Парень, который любил рисовать котов

***

5 лет спустя

Джи вальяжно выплюнулся из дверей супермаркета на шумную улицу, таща в руке большой пакет закусок, раменов и сладких напитков. Какого хрена эта банда отправила в магазин именно его? Несправедливо. Он даже не хотел вспоминать о том, что сам проиграл в лотерею, вытянув единственную короткую спичку. Эти дураки, включая Чана, Сынмина, Хенджина и Феликса со стороны Минхо (как на свадьбе какой-то, ей богу) собрались сегодняшним вечером в небольшой, но уютной съемной двушке влюбленной парочки. Хан и Минхо снимали эту квартиру только год, но уже успели прикипеть к ней, как к родной, и просто не представляли своего существования вне столь комфортного логова. Даже начинали потихоньку копить деньги, чтобы в итоге выкупить у хозяйки их новое совместное жилое гнездышко. В квартире стабильно пахло вкуснейшей едой, выпечкой и кошачьим кормом. Кто же знал, что в конечном итоге Дори полюбится именно этот вонючий корм со вкусом кролика из супермаркета, а не домашние мясные деликатесы Минхо. У него, по правде говоря, и не было столько свободного времени, чтобы каждый вечер выготавливать ужин и удивлять новыми рецептами этих двоих проглотов, хотя он старался, правда. Хо сразу после окончания университета решил, что работать по специальности дизайнера не будет, даже на фрилансе. Не тянет его. В отличие от Джисона, который уже на третьем курсе устроился стажёром в престижную компанию и старался изо всех сил, чтобы не подвести и не разочаровать. Родителей, Минхо, самого себя.. Он освоился в отделе рекламы и быстро вошел в ритм работы, разрабатывая все новые и новые проекты, которые радовали глаз придирчивому директору. Джисону очень нравилась эта атмосфера, он горел идеями и был просто свежей, амбициозной кровью в коллективе. Спустя несколько месяцев он уже был переведен в основной отдел дизайнеров и повышен в должности. Парень не мог не радоваться таким успехам, четвертый курс пролетел для него максимально быстро и незаметно, многие предметы были закрыты автоматом, а зачеты сданы заочно. Он смог завоевать уважение некоторых противных преподавателей и практически не беспокоиться о дипломе, хотя попахать в конце семестра всё равно пришлось. Хан, можно сказать, по большей части тянул их небольшую семейку на себе, ведь зарабатывал прилично и очень хотел, чтобы Минхо не беспокоился об оплате жилья и еды, как раньше, занимаясь поиском себя и дела всей своей жизни. Ли, кстати говоря, достаточно быстро нашел это самое дело. Никто не удивился, когда в конце концов он полностью погрузился в изучение животных, их поведение, здоровье и настроение. После получения ненужной бумажки-диплома, которой можно было разве что жопу вытереть, старший сразу же поступил на второе высшее уже в другой медицинский университет. На ветеринара. Хо погряз в бесконечных конспектах и лекциях, но ни разу не пожалел о своем выборе. Ему безумно нравилось. Почему-то, именно эта профессия казалась парню неимоверно родной и значимой. Такой манящей и нужной. Он даже не колебался. Решение принял моментально, а Джисон только поддержал, обрадовавшись достаточно серьезному шагу Хо, хотя сам еще не совсем уверенно стоял на ногах. Они были поддержкой и опорой друг для друга. Такие искренние и такие влюблённые. Минхо ещё больше окреп в моральном плане и вовсе перестал заботиться о мнении окружающих, ведь ему, шагая рядом рука об руку, освещал путь самый прекрасный человек на Планете. Его перестал заботить отец, старые отношения, косые взгляды и перешёптывания. Хотя, честно говоря, совсем недавно с ним вышла на связь родная мама.. эта женщина. Не прошло и столетия. Она много извинялась, отчаянно рыдала, проклиная своего никчемного мужа и просила, чтобы Минхо её, хотя бы, не ненавидел. Тогда сердце парня в очередной раз разбилось с новой силой. Он плакал вместе с ней, много, изливая душу. А потом отпустило. Они с мамой даже начали постепенно налаживать связь, изредка созваниваясь и делясь новостями. Однажды, в один из таких вечеров, она разоткровенничалась и призналась, что Джисон показался ей прекрасным молодым человеком в их первую и единственную встречу, и она безумно рада, что именно он оказался рядом с Минхо много лет назад. Ли был с ней чертовски согласен, но в ответ так ничего и не сказал. Джи повернул за угол здания и шмыгнул в темный переулок, размахивая тяжелым пакетом из стороны в сторону. Хены уже сто процентов заждались своих вкусняшек и вовсю обсуждали его медлительность, уверяя, что его только за смертью посылать. Эти придурки нечасто собирались такой большой компанией в одной квартире, невиданная редкость застать их всех вместе, покорно сидящих за кухонным столом. Хан всё ещё со смехом вспоминал то абсурдное знакомство Хенджина с его братанами-волками-стаей. Эти парни были настолько противоположны, что хотелось плакать навзрыд. Хенджин в своих белых выглаженных оверсайзных рубашках и светлых брюках с цепями, в виде аксессуаров, и два оффника в серых спортивках и кроссовках со шнурками, зашнурованными словом «хуй». Восхитительное зрелище. К огромному удивлению, эти особи из разных миров достаточно быстро нашли общий язык и уже в первый день знакомства разбили несколько рюмок, усердно чокаясь за здоровье Джисона. Платил за это все в баре, конечно же, самый здоровый на свете Джисон. С Феликсом дела обстояли немного сложнее. Он был лучиком света с довольно стеснительным характером в их наглухо ебанутой компашке. Первое время он отмалчивался на сомнительные шутки друзей и их попытки в знакомство, прячась за спиной Минхо в любой непонятной ситуации, но позже Хенджин смог раскрепостить смущенного парня и даже поговорить с ним по душам на тесном балконе. После этого Феликс стал более открытым и дружелюбным с ними, пару раз даже доверил некоторые постыдные истории и секретики, отшучиваясь в диалоге. Хенджин любил его слушать. Они также нередко зависали вдвоем на кухне, где обожала засыпать Дори, молча уставившись глаза в глаза, подобно баранам, и гипнотизировали друг друга до победного. Обычно побеждал веснушчатый, Хван просто не мог устоять перед его чарами, как и не мог долго смотреть в эти светящиеся искрами глаза. В такие моменты их никто не трогал, продолжая тихо выпивать в зале либо гонять в игры на приставке. Когда всё это кодло покидало обитель и оставляло парней наедине, те наперегонки собирали разбросанные бутылки и играли в камень-ножницы-бумага, чтобы определить счастливчика, который удостоится чести перемывать после всех посуду. А потом они заваливались в большую двуспальную кровать с желтыми простынями (естественно, выбор Джисона) и долго-долго обнимались, нашептывая друг другу на ушко максимально развратные мысли. Сгорали от прикосновений. Тлели. Расплавлялись. Они жили и любили, дружили и смеялись, тискали Дори и мечтали о совместной старости в уютном домике где-то у пруда. Там было бы прохладно по вечерам, так что не помешало бы сделать полы с подогревом и небольшой камин в гостиной, прямо как в американских фильмах. Минхо мечтал открыть собственную ветеринарную клинику и приютить всех бездомных кошек на свете, а Джисон, чтобы старший всегда был счастлив. Сейчас Хан как раз приближался к дому с мыслями о том, что уже успел соскучиться по недовольному бубнежу своего кошатника и его вечно холодным, но манящим рукам. Он бы кинул несчастный пакет в сторону голодных парней на растерзание, а сам бы умостился на коленках у скучающего Минхо, запустив тому в волосы свои костлявые пальцы. Джисон мечтательно плелся в сторону открытого подъезда, мысленно согреваясь под боком старшего, как вдруг какой-то непонятный звук привлек его внимание. Он невольно остановился и обернулся. Странно. Звуки доносились со стороны мусорного бака, который ещё недавно установили на территории их двора. Парень тогда очень обрадовался, что больше не придется ходить в соседние дворы, чтобы вынести проклятый мусор. Хан замер и прислушался, пытаясь определить, что могло издавать подобные звуки. Он взглянул в сторону помойки и нерешительно зашагал к ней, заметив подозрительную картонную коробку, что стояла недалеко от самого бака. Она была из-под какой-то бытовой техники, вроде бы, не большая и не маленькая. Джисон максимально приблизился, нагнулся и недоверчиво присмотрелся. Он тут же обомлел, когда смог распознать в непонятной коробке два пушистых рыжих свертка, которые жалобно пищали, постепенно замерзая на прохладном вечернем воздухе. Блять. Их явно выбросили сюда совсем недавно в надежде, что кто-нибудь да подберет. Хан, недолго думая, переместил свой пакет с ладони на предплечье и поднял картонку с несчастными комочками обеими руками, пряча тех под курткой и стараясь максимально укрыть от колючего ветра. Пушистики были очень похожи друг на друга, словно двойняшки, но, стоило присмотреться, как в глаза сразу бросался разный окрас на мордочках. У одного котенка был рыжий носик, а у другого - белый. Они будто дополняли друг друга. Что ж, разбираться с этим Джи будет позже, сейчас главное доставить находку в безопасное, теплое место. Домой. Он, не теряя ни секунды, забежал в подъезд и поднялся на свой этаж, обдумывая, что же ему, черт побери, дальше делать. Парень настойчиво затарабанил в дверь ногой, так как ключи валялись глубоко на дне внутреннего кармана верхней одежды и доступа к ним не было. Незамедлительно из-за двери появился взволнованный Чан, которого, видимо, кто-то попросил открыть: - Ты чего тарабанишь то, как соседи во время потопа? Я успел обосрат… это что? - хен заметил картонную коробку и приоткрыл дверь шире так, чтобы Джисон без проблем смог пройти внутрь вместе со своей находкой. - Хозяйка меня убьет, - лишь изрек в ответ Хан, бросив пакет с закусками куда то в сторону, и поторопился в комнату, попутно стаскивая с плечей куртку и укутывая шерстяные клубочки ещё сильнее. - Принеси молока из холодильника, только подогрей, обязательно, и позови Минхо, пожалуйста. Долго ждать не пришлось. На непонятный шум и возню в соседней комнате сбежались все, кто только мог. Первым на пороге возник Хенджин, из-за его плеча выглядывал удивленный Феликс. Следом с молоком поспел Чан с Сынмином. Даже заинтересованная Дори выглянула из-за угла и молча уставилась на открывшуюся картину. Заботливый новоиспечённый папа-Джисон кормит пипеткой двоих котят по очереди и баюкает их на руках, закутанных в собственную одежду. Минхо появился в проеме самым последним и оценивающе взглянул на происходящий в их доме хаос. Парни, как сорняки, облепили несчастных четвероногих и встревоженно перешептывались, не понимая, что с ними вообще делать. - Блин, нужно на клещей проверить! - предложил Хван и огляделся по сторонам. - Может, их лучше мясом покормить? - давал свои максимально умные и эффективные советы Чан. Хо наконец разглядел, что происходит и кто прячется за спинами этих взрослых детей и в два шага подступил ближе, растолкав всех локтями: - А ну разошлись. Парни покорно отступили. Джи потупил взгляд в пол и исподлобья начал наблюдать за действиями Минхо, который внимательно осматривал котят, прощупывая их и прислушиваясь к дыханию. - С ними все в порядке, ну, кроме нескольких блох, которых я нашел, но это легко поправимо, - сделал вывод Ли после щепетильного осмотра и наконец взглянул в глаза Хану. - Где ты их достал? - Во дворе под мусорным баком, кто-то их выкинул, - виновато пробубнил Хан и жалобно взглянул на Минхо, всем видом демонстрируя готовность брать за них ответственность на себя, лишь бы их оставить, пожалуйста. - Хо, может, пусть побудут пока у вас, а потом найдете им новый дом? - неуверенно произнес Феликс и утешительно улыбнулся. Все в этой комнате затаили дыхание. Они прекрасно знали, что их друг всегда мечтал завести как можно больше кошек, чтобы в старости ими укрываться вместо одеяла, но это совсем не значило, что сейчас у них была возможность оставлять их себе. Минхо протяжно выдохнул, пораскинув мозгами, прикрыл веки и, с улыбкой на лице, самодовольно произнес: - Они уже дома. Джисон вмиг просиял. Да так, что можно было осветить весь ночной город одним только видом этого счастливого папаши. Он ни на секунду не сомневался в своем парне, теперь они будут выгребать за бесконечную живность в квартире вместе. Все остальные облегченно выдохнули, услышав такой удовлетворительный ответ, и ринулись обратно тискать котят. - Ура, пополнение в семье Ли! - Хенджин радовался, как ребенок, пища и прыгая вокруг сидящего на полу Хана. - С чего ты взял, что мы возьмём его фамилию? - с наигранной обидой закатил глаза Джисон, но тут же оттаял, когда руки Хо обняли его со спины и прижали ближе к себе. - А что, не возьмешь? - беззаботно спросил тот, стреляя искрами из глаз. - Возьму, - тут же отреагировал младший и стушевался. Минхо победно улыбнулся, притягивая Джисона еще ближе и нежно целуя того в висок. Он не верил, что этот парень смог сотворить с ним такое. Сейчас он самый счастливый сидел на полу в центре комнаты, обнимал свое драгоценное сокровище и наблюдал за настоящей семьей. Эти четвероногие в коробке, эти парни, что сидели вокруг, эта пушистая принцесса, что наконец подошла ближе и начала принюхиваться к новым жильцам. Всё это казалось настолько нереальным и в то же время прекрасным, одним из многих таких же прекрасных моментов, которые принес в его жизнь один единственный человек. Сынмин, аккуратно поглаживая подушечками пальцев одного из котят, наконец подал голос: - Ребят, им срочно нужно придумать имена! Предлагаю вот этого назвать Суни. По-моему, подходит. - Тогда это Дуни! Будут как два брата-акробата, - заливисто рассмеялся Хенджин и перевел взгляд на обнимающуюся на полу парочку, ожидая их реакции. - Отличные имена, мне нравятся, - оценил Минхо и улыбнулся, взглянув на довольного Джисона. - Мне тоже, я боялся, что вы захотите назвать их в свою честь! - хихикнул тот. - Кстати, хорошая идея, - промурчал Феликс, примеряя на пушистых своё имя. Они еще долго сидели все вместе в этой комнатушке, согревая своим теплом котят и сердца друг друга, напрочь позабыв о планах на вечер. Джисон тонул в объятиях такого родного Минхо, а старший уже давно и с концами полностью принадлежал этому эмоциональному, громкому, но самому любимому придурку. Они светились ярче всяких звёзд, они горели сильнее любого пожара, они сгорали и прикипали друг к другу.. плавно, размеренно, необратимо. Они мечтали и дышали в унисон. Они обрели семью. Минхо, наблюдавший за увлеченными друзьями, осторожно приблизил свои приоткрытые губы к уху Джисона и тихо прошептал: - Знаешь, думаю, в каждой из своих девяти жизней я любил только одну звезду. Самую яркую звезду под названием «Хан Джисон», которая смогла подарить мне смысл существования и осветить путь. Джисон отвлёкся от своих мыслей и медленно повернулся к парню, одарив того трепетной, теплой улыбкой: - Уверен, что это лишь первая наша жизнь, Ли Минхо. В каждой жизни я буду выбирать только тебя.