Бутылочка

Примерно через 10 минут в кабинете Гитлера помимо его самого и Сталина присутствовали: Гесс, Геббельс, Геринг, Гиммлер, Гейдрих, Шелленберг, Менгеле, Риббентроп, Молотов и Берия. — Ну и зачем нас позвали? — поинтересовался Вальтер. — Сейчас, товарищи, мы с вами сыграем в одну игру, — ответил Сталин, беря в руку стеклянную бутылку среднего размера. — Игру? — хором переспросили мужчины. — Да, игру, — спокойно ответил генсек. — Мы что, дети какие-то? — недоумевал Менгеле. — Нет, но это поможет вашему фюреру, — продолжил Сталин. — И каким же образом? — вопросил Гесс. — А вот таким, товарищ Гесс. Вы покажете ему, что не нужно скрывать свои чувства, — всё так же спокойно продолжал говорить грузин. Мужчины молча переглянулись. — А что нужно делать-то? — робко спросил Геббельс. — Всё очень просто. Мы садимся в круг и поочерёдно крутим бутылку, на кого показывает горлышко — с тем и целуетесь, — все тем же спокойным и непринужденным голосом объяснил грузин. — А обязательно ц… целоваться? — заикаясь, спросил Шелленберг. — Да. Таковы правила игры. — присаживаясь на пол, ответил Иосиф. На лице каждого мужчины появился легкий румянец. Недолго думая, все сели в круг. — Кто первый крутит? — спросил Шелленберг. — А давайте начнём с Вальтера, — предложил тогда Берия. Все разом посмотрели на Вальтера Шелленберга. Тот нервно сглотнул и потянулся за бутылкой. Взяв её в руки, он положил её на пол и несильно крутанул. Пока бутылка крутилась, словно юла, Гиммлер спросил: — А какова вероятность, что горлышко укажет на любимого человека? — Вероятность небольшая, — ответил Сталин. Покрутившись 5 секунд, бутылка указала на Рейнхарда Гейдриха. Оба мужчины покраснели. — И что нам делать? — поинтересовался Гейдрих. — Берёшь Вальтера за руку и ведёшь его за шторы, там целуетесь и возвращаетесь обратно, — ответил Гитлер. Молча кивнув, Рейнхард взял Вальтера за руку и повёл к окну. — Зачем за шторами прятаться? — поинтересовался Сталин. — Чтобы не смущать ребят, — ответил фюрер, при этом оглядывая Геббельса. Тем временем за шторой Гейдрих любовался покрасневшим любовником. Недолго думая, обергруппенфюрер взял бригаденфюрера за подбородок и одарил нежным поцелуем в губы. Спустя пару секунд, отстранившись, Вальтер посмотрел в голубые глаза начальника. — Может, после окончания игры мы поедем ко мне? — шепотом предложил Гейдрих. — С удовольствием! — радостно, но тоже шепотом ответил Вальтер, беря руку начальника в свою. Вернувшись обратно, бригаденфюрер сел рядом с любовником и положил голову на широкое плечо Райни. — Ну что. Менгеле, крути, — улыбаясь, произнёс Гесс. — Ну, хорошо… — лояльно ответил доктор, беря в руки бутылочку. Проделав те же движения, что и Вальтер, Йозеф наблюдал за бутылочкой и думал, на кого же она покажет. Покрутившись немного, бутылка указала на Рудольфа Гесса. Обрадовавшись этому исходу, доктор быстро схватил заместителя фюрера за руку и повёл его к шторам. — Как быстро они ушли, — удивленно произнёс Берия. — Ничего удивительного. Они уже 4 года вместе, — лояльно ответил Геббельс. Тем временем Рудольф уже вовсю хозяйничал во рту любовника, языком провел по ровному ряду зубов, но Менгеле слегка оттолкнул любовника от себя. — Что случилось? — тяжело дышал Гесс. — Ты увлёкся, Руди, а там нас уже заждались, — так же тяжело ответил доктор. — И в правду — увлёкся. Может, потом ко мне поедем? — поинтересовался заместитель. — Я смотрю, кто-то хочет продолжение? — язвительно спросил немец. — Ещё как! — радостно ответил мужчина, приобнимая любовника за талию. Выйдя из-за шторы, любовники направились к остальным. — Что-то вы долго целовались, — съязвил Берия. — Просто мы соскучились друг по другу, — спокойно ответил Менгеле, садясь перед заместителем. Гесс же в свою очередь обнял любовника за живот и нежно прижал его к себе. — Ну, кто следующий? — поинтересовался Геббельс. — Можно я?! — с волнением спросил Гиммлер. — Валяйте, товарищ Гиммлер, — спокойно ответил Сталин. Проделав все те же движения, что и его коллеги, рейхсфюрер внимательно наблюдал за бутылкой, спустя примерно 3 секунды горлышко указало на маршала. «ДА! Ура!» — ликовал в душе Гиммлер. Быстро схватив Геринга за руку, Гиммлер потащил его к шторе. Зайдя за штору, Генрих прижал любовника к стене и начал страстно целовать его в губы. Слегка укусив Генриха за нижнюю губу, Герман начал его раздевать, позабыв про других. — Любимый, что-то ты больно увлёкся. Мы же, в конце концов, не одни, — быстро проговорил Генрих в перерыве между поцелуями. — Да, ты прав, что-то я и правду увлёкся, — тяжело дыша, стыдливо ответил маршал. Геринг ещё раз поцеловал любовника в губы и начал приводить себя в порядок. Гиммлер же в свою очередь улыбнулся мужчине и тоже начал приводить себя в порядок. Выйдя из-за шторы, мужчины направились к остальным. — Что-то вы слишком красные, — заметил Риббентроп. — Да мы просто увлеклись, — растерянно проговорил рейхсфюрер, садясь рядом с Молотовым. — «Слегка» увлеклись, — добавил маршал Люфтваффе, садясь рядом с Генрихом. Все кивнули в знак понимания. — Ну, кто следующий? — поинтересовался Сталин. — Можно я, товарищ Сталин? — робко спросил Молотов. — Конечно, можно, товарищ Молотов, — лояльно ответил Сталин. Взяв в руки бутылочку, Вячеслав начал прикидывать, с какой силой нужно будет ее крутануть, чтобы она точно указала на Рибби. Ведь министр иностранных дел СССР так скучал по сильным рукам любовника, несмотря на то, что два дня назад у них наконец-таки случился долгожданный секс, спустя 2 года разлуки. Положив бутылку в центр круга, Слава слегка крутанул её, бутылка вновь закрутилась, как юла, и через несколько секунд остановилась напротив Иоахима. Подняв взгляд с бутылки на любовника, Рибби увидел, как в его глазах пляшут чертята, он тут же понял, чего хочет его «зефирка». Молотов встал и направился к шторе, Иоахим же последовал за ним. Зайдя за штору, Риббентроп прижал любовника к стене, при этом смотря ему в глаза. — Ты готов, зефирка? — страстно прошептал Иоахим. — Да, только почему я зефирка? — вопросил Слава. — Потому что ты сладкий, как зефир, — все так же страстно шептал министр, при этом начал приближаться к губам любовника, дабы поцеловать их. Ответив на поцелуй, Вячеслав обнял мужчину за шею, а Иоахим же в свою очередь обнял Славу за талию. Поцелуй продлился недолго, как того хотели возлюбленные, оторвавшись от губ Риббентропа, Молотов произнёс: — Сегодня я отпрошусь у Сталина и приеду к тебе. — Буду ждать тебя, зефирка, — на одном дыхании ответил Иоахим и поцеловал любовника в щёку. Вячеслав взял Иоахима за руку и повёл к остальным. Придя к остальным, пара уселась на свои места. — Ну, кто следующий? — поинтересовался Геринг. — Я! — быстро ответил Берия. Но НКВДшник не стал крутить бутылочку, а сразу подошёл к Сталину и наклонился. — Ээээээ, Лаврентий, так нечестно, — возмутился Иосиф. — А мне стало скучно, поэтому я и не буду крутить, — язвительно ответил Лаврентий и коротко поцеловал Иосифа в губы. — Выебу, — зло прошипел Сталин. — Я и не против, — все так же язвительно ответил Берия. Все неожиданно офигели с такой новости, а Геббельс тут же понял, что остался только он и Адольф. «Нужно уходить, и чем быстрее, тем лучше» — подумал пропаганда, начиная вставать. — Йозеф, а ты куда это собрался? — поинтересовался Молотов. — Мне пора пить таблетки, если вовремя не выпью, то нога разболится, — быстро ответил министр. — Подожди, сейчас же твоя очередь крутить, — вспомнил Берия. На что Геббельс сильно покраснел, как и Адольф. — Я… я не буду с ним целоваться, — прошипел Йозеф. — Почему же? — поинтересовался Гитлер. — Я на это не подписывался и не давал согласия, — все так же шипел Геббельс. — Просто скажи, что я тебе не нравлюсь, — крикнул фюрер. Все неожиданно посмотрели на Адольфа. — Да нет же. Я наоборот… -быстро замолчал Йозеф. — Чт… что? — переспросил Гитлер. Но Геббельс ничего не ответил, а лишь быстро вышел из кабинета фюрера и направился в свой кабинет. «Йозеф, ты идиот! Нужно было просто молча уйти, а не обижать Адольфа!» — думал он. Гиммлер хотел было что-то сказать Адольфу, но не решился, как и остальные, все прекрасно понимали, что фюреру нужно побыть одному, поэтому мужчины начали потихоньку уходить. Оставшись один, Адольф подошёл к окну и начал в него смотреть. «Нужно идти и поговорить, иначе ты его потеряешь», — размышлял фюрер. Постояв ещё немного у окна, он только тут заметил, как все начали расходиться, но не по одному, как обычно, а по парам: Гейдрих и Шелленберг пошли на парковку, Гесс и Менгеле — к заместителю домой, Риббентроп и Молотов — в сторону парка. Сталин и Берия ушли в гостиницу. Геринг и Гиммлер сели в машину и поехали в сторону дачи маршала Люфтваффе. Не увидя среди них Геббельса, фюрер быстро вышел из кабинета и чуть ли не бегом побежал к пропаганде. «Хоть бы он не ушёл», — молился про себя немец. Подбежав к кабинету Геббельса, он увидел, что Йозеф собрался уходить. — Йозеф, Йозеф, подожди, пожалуйста, — запыхиваясь, кричал Гитлер. Услышав знакомый голос, пропаганда остановился и обернулся. Он увидел, как фюрер бежит в его сторону. Добежав до него, Адольф остановился возле него и, тяжело дыша, произнёс: — Нам надо поговорить… — Нам не о чем говорить, — грустно произнёс министр. — Найн, нам надо поговорить о наших чувствах, — возразил фюрер. — Хорошо, — уже более лояльно ответил Геббельс, смотря на Гитлера. — Знаешь, Йозеф, — начал Гитлер, — я вот уже целый год как влюблён в тебя. — Ч… что?! — воскликнул министр. — Люблю я тебя, Йозеф, — тихо ответил фюрер и обнял министра за плечи.