Кривое отражение.

Разбором запасов и улучшением условий проживания занимался два следующих дня. Дольше всего, наверное, возился с установкой кровати. Не сборкой, а именно установкой. Но и с этой проблемой в итоге разобрался и, очередную ночь, провел балдея от удовольствия. В первой пещере организовал себе кухню. Буржуйку пока тоже тут установил, а вот шашлычницу, вытащил на улицу. После смотался в лес, нарубил длинных шестов и сделал с их помощью навес, растянув маскировочную сетку. Когда тепло и дождя нет, можно будет и стол поставить сюда. Плетеные ящики, как и планировал, изнутри оббил и одежку разложил. По металлическим распихал провиант, предварительно выделив одну из пещер под склад. Туда же отправился второй лук, арбалет, часть стрел с болтами, инструмент всевозможный и пустая, пока что, тара. Книги перебрал. Действительно кое-что из художественной прихватил. Все разложил более удобно для поиска и подписал, потом тоже на «склад» спихнул. Сельхозинструмент и семена, чуть в стороне оставил, решив сперва глубину земляного настила проверить, заодно и нормальный сортир организовать, а то задолбало с ведерком каждый день бегать. А что — сплести стенки, брезентом их обтянуть (что б зимой не дуло), ямку выкопать… если глубина позволит… если нет, то тогда и буду дальше придумывать, да изворачиваться. Где наша не пропадала! — Шезлонг надо было купить, — задумчиво почесал затылок и вздохнул. — Хорошая мысля, приходит опосля! Керосинку к использованию подготовил пока что одну. Две другие тоже на склад отправились. Вполне сносное освещение она давала. Вспомнилась мне и плетеная мебель из магазинов. Осилю ли? Вроде бы на глаз, так-то и не сложно это, но как на самом деле… и ведь тот год, что тут прожил, особо не задумывался что мне столько всего надо. Пенек вон организовал себе и хватало. А теперь — удобства подавай. Разбаловался. Или прижился? Прежде чем пытаться копаться в земле, сходил на охоту за пинго-курицей… куро-пингом… тьфу, ты. За птицей. Место для копания того, что в итоге может стать сортиром, выбирал долго. Не поставишь же сие гениальное сооружение архитектуры посреди поля (в моем случае долины). Но и слишком близко к пещере тоже как-то… будет коробить мое чувство прекрасного! Во как загнул! Да и пробежаться метров пятьдесят при необходимости не сложно. Копал, пока лопата не наткнулась на каменную плиту. Вышло почти полтора метра. Много это для сортира или мало не знаю, не доводилось мне прежде те деревенские туалеты устраивать. Решил, что пока сойдет, а потом видно будет. В случае чего, эту яму закопаю и новую вырою. Угу, и будет у меня со временем вся долина один большой… У меня тут и без того уже, тех ямок с отходами жизнедеятельности… Имеются в общем. С другой стороны — перегной это удобрение! Прикрыв ямку брезентом, пошел ужинать. На завтра запланировал поход в лес. Мне же пол и стены надо будет делать. Даже лук решил не брать, наградным обойдусь. Пуль конечно немного, но я им не пользуюсь, да и от грохота, от выстрела зверье разбежится. А если нет, то пулю между глаз и вся недолга! Выстроив порядок действий на завтра, отвалился спать. Сборы не затянулись: кобура, чехол с ножом, топор, веревки. И побежал. В лесу пол дня провел. Дольше всего те шесты подбирал, точнее деревья под них. Пожалел, что саперку не взял, можно было бы те кусты ягодные пооткапывать, да у себя посадить, вдруг приживутся. Ну да будет еще время. Увязав все собранное потуже, навьючил на спину. Шесты только вязанкой в руку брать пришлось, чтобы за деревья ими не цепляться. Я двигался по плато, когда ощутил угрозу, даже холодком по затылку потянуло. Обернулся, резко выхватывая огнестрельное и направляя на крупную тушу, притаившуюся за насыпью камней. В тот момент как зверь прыгнул, палец нажал спуск. Выстрела так и не последовало. — Сука. — Едва выдохнув, я чудом успел упереться второй рукой в горло хищнику, защищая собственное от клыков. Тварь рычала, разбрызгивая слюну, стараясь дотянуться. Сколько продолжалась эта возня, не знаю. Бедро, а затем и руку обожгло болью словно огнем. Куда делся пистолет я не думал. Ставшими вдруг мокрыми пальцами, пытался вытащить нож. Рука, удерживающая голову зверя на расстоянии, начала слабеть, поддаваясь усилиям твари. Рукоять, наконец-то легла в ладонь и я ударил. Бил до тех пор, пока тело не обмякло и перестало дергаться, придавив меня своим весом. Я лежал под тушей и смотрел ввысь. В ярко-голубое небо. Бездонно глубокое и манящее. На редких птиц в высоте. На короткий миг, все это показалось таким близким, желанным… просто лежать и смотреть… а потом я вздохнул и наваждение испарилось, вернув и боль, и чувство тяжести, и появившуюся слабость. Выковырять себя из-под туши, оказалось не таким простым делом, но все же вышло. Беглый осмотр собственного тела не порадовал. Бедро разорвано когтями, на руке тоже прилично продрано. Скинув с себя груз, стянул и порвал футболку, ей и перевязался. Как я добрел до пещеры не запомнил. В какой-то момент разум просто отключился. Приходил в себя тяжело и как-то частями. Сперва появилось чувство того, что я лежу на твердом. Потом ощущение прохлады и слух. Затем проснулась память. Последним пришла возможность шевелиться, а с ней и боль. Открыв глаза, проморгался и понял, что не ослеп, а просто лежу мордой в траву, а на улице ночь. Перевести себя в вертикальное состояние, оказалось крайне тяжелым делом. Нога практически отказывалась функционировать. Пришлось искать опору и после, буквально по стеночке ползти за аптечкой. Пока отдирал футболку и штопал себя, матерился, вспоминая капитана Манарева и особо яркие его выражения. Был у нас такой занимательный кадр. Интеллигент в третьем поколении. Ругался исключительно печатными словами, да так что и не понятно оскорбил он тебя или восхитился. Закончив с обработкой ран, дополз до кровати и вырубился. Сколько меня мотало в горячке, не знаю. Выныривал иногда в реальность на несколько минут и проваливался обратно. И грезилось всякое. Парни, засада, обстрел… тварь, какая-то нереальная, прижимала к боку автомат и вещала, голосом Манарева, о тщетности жизни некоторых отдельных личностей… Данилов, единственный человек, которого я считал другом. Таким он и был, настоящим другом. Нависал надо мной и все повторял «Как же так, Демка? Как же так?» И все по кругу — парни, засада, обстрел, тварь и, причитающий Антоха. В очередной раз, очухавшись, с трудом принял сидячее положение. Мерзкое чувство слабости вцепилось, словно клещами в тело, не желая отпускать. Какое-то время сидел, набираясь сил, которых едва хватило доползти до воды. Пил, как последний раз. Потом вернулся в кровать и снова вырубился. На этот раз кошмары не мучили. Вообще ничего не снилось. Я просто погрузился в темноту, чтобы очнувшись обнаружить себя вполне полным сил. По моим прикидкам с момента встречи с, первым увиденным мной в этом мире (жаль времени особо рассмотреть не было), хищником, прошло примерно дня три. Если конечно судить по подкисшему вареву в котелке. Немногим меньше возможно, но точно не больше. Что удивило — раны. Размотав, долго смотрел и не верил. Под слоем коросты виднелась молодая розоватая кожица. — Как у поросенка. — Морщился я, вытягивая нитки. — Блин, вросли они там что ли… Столь быстрая регенерация, конечно порадовала, да только ходить все одно пока было тяжеловато. Повздыхал, но делать нечего. Выполз на солнышко с распечатанными листами и принялся изучать имеющуюся инфу, попутно жуя тушенку прямо из банки. Вообще-то жрать хотелось зверски. Не есть, а именно жрать. И мяса! Так что, когда понял что прикончил третью банку, сам же себя и притормозил, решив, что с кашей оно как-то сытнее будет. Ту кастрюлю каши с тушняком я уговорил в один присест, хоть и рассчитывал, что ее на два приема пищи хватит. Не хватило. Зато я, наконец, наелся и развалился на траве. Как говаривал Задорнов — смеркалось! К месту схватки с хищником я отправился только через два дня. Меня изрядно поражала скорость заживления ран и, не меньше, напавший жор. Нет, оно конечно понятно, для регенерации нужна энергия, но по несколько раз в день готовить, да еще в таких количествах… никакой провизии не хватит. Что-то странное этот мир со мной делает. В следующий раз, когда проход откроется, надо бы обследование провести, заодно выясню «что с головушкой моей стало». На то плато выходил с опаской, держа наготове лук. Ну да, до этого расслабился совсем, и вот итог. Пока добрался до места, так никого и не увидел, а само его опознал по брошенным связкам древесины, своему наградному и бурым пятнам. Чуть в стороне обнаружил несколько обглоданных костей. Сглотнув и передернув плечами, собрал свои вещички. На проверку повертел ствол, направил вверх и нажал спуск. Раздался щелчок и все. Тишина. Так, с «дровишками» наперевес, обратно и вернулся. Сгрузив ношу, занялся пистолетом. Разобрал, проверил, вроде все в порядке. Почистил и перезарядил. Снова попробовал выстрелить — с тем же результатом. Даже патроны достал оставшиеся в заначке. Выстрела так и не произошло. Почесав затылок, расковырял патрон, на листочек ссыпал наполнитель, да так и застыл — ЭТО порохом точно не было. Пыль. Я ее даже в огонь бросил. Пыль и есть. Снова затылок почухал. Ни один из патронов не содержал так необходимого для выстрела наполнителя. И это странно. То, что наградной был заряжен нормальными патронами я уверен. Кроме меня в руки его никто не брал. Парочка теорий, относительно произошедшего, у меня завелись, но что толку, если проверить их на данный момент невозможно. — Все чудесатее и чудесатее. — Бормотал, укладывая детку в ящичек и убирая на «склад». Три стены и дверь, размерами два на два с половиной метра, я скрутил довольно шустро. А вот из чего делать настил для пола не решил. Вообще-то я уже пожалел, что все это затеял, куда проще было сделать что-то вроде ящика с дыркой в середине и под него ставить ведро. Но яму-то уже вырыл! В итоге свой сортир я доделывал еще три дня. За «полами» опять-таки в лес ходил. Зато когда закончил, да по назначению воспользовался, понял — оно того стоило! Все-таки непривычно было справлять свои дела на всеобщем обзоре. И пусть из наблюдателей разве что животное какое, все равно неприятно. Следующим пунктом был огород. Его я решил делать пока небольшим, грядок десять метра по три. На пробу так сказать. Место под него выбрал, сходил поохотился и, пока варилась птичка, засел за изучение вопроса, ибо мои навыки в этом деле ограничивались уровнем — «копать отсюда и до…» Как показала практика — дело нехитрое. Вскопал, заодно змеюку зашиб. Верхний дерн с травой в сторонке сгрузил, потом земли, что от ямы для сортира осталась, подсыпал. Грядки оформил и пошел в семенах копаться. То что по идее сначала проращиваться должно, даже не трогал, сперва бы с простейшим разобраться, а простейшее у нас что? Правильно — тыква, горох, картофель, лук, свекла и морковь. Вот их и посадил. Что там вырастет, и вырастет ли вообще, было интересно. Поутру снова сходил на охоту. Пока за куро-пингами наблюдал, пришел к выводу что неплохо бы курятник устроить. А еще, наверное, можно тех овцебыков приручить. По крайней мере они не показались норовистыми. Коров чем-то напоминали. Жрут себе и жрут… и как тягловую силу использовать можно. В телегу запрягать. Тогда и возить от портала все накупленное проще будет… Только коровник с загоном устроить в широкой части долины, там простор большой, загон тоже большой сделать получится. Шерсть по весне опять же… ух и хозяйство бы получилось! К моменту возвращения в пещеру, я мысленно строил дом. А что мелочиться? Уж если разворачиваться, то по крупному. По итогу, закинув очередную курицу вариться, окопался в книгах. Я ж все подряд брал, а тут когда перебирал и по строительным делам кое-что было. Не все, конечно, необходимое нашел, но кое-какие сведения почерпнул и нужное на листочек выписал. В очередной поход в лес за дровами я взял с собой саперную лопатку. Идея пересадить те кустики у себя на «участке» зашкаливала. Жалко не знаю, как то сладкое дерево размножается. Может его тоже так можно… черенком? Вот только земли ему может не хватить в глубину. Нашел поваленное дерево. Толстое. Внутренний Плюшкин забился в истерике, от понимания что топором тут до второго пришествия буду махать, чтоб его располовинить. Ибо чтоб тот ствол обхватить, таких как я трое надо, не меньше. Повздыхав, потопал к кроне. Обрубая по пути толстые ветви. Жадность — страшная сила. Нарубил столько, что едва мог волоком утащить. А за стволом я все равно решил вернуться! Пилу только прихватить еще, и обязательно вернуться! Я несколько дней убил на это дерево. Для нормального распила, не хватало длины пилы, что и неудивительно, размерчик был не слишком велик. Тем не менее кое-как я его осилил. И только потом, все же наковырял ягодных кустов. А тут еще и зелень на грядках проклюнулась. Много. Опознать в этой мелочевке, что там вылезло, сколько ни пытался не смог. Почему у меня нету книги «как распознать сорняки»? Я даже про бревна забыл, которые так старательно добывал. Хотя чего о них помнить? Дотащил же — все, теперь они мои. Пусть валяются. Другое дело — огород. Я не был уверен, что на нем что-то полезное выросло, оттого и танцевал вокруг с неделю, пока не решился! Драть то, чего много! Логика — наше все! Однако решить-то я решил, но приступать к боевым действиям без разведки не стал. Полазил в траве чуть в стороне от огорода. Определил самые распространенные виды травы. Даже выдрал по одной, чтоб сравнивать. Чувствовал себя, конечно полным идиотом, уже сто раз успел пожалеть о том, что эту эпопею с огородом вообще затеял. Но начал же! Значит надо довести до логического конца, а уж каким он будет… То, что на огороде как минимум половина грядок будут урожайными, стало понятно через месяц. Небольшие кустики картофеля ни с чем не спутать. С остальной частью культур было сложнее. Тыква одна из трех, точно проросла. Лук и морковь, судя по вкусу одного и лохматости другого, частично тоже, а вот горох и свекла… их я вполне мог выполоть. Хотя кое где торчали красноватые лопухи — предположительно свекольные. Может не все еще потеряно? Вечером, сидя на бревне, перебирал струны и размышлял на тему огородных культур. Пришел к выводу, что сеять надо было кукурузу и подсолнухи. Им вроде ухода особого не надо. Росли бы сами и голову мне не морочили. Несмотря на все огородные переживания, где-то за серединой лета урожай я собрал. Даже подумывал вторую партию засеять, но все же отложил это дело до весны, не был уверен, что успеет созреть до дождей. Зато на одну из грядок натаскал и посадил местную синюю «землянику». Да и принесенные с той же долины и из леса ягодные кусты, похоже прижились. Свой досуг разбавлял попытками сплести мебель. Видимо не мое это, хотя ящики, да подобия корзин, вполне удавались. Но это оказался мой максимум. Правда одна из тех корзин, вполне пригодилась когда созрели «яблоки». Я ей приделал веревочные лямки и закинув на спину, сходил в лес. «Яблок» тех я и наелся и насушил. В одном месте в рядок лунок наделал, обрыхлил их хорошенько и косточек понасыпал. Авось прорастут. И затосковал. Как-то вдруг так скучно стало. От скуки, не иначе, начал изучать кулинарные книги. Пожалел что не купил мясорубку. Столько всего можно было бы попробовать приготовить из местной живности… Хотя кое-что, можно и так попробовать… из того кабана! Я же так ни разу его и не бил. И снова не сразу взялся за дело. Сперва ягод пособирал по лесу, к сладкому дереву сходил с корзиной. Тут и грибы начали вылезать. Опять все сушил, да по таре раскладывал. Нет, попадись мне по пути тот кабан, это одно дело, а так — не отвлекался. Так что на кабана я пошел через две недели. Ходил я на того кабана аж три раза. Куда эта сволочь от меня пряталась я не знаю, но начал подозревать тварюгу в читке мыслей и жопной интуиции. Следы его находил и не раз, а вот на самого… на третий раз не иначе как повезло. Не уверен, что кабан был тем же самым, вроде этот помельче… однако уже прицелившись, подумал — а не разумен ли он? Ну да, глупо наверное, но учитывая сколько я его искал, да и мир другой… прямо так его и спросил. Кабан на звук голоса среагировал, голову поднял, раскосыми глазками в меня уставился и, рванул в мою сторону. Точно не разумен! Иначе не помчался бы на нацеленное точно в лоб оружие. В крайнем случае мне попался суицидник. Отправив стрелу в полет, отскочил с траектории несущегося на меня тарана. Подвесив и спустив кровь, взрезав горло, сходил глянуть, что он там рыл. Нашел огрызки каких-то корней и тут же во мне проснулся, великий и могучий, огородник любитель! Вот такое это заразное дело, один раз огородник — навечно огородник. В общем, корешками карманы я набил, кабана на плечи закинул, крякнув под этой тушей. И попер домой. Пока вернулся темнеть начало. Я до места разделки кабанчика отнес, потом за керосинкой сходил и посудой, здраво рассудив, что до темноты не управлюсь. Как я ту шкуру снимал, да потом потрошил, даже вспоминать не хочу, взопрел весь и изгваздакался. Это ж не кролик. Но так или иначе, а необходимый минимум сделал. Отмывался потом, да одежку замочил. Корни так и ссыпал в одну корзину перед входом. Мясными изделиями я занимался все утро. Очень надеялся, что отсутствие части требуемых специй и стеклянных банок, не сильно скажется на конечном итоге. И тут не столько во вкусе дело, в большей степени меня волновало хранение. Даст ли жестяная тара нужный эффект, я не знал. Но, ведь если не попробую, то и не узнаю. Конечно, будь у меня много жира, это могло решить проблему, да только откуда же ему взяться в таких количествах. Рубленый фарш, оставшийся после изготовления колбасы, закинул в котелок и потушил с луком и морковью, да макарон отварил. На обед и ужин вполне хватит. А вот что с остальной частью туши делать… Решил попробовать, как те колбаски закрыть, только кусочками три на три сантиметра и потушив сперва. Радовался, что столько тары купил — как чувствовал, что пригодится. Конечно не всю тушу так упакую, что-то и на солонину пойдет… и много, часть так съем, место для хранения есть. Одна из пещер, была вполне прохладной, чтоб мясо там дня три-четыре без последствий пролежало. Жаль морозилки нет, но тут уж ничего не поделаешь. Эх, коптильню бы… В итоге еще и холодец попробовал сделать. По-хорошему на него вроде копыта с пятачком пускают, так я слышал, но тут у меня возникли некоторые трудности. И если пятачок я в дело пустил, то копыт у животинки не было. Двупалые широкие лапы, на копытца, ни с какой стороны не тянули. Тара, вся имеющаяся у меня в свободном виде, оказалась забита под завязку. Главное чтоб не впустую — об этом я волновался изрядно. Еще бы, столько мучений и переживаний — обидно будет если все напрасно. Пока тот холодец булькал на огне, я занимался шкурой, раз по раз бегая, то дров подкинуть, то помешать. С выделкой намучился не меньше чем с готовкой, но результат того вполне стоил. В общей сложности на несколько дней я себе занятие организовал. После дней, занятых то готовкой, то выделкой, без дела стало скучно. На волне этой самой скуки, я выкосил всю территорию «малой» долины, устроил «дровницу» натянув тент. Даже умудрился этими дровами затариться под завязку в лесу. О том, чтобы распиливать толстые куски ствола, валяющиеся у меня около пещеры и, выполняющие роль лавочки, речи не шло. Долго и муторно это. Может потом как-нибудь. До начала дождей, кабанятина осточертела. Так-то вкус у нее приятный, как если бы ее вымочили в кисло-сладком соусе, но жрать каждый день, пусть и по-разному приготовленную… Хотелось птицы. Благо необработанное на долгое хранение мясо кабана, наконец-то подошло к концу. На охоту я не шел — летел. Добычу выследил, стрелу наложил, прицелился… да так и замер. В глубине черепа, пока едва различимо, зарождался зуд.