намеки

— Ты когда-нибудь целовался с девушками? — вопрос Лань Сы Чжуя выбивает из колеи настолько, что Цзинь Лин умудряется споткнуться на ровном месте и чуть не пропахать носом землю под собой. Пара сильных рук успевает подхватить его до момента падения. — Осторожнее. Где-то в дали лает Фея, увязавшаяся за низкоуровневым лесным духом. Чертова собака, дернуло же ее ночью устроить эти дурацкие игрища! Цзинь Лин же очень хочет ответить, куда Лань может засунуть свое «осторожнее» и куда ему идти с такими бестактными вопросами. Но вот проблема… Сы Чжую грубить без толку, только воздух сотрясать за зря. Адепт ордена Гу Су Лань в этом плане не прошибаем, все равно что бетонная стена. Свет фонаря выхватывает неровные собачьи следы на лесной тропинке. Молчание порядком затягивается… — Нет… То есть, да! С девушкой, — вскидывается Цзинь Лин. — Да я король поцелуев! Самопровозглашенный, но это не важно! Звучит несколько неубедительно и лживо. Лань Сы Чжуй внимательно слушает и склоняет голову на бок, мол, расскажи. Но это уже провокация в чистом виде. И больно бьет по самолюбию. — А ты? Или правилами ордена запрещено? — последняя фраза звучит куда ехиднее, чем предполагалось. Лай Феи слышится уже гораздо отчетливее, громче и ближе. Не уже ли, все-таки загоняла несчастного духа настолько, что тот сдался или просто устал? — Не запрещено, — Лань заправляет выбившуюся прядь за ухо и подсвечивает фонарем путь. — Просто интересно… и. Нет, не целовался. Но я хочу научиться. Это не должно звучать, как просьба о… Цзинь Лин чувствует, как краснеет и надеется, что в темноте этого не видно. Просто он ищет двойное дно, просто Сы Чжуй неправильно построил фразу, просто Цзинь Лин устал настолько от этих ночных блужданий, что ему чудится всякое. Фея громко и радостно воет. Где-то очень близко. — Ну и к чему такой интерес? Девчонка появилась с которой ты… — Она мне нравится, — у Лань Сы Чжуя трогательно краснеют мочки ушей и это слишком видно даже при тусклом свете луны и фонарика. Не то чтобы это огорчает, скорее… бесит? Необоснованно. Цзинь Лин предпочитает игнорировать это чувство и списать его на то, что его просто раздражает тот факт, что у Ланя появилась зазноба раньше него. Это не ревность. Злость. — Ну и какая она, девушка твоя? — ему не шибко интересно, просто надо как-то убить время, пока они не нашли Фею и не изгнали несчастного духа. Который страху, возможно, натерпелся на всю свою загробную жизнь вперед. Лань кусает губы и нервно дергает себя за конец конского хвоста и этот жест кажется таким доверительно трогательным, что у Лина перехватывает дыхание и приятно ноет где-то в груди. Идеальный и собранный Лань Юань далеко не такой идеальный и собранный каким хочет казаться. — Вспыльчивая, но смелая. Своевольная и сильная. Красивая. Она мило краснеет. Мне нравится ее улыбка, хотя улыбается она редко… — тихо произносит Сы Чжую. На его губах появляется кроткая, нежная улыбка. Девчонки, наверное, и впрямь от такого голову теряют. Цзинь Лин снова спотыкается, на этот раз его чуть ли не сбивает с ног радостная Фея. Она вся мокрая, от ее шерсти пахнет тиной и стухшей рыбой и она ни капли не тянет на собаку, которая все это время приследовала лесного духа. — Зараза! Где ты вообще… — Цзинь Лин готов выть в голос. Лань Сы Чжуй рядом тихо смеется. Холодный нос тычется в теплые руки хозяина и злиться на нее такую невозможно. Даже за то, что она полночи бегала по лесу и умудрилась где-то изваляться. Даже если она прервала доверительный момент… * Дорогу обратно они затягивают не намеренно. От части. Вернее, Цзинь Лин идет медленнее обычного, торопиться куда-то больше нет смысла. Разговор о поцелуях и девчонках сошел на «нет» сам собою, но любопытство все-таки не давало покоя… — А она из твоего ордена? — Лань Юань растерянно моргает, словно вопрос Цзинь Лина вывел его из своих мыслей. — Девушка, которую ты поцеловать хочешь.  — Нет, мы с ней… Охотились вместе, — слова Сы Чжуй словно подбирает. Осторожно так. Даже забавно за ним таким наблюдать. Ночь и правда время откровений, кому расскажешь о подобном — не поверят же! — Цзинь Лин… Могу я попросить тебя кое о чем? Еще до того, как дубина Лань умудряется озвучить свою смехотворно тупую просьбу, Цзинь Лин понимает о чем конкретно его хотят попросить. И изначальное предчувствие его не обмануло. * — Ты этого от учителя Мо… То есть, Вэя понахватался? Это неправильно и вообще… — Так это же, ну… Как тренировка. Одного будет достаточно. Я быстро учусь! Кто бы сомневался, что он быстро учится. Всегда идеальный во всем Лань Сы Чжуй просит научить его целоваться. С ума сойти. Лицо снова горит, как бы смешно не звучало, Цзинь Лин думает, что у него сейчас из ушей пар повалит. Не то чтобы он против поцелуя, да и возмущается он скорее для виду, несерьезно это… Но. Да какая разница?! Лань Юань выглядит не лучше. С одной стороны, это даже как-то льстит самолюбию. Вернее, льстило бы, будь та бравада про поцелуй правдой. Цзинь Лин до недавнего времени друзей найти не мог, а тут девушка. Поцелуи. Это как-то все сложно и все эти социальные взаимодействия только делают мозг. — Ну один… Это же ничего не значит. Просто тренировка! Да к черту. Все равно ж никто не узнает, верно? — Да. Хорошо. Но один! Повторять не буду. Король поцелуев. Надо же, никто ж за язык не тянул… Лань Сы Чжуй делает шаг вперед и опускает фонарик на землю. Забавно, думает Цзинь Лин. У Юаня такие густые ресницы и кожа такая бледная-бледная. Того гляди, он начнет светится в лунном свете. Странно, что он раньше этого не замечал. Чужие прохладные руки аккуратно обнимают лицо Цзинь Лина. Даже проходив полночи по лесу от идеального Ланя пахнет только чем-то свежим, а еще цветами. Горечавками, что ли? Поцелуй выходит неловким и смазанным. Конечно же А-Лин видел, как целуются взрослые и кое-что видел в книжках, но в реальности… В реальности все как-то странно и мокро. Чужой язык так непривычно ощущается во рту и щекочет небо. Странно. И непривычно… Они с Лань Юанем сталкиваются зубами и это… забавно. Забавно настолько, что Цзинь Лин разрывает поцелуй глупо смеясь и улыбаясь. — У тебя очень красивая улыбка, — Сы Чжуй и впрямь чуть ли не светится. — Она тебе идет. Улыбайся чаще. Это напоминает щелчок над ухом. Это странное осознание… Как там было? Вспыльчивая и своенравная, но смелая? Красивая или вернее сказать красивый?! И улыбка. Дурацкая улыбка. «Улыбайся чаще». — Девчонка значит? Это я-то девчонка! У Лань Сы Чжуя краснеют мочки ушей, а губы блестят от слюны. — Надо было как-то деликатно подвести к теме… Фея громко лает где-то в начале тропы. К теме. Подвести. Не сказать, что Цзинь Лин разочарован. Или зол… Скорее ему приятно. И поцелуй был далеко не так плох. Если б кто-то не говорил намеками и не водил за нос вокруг да около было бы вообще идеально. — Чего встал, как вкопанный? Фея ждет, да и домой нужно вернуться вернутся как можно скорее, мы и так полночи не пойми на что потратили, — слова — лучшая защита. Повисшая секундой ранее неловкость сходит на нет. — И если еще раз назовешь меня «девчонкой» или «молодой госпожой» получишь в нос, ясно?