Зелёный Поттер и красный Реддл

— Предупреждаю: по пути отсюда мы увидим моего ровесника Тома Реддла и забывшего всё, включая свои имя и фамилию, Златопуста Локонса. … Наверху нас встретили не только оба декана, а также Перси, Рональд и близнецы Уизли, но и их родители (Артур с Молли), а также Альбус Дамблдор. Я всё произошедшее в Тайной комнате рассказал, но только после того, как директор выполнил мою просьбу отправить преподавателя в больничное крыло. Мою просьбу обьявить Слизерин чемпионом кубка по квиддичу на основании двух первых туров Альбус Дамблдор выполнил. Зачёт баллов был выигран Слизерином: хотя я не просил, директор принял решение о добавлении баллов за заслуги перед школой, а также переплавки кубка Томаса Реддла. Гриффиндорец Том Реддл баллы за заслуги перед школой тоже получил, но гораздо в меньшем количестве, так как с василиском не сражался. Пострадавшие от взгляда василиска ученики и сама Джинни были отправлены на повторное обучение, в связи с чем освобождались от экзаменов. Освобождены от экзаменов были и оставшиеся Уизли, включая шестикурсника Перси. Маркус Флинт, после того, как его вывели из оцепенения, заявил, что больше не будет играть за Слизерин, хотя продолжит тренировать команду до первого матча. Вечером накануне отъезда Драко Малфой рассказал мне, что бладжер во время матча Слизерин-Гриффиндор был заколдован эльфом-домовиком, который принадлежит Люциус, целью была проверка фамильного дара к полётам. … Уже в доме Дурслей мой ровесник рассказал, что в ночь после того, как я победил змея и почти возродившегося самозванного лорда, видел странный сон. В этом сне Томас (именно Томас, не Том) Реддл не только убил (если не считать случайно погибшую Елизавету Уорррен Миртл) своих магловских родствеников — Томаса Тома, а также Тома и Марию, но и исказил память своему дяде Морфину. Остаток июня и весь июль прошли спокойно, если не считать сообщения в магловских новостях о побеге неизвестно откуда Сириуса Блэка. Через неделю произошла новая неприятность. Вернон объявил о том, что скоро приедет его сестра Мардж. Эта новость была ужасна: в отличие от Вернона, Петуньи и Дадли, которые знали, что лучше нас двоих не злить, «тётя» про существование магического мира не знала вследствие статута секретности, согласно которому, в идеале, из маглов знать о волшебниках могут только совместно проживающие с ними родственики и преимущественный министр. Том Реддл был готов временно считать себя Генри Поттером, понимая, что, если Марждори Дурсль узнает подлинные имя и фамилию, то может не посто прогнать, даже не спрашивая мнения своего брата, но и натравить пса. Как ни странно, на различия во внешности, которые могли бы привести к мысли о разных фамилиях, гостья внимания не обратила. Пять дней прошли спокойно, хотя приходилось соглашаться с тем, что мы учимся в школе для детей с трудным характером, большинство из которых, повзрослев, обычно, становятся преступниками, но на шестой день «тётя» произнесла, что мои родители погибли в автокатастроые, так как были пьяны. Когда мне в своё время эту ложь говорили Вернон и Петунья, я не знал правду, но сейчас я сильно разозлился (даже замигали лампочки в доме, а на телевизоре возникли помехи) и побежал в сад. Со мной побежал и Реддл. Вскоре у меня произошёл стихийный всплеск, от которого пёс Злыдень, раздувшись, лопнул, одно из окон в доме просто исчезло#, а через появившиеся отверстие вылетела раздутая, хотя и живая Марджори в сторону Ла-Манша, рискуя привлечь внимание МКМ. Пока оставшиеся на земле Дурсли не знали, что делать, я произнёс «Берём вещи, Том, и бежим». Уже сидя в автобусе «Ночной рыцарь», который каким-то чудом очень скоро оказался рядом, я понял, какую совершил глупость, с точки зрения секретности и сказал Реддлу: Я сделал ошибку, вдруг Марджори услышала твоё настоящее имя? Ог ответил: Вернон, в случае чего, придумает версию, что Том твоё второе имя. Когда вышли возле Кривого переулка, то нас встречал сам министр магии Корнелиус Освальд Фадж.