Мой принц

      — В этот раз людей меньше, — молодой мужчина профессиональным взглядом осматривал трибуны, — будет проще.       Он кивнул сам себе и, нахмурившись, вслушивался в информацию, которую ему передавали в наушник.       — Сынмин, ради всего святого, не суетись. Ты привлекаешь внимание, — высокий молодой человек дернул мужчину за рукав, усаживая его рядом. ­      — Хёнджин, мы об этом уже говорили…       Сынмин начал было читать очередную лекцию, но его прервал звонкий голос.       — Это просто невозможно! Столько людей в очереди, откуда только взялись?       К ним, осторожно лавируя между стульями, пробирался мужчина с кофе в руках.       — И это мне ты говоришь не привлекать внимание? — Сынмин кивнул в сторону, весело смотря в глаза Хёнджина.       Мужчина усмехнулся, с теплой улыбкой принимая свой долгожданный напиток.       — Тебя только за смертью посылать, Минхо.       — Зануда ты, Ким Сынмин, — он скорчил рожицу, а потом обратился к Хёнджину, протягивая стаканчик, — американо для моего принца.       Парень благодарно кивнул и, блаженно прикрыв глаза, сделал первый глоток. Вот, теперь и жить легче.       — Парни говорят, что все тихо, — отрапортовал Сынмин, сканируя толпу в ВИП-зоне.       — Помимо наших, тут у каждого человек по пять охраны по углам рассованы, — Минхо пожал плечами, расслаблено устраиваясь на стуле.       — Это не повод снижать бдительность. Хёнджин, ты надел бронежилет?       Принц вздохнул, ощущая давление, и кивнул.       — Если бы кто-то узнал, что кобыла принца Хван Хёнджина сегодня участвует в забеге, вокруг была бы толпа репортеров, — Минхо покачивал ногой в такт играющей из колонок музыки, — а я вижу здесь только напыщенных индюков с толстыми кошельками и странной любовью к непарнокопытным.       Хёнджин рассмеялся, прикрываясь ладонью, а Сынмин покачал головой.       — Надо было выставлять Бастет, — Хван всматривался в загоны.       — Тогда было бы неинтересно, — Ким смотрел куда-то в сторону, — она бы пришла первой с огромным отрывом.       — Персефона, хоть и слабее, но конкурентоспособная, — Минхо пальцем указал на загоны, в которых лошади били копытами по земле.       — Позволите?       Хёнджин вздрогнул и поднял глаза. Рядом с ним, улыбаясь, стоял мужчина. Хван кивнул, затылком ощущая как напряглись Минхо и Сынмин. Они, словно скалы, двинулись вперед в намерении закрыть собой принца, но Хёнджин их остановил.       Хван краем уха слушал тихий разговор мужчины с его спутниками. Они, ожидаемо, обсуждали сегодняшний забег. Хёнджин повернул голову, рассматривая вынужденных соседей. Все трое в строгих костюмах согласно дресс-коду, сосредоточенные и хмурые. Мимоходом Хёнджин отметил сдержанные, явно дорогие, украшения, которые не бросались в глаза. Обычно на такие мероприятия сливки общества надевали все и сразу, чтобы подчеркнуть свой статус. И только те, кто знал цену деньгам и имел вкус, не позволяли себе подобной пошлости. Хёнджин кивнул своим мыслям. Эти господа, мрачные и тихие, произвели на него приятное впечатление.       Мужчина оторвался от разговора и наклонился к принцу.       — На кого вы поставили?       У Хёнджина от этого глубокого голоса мурашки побежали по коже.       — А вы?       — Красавица — неплохой вариант.       Хёнджин кивнул, соглашаясь. У этой кобылы была отличная статистика.       — Едва ли другая лошадь может с ней соперничать. Красавица уже трижды побеждала.       Внимательные глаза мужчины следили за реакцией принца.       — Я заметил, что у нас новичок. Персефона, кажется.       Хёнджин прищурился, рассматривая лицо собеседника. Он, уверенный в себе, смотрел с полуулыбкой. Хван только собирался ответить, как его тут же одернул Минхо. Он, опаляя дыханием, зашептал:       — Джинни, не болтай лишнего. Они какие-то подозрительные. Вот тот вообще пялится не переставая.       Принц обернулся, замечая мужчину, до смерти похожего на белку. В самом деле, он не сводил взгляда с Минхо. И, будь он мультяшкой, в его голове наверняка сейчас обезьянка била бы в тарелки.       — Он выглядит безобидным.       — Сынмин тоже похож на лабрадора, и что?       Хёнджин кивнул, признавая правоту Ли. Сынмин, на самом деле, выглядит словно дружелюбный щеночек, но всего одним ударом может сломать руку.       Но принца что-то тянуло к тому мужчине, к его голосу, похожему на бездонные воды океана, к его блестящим глазам.       — Я буду осторожен.       Минхо недоверчиво покосился на компанию и неохотно кивнул.       Хван повернулся к мужчине, рассматривая его острый профиль. От незнакомца пахло чем-то терпко-цитрусовым. Он со спокойным лицом сосредоточенно наблюдал за разношерстной толпой. Хёнджин отметил контраст его светлой кожи с дорогой черной рубашкой, аккуратную серебряную серьгу в ухе и пару колец на крепких пальцах. Хван повидал много людей, красивых и не очень, но конкретно про этого человека он мог сказать — прекрасный. И сейчас принц абсолютно не хотел разбираться откуда появились эти мысли.       — Вы что-то про новичка говорили?       Мужчина моргнул и улыбнулся.       — Да. Как думаете, у нее есть шансы?       — А почему нет?       — Обычно молодыми лошадьми сложно управлять. Они строптивые и своенравные.       С загадочной улыбкой Хёнджин кивнул.       — Для нее сейчас все вокруг чужое. Сплошной стресс. Будет большой удачей, если она сосредоточится после старта.       У Хвана язык чесался поставить на место этого человека. Раздражение зудело в грудной клетке, медленно подбираясь к горлу.       — По статистике, новички редко приходят к финишу первыми, — мужчина все не унимался.       Прозвучал старт, с лязгом открылись загоны, и лошади, погоняемые наездниками, бросились вперед. Хёнджина всегда завораживало то, как под бархатом кожи перекатываются сильные мышцы; как копыта взрывают землю, оставляя за собой серо-коричневый туман; как лошадь, словно устремленная вдаль стрела, рассекает воздух и фыркает. Хёнджин, вцепившись в подлокотники, с замиранием сердца наблюдал как за соловой Красавицей, едва касаясь грунта, неслась мышастая Персефона. Наездник, уверенный и собранный, еще ни разу не использовал кнут. Он лишь, перекрикивая остальных, отдавал команды кобыле. Персефона, громко фыркнув, оставила позади пару лошадей и теперь шла рядом с Красавицей. Хёнджин бросил мимолетный взгляд на соседа. Тот, улыбаясь, подпер подбородок кулаком.       — Красавица сегодня великолепна. Вне конкуренции.       Показное высокомерие и явная провокация сделали свое дело. Хёнджин задохнулся от обиды за свою кобылу.       — Персик растопчет эту Красавицу на финише, — выплюнул принц, — тогда и посмотрим кто вне конкуренции.       — Значит, Персик?       Мужчина смотрел на него, хитро прищурившись. Как только адреналин упал, до Хёнджина дошло, что его спровоцировали. А мужчина не прекращал веселиться:       — Вы на эту ставили?       Хван фыркнул и отвернулся, отдавая все свое внимание площадке. Там две лошади беспокойно били копытами землю, норовя сбросить наездников. Для них эта гонка закончена. Хёнджин замер, словно изваяние, схватив Минхо, сидящего справа, за руку. Он не отрывал взгляда от лоснящейся морды Персефоны, от коленей наездника, сжимающих ее круп. Кажется, Хван отсюда слышал его уверенный голос. У самого финиша, оглушительно фыркнув, Персефона вырвалась вперед, оставляя Красавицу захлебываться землей.       Хёнджин вскочил, хлопая в ладоши. Он выкрикнул кличку кобылы, но его голос утонул в шуме, разносящемся со всех сторон. Минхо и Сынмин лишь кивнули и присоединились к овациям. Принц, гордо вздернув подбородок, повернулся к мужчине.       — Я же говорил, Персик размажет эту вашу Красавицу.       Мужчина вздохнул и пожал плечами. Он с теплой улыбкой смотрел на гордого принца.       — Я впечатлен. Правда, это было восхитительно.       Хёнджин хмыкнул, скрестив руки. Он знал, что принцу не подобает так себя вести, но, в конце концов, в ВИП-ложе каждый человек теряет свой статус и остается всего лишь богачом.       Мужчина продолжал улыбаться, но вмиг изменился, когда второй его спутник осторожно тронул его плечо.       — Бин, они здесь.       Незнакомец кивнул, снова обращая свое внимание на принца. Он шагнул вперед, оставляя между их телами не больше пяти сантиметров. Бросив быстрый взгляд на Минхо и Сынмина, которые, повинуясь знаку Хёнджина, остановились в шаге от них, мужчина почти коснулся губами уха принца.       — Персефона принесла мне большие деньги, Ваше Высочество.       Запах его парфюма окутал принца, проник в легкие. Едва уловимое касание чужих пальцев заставило Хёнджина вздрогнуть, а запястье — гореть огнем. В груди ураган поднимал новые чувства, путал мысли.       Казалось, Хван только моргнул, но теперь видел перед глазами лишь широкую спину незнакомца и солнечные блики на его ботинках.       Минхо и Сынмин дернули его руки.       — Джинни, прием!       Ли щелкал пальцами у Хёнджина перед глазами, пока тот не моргнул.       — Найдите этого человека.       Его Высочество принц Хван, стоя среди шумной толпы, всматривался в нее, не догадываясь, что незнакомец найдется сам.