглядела намного более обжитой, чем эта. В ней казалось не было никаких следов человека, в воздухе стоял легкий запах хлорки. Джуниор подошел к раковине, смотря на себя в зеркало. Неудивительно, что вчерашний бурный вечер отпечатался на лице фиолетовыми тенями под глазами. Они от этого казались еще более глубокими и темными. И что-то было в нем новое, странное и постыдное. Джуниор оттянул шею, видя на ней багровый прикус, оставленный человеческими зубами. Юноша испуганно отпрянул от зеркала, отвернувшись. Он склонился над раковиной, стараясь привести себя в чувства. Джуниор взял тюбик пасты, выдавливая себе немного в рот, чтобы избавиться от вчерашнего привкуса алкоголя. Юноша уткнулся лицом в мягкое махровое полотенце, желая провалиться в него полностью, с головой. Как только он убрал полотенце от лица, он снова взглянул на себя в зеркало. Кожа порозовела, она стала словно светиться изнутри, губы приобрели красноватый оттенок, но глаза остались все такими же тусклыми и усталыми. Юноша пару раз провел руками по волосам, приводя их в порядок. Джуниор неуверенно толкнул дверь, выходя в коридор. Он уже понял, что находится у Мастейна дома, однако был удивлен, что так ни разу и не побывал у него в ванной. Юноша чуть держался рукой за стену, чувствуя пальцами ее шероховатость. Тихо, осторожно, Джуниор прошел в гостиную, дверь в которую была приоткрыта. Он подошел к дивану и не ошибся. На нем спал Дэйв. Юноша чуть оторопел, он подумал о том, что нужно поскорее вернуться в спальню, однако его ноги несли его только ближе к спящему Мастейну. Дэйв лежал поверх пледа, он лежал лишь в джинсах, которые были чуть расстёгнуты. Мерно и спокойно приподнималась и опускалась его оголенная грудь. Сон зверя. Если его сейчас разбудить, то расслабленное тело тут же может напрячься, и тогда спасения от хищника не будет. Джуниор нахмурился. А хотел ли он, чтобы этот зверь просыпался? Может, всем будет хорошо, если он заснет навсегда? Но почему-то Джуниор хотел, чтобы зверь пробудился. Юноша почувствовал себя неуютно, понимая, что стоит перед Мастейном и рассматривает его. В последнее время жизнь юноши заметно изменилась, все это было связано с общением с Дэйвом. Разве он раньше мог подумать о том, что может провести ночь в одном доме с самым опасным убийцей, сравниваемого общественностью с самим дьяволом. Но, несмотря на все свои страхи, он доверял этому парню. Да и боялся он больше всего самого себя, боялся, что может сделать что-то такое, за что будет укорять себя всю свою жизнь и понесет за это неотвратимое наказание. А что если он сейчас до него дотронется? Лишь прикоснуться к его коже, осторожно провести по ней пончиками пальцев. Несомненно, он холодный, как труп, ведь он уже давно мертв внутри. Джуниор осторожно дыхнул на свои похолодевшие руки, чтобы не разбудить своими касаниями спящего Дэйва. Юноша склонился и аккуратно провел рукой по плечу и груди Мастейна. Зверь не проснулся, лишь только тихо выдохнул во сне. И тогда Эллефсон сделал то, чего хотел сделать с той самой минуты, как вошел в гостиную. Но провел рукой чуть ниже, переходя на беззащитный живот и еще чуть ниже... Джуниор резко оторвал руку, слыша в своем вздохе восторг и страх, которые тесно переплелись воедино. К лицу прильнула кровь, отчего щеки будто бы загорелись. Юноша быстро вышел из гостиной, тихо прикрыв за собой дверь. Он прильнул спиной к стене, стараясь успокоить свое сбивчивое дыхание. Эллефсон был готов поклясться, что, как только он дотронулся до Мастейна, его охватила темнота, которая выходила прямиком из спящего тела. Он еле смог вырваться из этих сил, что удерживали его руку на животе Дэйва. С большими усилиями восстановив дыхание, Джуниор вернулся к комнату, где он проспал всю прошлую ночь. Юноша тут же упал на кровать, уткнувшись лицом в подушку. Все мысли, что стали витать вокруг него лишь загнали Эллефсона в сон. И он снова задремал. Судя по тому, как солнце стало светить еще более нещадно, второе пробуждение было уже около часа дня. На душе стало чуть легче, но боль во всем теле только усилилась. Джуниор перевернулся на спину, снова встретившись с уже знакомым белым потолком. Эллефсон с трудом заставил себя встать с кровати, чтобы отправиться в гостиную и выяснить, как он провел весь вчерашний вечер. В гостиной было уже пусто, но слышалась кое-какая возня на кухне. Юноша, тихо ступая на пол, прошел через комнату, приоткрывая дверь. В кухне, освещенной лучами света, стоял Мастейн, который, судя по всему, варил кофе. На нем уже была легкая майка, скрывающая его тело. - Привет, - неуверенно подойдя ближе, произнес Джуниор. Мастейн тут же обернулся - Привет, ты как? - Не очень… Я вообще плохо помню, как вчера все прошло. - Вполне хорошо. Особенно для меня, - усмехнулся Дэйв, чуть качая головой. - Я чего-нибудь бы перекусил, у тебя есть еда? Нормальная еда, - уточнил Джуниор. - Да, вроде было пару кусочков колбасы. Иди в гостиную, я тебе принесу поесть. Юноша благодарственно кивнул, уходя в комнату, все еще прислушиваясь к возне на кухне. Эллефсон вытянул ноги вперед, стараясь расслабиться. Его рука непроизвольно потянулась к пульту, включая телевизор. Как раз сейчас шли новости, а может, будет что-то интересное. «Совершено еще одно нападение, на сей раз это молодой мужчина. Мистер Альфред Смит возвращался домой с работы, но так и не дошел. Его нашли убитым в парке, недалеко от офиса, уже печально известного, агентства «Амброзия». Жертва была убита ударом в живот ножом. Полиция надеется, что им удастся снять отпечатки пальцев с рукоятки. Может, теперь ужасам придет конец, и Амброзийский лис будет наконец-то пойман.» В комнату вошел Дэйв, чуть улыбаясь, он держал в руках тарелку с бутербродами и пару чаше к кофе. Джуниор встретил его испуганным и серьезным взглядом, словно что-то было не так. - В чем дело? – нахмурившись, спросил Мастейн. - Тебе что, было мало той девушки в клубе? - Нет, она была замечательная. Во всех смыслах, если ты меня понимаешь. И чем ты вообще не доволен? Я тебе тут поесть приготовил, а ты с наездами, - рыжий присел на диван, закидывая ногу на ногу. - О том, что ты убил еще одного мужчину. Черт, у тебя что совсем мозгов нет, если убиваешь уже на улице рядом с агентством. - Какого черта ты вообще говоришь? Я привез тебя домой и лег спать. О чем ты? - Я только что смотрел новости, Дэйв. Новое убийство. Ты уже становишься бесконтрольным. Тебе мало одного человека за раз? - Эй, очнись. Если ты не помнишь, то мы с тобой не так давно обсуждали то, что у меня есть двойник. - Нет, тут был точно ты. Твой почерк, просто идентичный. Даже подражатель так не может. - Я не люблю убивать мужчин… - Что? Не любишь? У тебя было штук шесть, что значит не любишь? - Женский труп более красивый… - Мастейн чуть склонил голову на бок, делая глоток кофе. - Дэйв, а что, если поймают подражателя? Он ведь скажет, что он и есть Амброзийский лис. Парень резко повернул голову, чуть недовольно смотря на юношу. - Как это так? - Ну, захочет забрать себе твою славу, например. - Что?! Да такого быть не может! – сразу оскалился Дэйв. - Ага, будет говорить всем, что это он сделал… - Бред, я же продолжу убивать. - Так, все будут думать, что это ты подражатель. Дэйв, лучше скажи мне прямо, что ты это сделал. - Я этого не делал, черт тебя дери! – Мастейн вскочил с дивана, быстро выходя в другую комнату. Джуниор обреченно выдохнул. Почему-то ему стало казаться, что их странная идиллия, в которой они жили уже несколько месяцев, стала рушиться. Как будто их беззаботному счастью пришел конец, все должно вот-вот перемениться. Только, когда это случится, никто не знает.