Мой принц

      Рача вот уже несколько дней не жила, а существовала. Чан, Джисон и Чанбин были ничем иным, как комками оголенных нервов. Отношения с южной группировкой накалились до предела. В борьбе за территорию Рача из раза в раз выходила победительницей, увеличивая свои владения. Но южане стояли, словно кость в горле. Последние пару месяцев они притихли, давая небольшую передышку, но прозорливый Джисон сразу сказал, что это затишье перед бурей.       Так оно и случилось: вчера кто-то подорвал контейнер в доках. То, что это дело рук южан, было понятно и без слов. Раче пришлось бросить большую часть сил на устранение пожара и срочную смену места хранения груза. Джисон сорвал голос, приказывая подчиненным заморозить на время поставки оружия. Хан тревожился за каждый пистолет, пулемет или патрон, как за собственного ребенка, ведь один только Бог знает сколько сил он вкладывал в это дело. Чан координировал более мелкие группировки и держал связь с дружественными. У Чанбина голова шла кругом от того, что пришлось остановить тренировки наемников, за которых был ответственным. Во избежание покушения на людей, Со пришлось искать новое место для рекрутов. Обиталище Рачи сейчас было похоже на чертов муравейник. Все сновали туда-сюда, а нормальные слова сменились сплошным матом.       Чан заблокировал телефон и кинул его на лакированный стол. Аппарат проскользил по поверхности и затормозил у пресс-папье.       — Сколько было груза в контейнере?       Джисон, который никогда не нуждался в записях и учетах, на секунду прикрыл глаза.       — Двадцать ящиков с «глоками», сорок со «снайперками». И по два комплекта патронов.       Чан расстегнул запонки. Бриллианты в золотой оправе на секунду блеснули радугой.       — Чем это нам грозит?       Джисон вздохнул и покачал головой.       — Скажем так, левую пятку под пули лучше не подставлять.       — Когда можем восполнить?       — Я притормозил поставки, но через неделю-другую не то, что пятку закроем, — можно будет даже каску не носить.       Чан поднял уголки губ в улыбке, но на его лице снова залегли тени, когда он посмотрел на напряженного Чанбина.       — Что-то не так?       Со повел плечами.       — Я нашел место, в которое через пару часов переселят людей.       — Надежное?       Чанбин выгнул бровь.       — Прости, я на нервах, — Банчан потер подбородок, — конечно, ты все сделал лучшим образом.       Чанбин хмыкнул, но напряжение из его движений никуда не делось.       — Джинни сегодня не написал ни разу.       Джисон закатил глаза и пропел какую-то детскую дразнилку.       — Ну, может, занят твой ненаглядный.       — Правда, Бин, — Чан хлопнул друга по плечу, — мало ли какие у него дела.       — Но он всегда мне писал. Хотя бы желал доброго утра, — тяжелой ком волнения разъедал солнечное сплетение, Чанбина мутило, — а сегодня абсолютная тишина.       — Все с ним нормально. С такими-то телохранителями, — Джисон мечтательно смотрел куда-то поверх голов друзей, очевидно, вспоминая кого-то с острым профилем.       Чанбин еще раз посмотрел на экран телефона, который высвечивал только совместное с Хёнджином фото. И ни одного уведомления.

***

      Мысль о том, чтобы выйти из семьи не покидала голову принца. Перед сном он просматривал жилье недалеко от своей студии, и прикидывал, согласятся ли родители купить именно его. Правда, время сейчас не самое благоприятное. Людям королевской семьи удавалось сдерживать оппозицию, наперед угадывать каждый шаг тех, кто пытался подрывать авторитет молодой королевы. Через пару дней должен состояться прием, на котором всем официально представят нового правителя. Последние дни были самыми напряженными, вся резиденция погрузилась в гробовое молчание, изредка прерываемое тихими разговорами. Напряжение буквально было похоже на кисель. Тягучее и мерзкое, оно обволакивало плечи, заставляя дрожать от ощущения неизвестности.       Хёнджин был счастлив вырваться, наконец, из этого нервного плена. Черный седан, похожий на грациозного зверя, мчался мимо высоток, рассекая воздух. По обе стороны от себя Хван ощущал знакомое успокаивающее тепло Сынмина и Минхо. Ли тихо посмеивался, листая видео с котиками, а Ким задумчиво смотрел в окно. Складка меж его бровей придавала его лицу суровости.       Хван тяжело вздохнул.       — Мне дома хватило кислых рож. Что происходит?       Минхо, не отрываясь от телефона, ответил:       — Сынмо хотел навестить родителей.       Ким цокнул и бросил на друга убийственный взгляд.       — А что? Я не прав? — Минхо свернул приложение и обратил все внимание на Сынмина.       — Почему ты мне ничего не сказал? — Хван тронул руку телохранителя и легонько ее сжал.       — У мамы давление постоянно скачет из-за этого приема. Она наслушалась теток с работы и думает теперь всякое.       Сынмин исступлённо смотрел на то, как палец Хёнджина мягко выводит круги на его запястье.       — Тогда езжай к ней, — принц повернулся к другу, — побудь рядом и постарайся успокоить.       Ким вскинулся, всматриваясь в знакомые глаза.       — Но я не могу оставить тебя.       Хван фыркнул и отмахнулся.       — Я буду в студии, никуда не денусь. Твоя мама важнее.       Сынмин расправил плечи и твердым голосом сказал, что принц тоже важен для него.       — Все, ничего не знаю, — Хёнджин хлопнул себя по бедру, — вы с Минхо поедете к семьям.       — Ваше Высочество, ты., — Ли предпринял попытку переубедить принца.       — Я все сказал.       — Но протокол…       — Принц я или нет, в конце концов? Вы подчиняетесь мне, и я приказываю вам провести время с семьями, — Хёнджин сложил руки на груди, не принимая никаких возражений.       Минхо и Сынмин еще пару минут ворчали, но согласились при условии, что оставят с Хёнджином пару человек, а сами вернутся ровно к окончанию тренировки. В конце концов, что может случиться? Это же танцевальная студия, которую служба безопасности исследовала вдоль и поперек.       Спустя полтора часа каждая мышца принца приятно тянула от интенсивных движений. Пот стекал по шее, впитываясь в оливковую футболку. Закатанные спортивные штаны на правой ноге опустились. Хёнджин зачесал волосы, тяжело оседая на пол. Он дождался, пока выровняется дыхание, сделал пару упражнений напоследок и, погасив с студии свет, ушел в душ.       Ветер обдувал влажные под кепкой волосы несущегося на всех парах принца. У него оставалось примерно сорок минут до приезда Минхо и Сынмина, поэтому Хёнджин решил сбегать до ближайшего торгового центра и купить подарки для родителей своих друзей. Он, конечно, мог бы отправить кого-то, но считал, что никто не справится должным образом. Хёнджин пару минут назад смог улизнуть от оставленных при нем людей, и теперь чувствовал адреналин в крови. Он будто в шпионском фильме!       Мимо принца со свистом пронесся грязный серый минивэн и круто завернул в проулок. Хёнджин фыркнул, обозвал водителя придурком и продолжил путь, сверяясь с часами. До торгового центра оставалось минут десять ходьбы, лицо надежно скрывали кепка и маска, воротник куртки был поднят. Когда из-за домов показалась стеклянная свечка, обклеенная логотипами магазинов, Хёнджин ускорил шаг.       Принц был настолько в предвкушении, что не заметил чужих шагов. Все произошло в считанные секунды: внезапная темнота, шорох ткани, ударивший в нос резкий запах, крепкие руки, обхватившие принца поперек груди. И страх. Холодный, влажный, парализующий страх.