let me love you

После случая на спортивной площадке прошло несколько недель. Теперь Джина дразнят ещё из-за того, что он гей. Хотя сам он вообще не понял, как и откуда зародились эти слухи. Всё своё время он посвящает учёбе и о таком значении как «любовь» он в принципе никогда не задумывался. Сколько бы не опровергал сплетни, было бесполезно, ведь что ни говори людям — они всегда будут думать так, как им того захочется. Во время урока, на который соизволил прийти Намджун, Джин всё время чувствовал пристальный взгляд в свою спину. Его взгляд. Он знал, что это Намджун, сидящий позади него. Напряжение не давало сосредоточиться на речи учителя, но Джин всё же попытался, потому что тема была важной. Из-за того, что кабинет постепенно становился местом донимающего пекла, Джин был вынужден снять пиджак. Саму вещь повесил на спинку стула. Где-то на середине урока учитель ненадолго вышел. Пространство сразу же заполнилось галдежом. Из чьих-то уст вырывались те самые сплетни, но Джин старался не слушать. Никого не слушать. Потому что это неправда. Да если бы и было правдой, он бы так же не обращал внимания на слова остальных. На пару минут образовалась тишина, несущая в себе ужасающую паузу. Словно что-то должно вот-вот произойти. Тотчас Джин почувствовал, как его спину что-то щекочет. Это Намджун, который вырисовывал на его белой рубашке чёрным фломастером слово «faggot» большими буквами. Так, чтобы они растянулись по всей её задней части. Раздался хриплый и низкий смех хулигана, прервав молчание в кабинете. — Тебе идёт, ботан, — его ладошка влепилась по надписи. — Или тебя называть пидорочком? Как лучше? Теперь рубашку хрен отстираешь. Пальцы Джина сжались вместе с карандашом от напополам секущего волнения и даже какой-то обидой на то, что он не может ничего сделать. Разве что терпеть, сдерживая слёзы, готовые вылиться наружу. Руки сами потянулись к пиджаку, чтобы скрыть позорную надпись. Но Намджун не дал этого сделать, грубо выхватив у него вещь. Ошарашенный Сокджин обернулся. — Верни! — подскочил Джин. Намджун встал перед ним. Его взгляд пылал неприступностью. — Хочешь своё тряпьё обратно? Тогда забери у меня, — издевательски давит лыбу Джун, задирая пиджак выше. Недолго помявшись на месте, Джин всё же решил скорее покончить с этим. Ибо учитель скоро вернётся, а задание ещё не доделано. Но когда он тянулся к пиджаку, Намджун то и делал, что перебирал его из одной руки в другую. Издевается, чёрт возьми. — Ну же, ботан. Ты вроде высокий, а достать не можешь. — Отдай... Пожалуйста, — всё бубнит себе под нос расстроенный Джин, ведь, пока они здесь дурачатся, другие хохочут над ним и надписью на его спине. — Говори громче. Нихера не слышно, чё ты там бубнишь. Джин куснул нижнюю губу, собравшись сдаться. — Айщ, как же ты жалок. Тебе что, совсем на это плевать? Тогда мне, может, просто выбросить? Намджуна кто-то позвал. Ну и, пока он отвлёкся, Джин воспользовался моментом и быстро дёрнулся за своей вещью в его руке. Не ожидая подобной хитрости, Намджун машинально отскочил назад. Поэтому Джин совсем потерял равновесие. Его вторая рука оказалась на плече Намджуна, а нос чуть ли не воткнулся ему в шею. Оба удивились, что так внезапно оказались близко друг к другу. Скорее, Джина посетило чувство страха, а вот Намджун вновь испытал то мистическое для него чувство. То самое, из-за которого будоражится сердце. — Эй, свали от меня, — хулиган нахмурил брови, немедля отпихнув его и наконец швырнув в него замученный пиджак. — Мерзость... Учитель вернулся. Класс резко погрузился в тишину. Сев на своё место, Джин укрылся пиджаком. — Намджун, почему ты стоишь? — обратил внимание учитель. — Да знаете, ноги затекли. — Скорее садись обратно, урок ещё не закончился. Ким послушался. И урок продолжился. Правда, оставшиеся полчаса Намджун сидел в глубоких раздумьях о произошедшем только что. Он пытался перебрать, что с ним происходит, но в конце концов пришёл только к выводу, что просто заболел, вот его и преследуют нездоровые скачки в организме.

***

Кто-то упомянул, что на физкультуре будут вышибалы. Так-то Намджун не горел желанием идти на урок, но, услышав эту новость, передумал. Вышибалы — любимая его игра. Потому что там он первым делом целится в Джина, который сразу проигрывает, так как не может уклониться. После разминки и сдачи нормативов, тянущихся будто вечность, класс начал играть. Поскольку спортивный зал огромен, ребята разделились на группы: кто-то играл в баскетбол, а кто-то в вышибалы. Во что-либо играть Джин нисколечко не хотел — с играми, связанных с мячами, в ладах он никогда не был. Но оценка на балл ниже обеспечена, если он будет просто сидеть на трибуне оставшуюся часть урока. Этого ему, конечно, не нужно, поэтому он пересилил своё нежелание. Понимая, что Намджун по-любому будет играть в вышибалы, он предпочёл побегать с баскетбольным мячом в руках. И направился в левую часть зала. Ребята, которые стояли там, заметили его. Не успел он подойти, как с их стороны начались перешёптывания. Послышался чужой смех, из-за чего Джин сбавил темп. Подумал, что причину этого смеха вызвал он. — Эй, ты чё, удумал с нами играть? Ты угораешь? — спрашивает мужской голос из толпы баскетболистов. — Шуруй отсюда, нам не нужна обуза. Ким остановился. К счастью, учитель слышал их диалог. — Что происходит? — вмешался учитель и взглянул на Джина, а потом сразу на скопление ребят. Ребята одарили пространство неловким молчанием. Но продлилось оно недолго. — Учитель, нас и так много! Две команды уже набралось, больше игроков не надо. Пусть этот пойдёт в вышибалы играть. Хотя... Он ведь сразу откиснет, о чём это я, хах, — последние слова девушка сказала вполголоса. Учитель выдохнул, ведь знает, что Джин не любитель вышибал. Частенько приходилось видеть на его лице ссадины из-за этой игры. — Сокджин. Ты можешь просто посидеть. У тебя и так много хороших оценок. — Всё нормально, учитель... Я справлюсь, — его досадные глаза потупились. Развернувшись, он пошёл к ребятам, что уже собрались для вышибал. Перед ним сразу же предстал Намджун во всей своей красе, держащий мяч под мышкой. — Ну что, ботанозавр. Готов к трёпке? — его ухмылка дала осознать, что и в этот раз легко отделаться не выйдет. Игра началась. Джин вообще не удивился, что первой целью оказался он. Каждый раз этот хренов мяч первым делом летит в него. Так ещё и со всей дури. Намджун не даёт ему и шанса продержаться хотя бы раунда три. Намджун скооперировался с ещё одним парнем из класса, поэтому они кидали пасы друг другу, совсем позабыв о других. А Джин больше сосредотачивался не на игре, а на своих очках, которые постоянно стремились встретиться с полом. Из-за активной подвижности они то и делали, что сползали. На мгновение он подумал, что его очки стали падать. Резко взявшись за них, Джин отвернулся от нападающего с мячом к Намджуну, который, в свою очередь, как раз собирался принять пас. Кимы оказались на одной стороне, почти рядом друг с другом. Не успев увернуться от уже молниеносно летящего мяча, который позже прилетел прямо в затылок, Джин отлетел к Намджуну и повалил его, не сумев держать равновесие. Ошарашенные глаза Намджуна застыли на нём. Они смотрели друг на друга с полминуты, пока время рассасывалось в пространстве, оставляя за собой лишь звук спешащих стрелок на часах. Эти взгляды ни разу не отводились. Обычно Намджун видел его заплаканное и побитое лицо. В глаза ему никогда так долго не смотрел, ибо сам запрещал. Сейчас же, в такой обстановке, когда они могут так просто смотреть друг на друга, он осознал, что никогда не замечал, как красив Джин. Сердце Намджуна сжалось. Вновь пронзило чувство, из-за появления которого он сразу бесится. Но в этот раз не хотелось что-либо предпринимать. Наоборот. Хотелось принять это чувство. Чтобы оно обволокло всё тело... Ребята, что были рядом, стали расспрашивать про его состояние. И учитель подоспел. Наконец вернувшись в себя, Ким немедленно оттолкнул от себя второго. Потом молча ушёл. Сокджин чувствовал себя не очень хорошо. Наверное, потому, что из носа полилась кровь. То ли от переутомления, то ли от мощного броска в голову. Одна из девушек испуганно крикнула об этом. Подушечки пальцев Джина нащупали красную жидкость под носом. Учитель отправил его переодеваться и добавил, что на сегодня ему хватит физической активности. Чтобы скорее нашёл то, чем можно остановить кровотечение. Здесь противоречить было бы глупо, поэтому Ким мигом побежал в раздевалку. Ступив на её порог, Джин метнулся к рюкзаку, где и лежал бинт, который он носит с собой как раз для таких случаев. Разорвав часть ткани и скомкав её в шарик, он воткнул в кровоточащую ноздрю. Присев на лавочку, он дал себе пару минут передышки. Всё думал о том, как упал на Намджуна. — Он ведь мне это ещё припомнит, — он обречённо выдохнул, пока по телу бежал табун мурашек. Когда перетолок все непослушные мысли, он стал переодеваться. Снял с себя футболку, затем потянулся за рубашкой, украшенную той самой утренней надписью. И успев только набросить её на себя, в комнату вошёл он. Намджун посмотрел на Джина с безразличием. Его пристальный взгляд заставил Сокджина отступить назад. Когда он подошёл ближе, Сокджин и сам не понял, как уже оказался прижатым к стене. По привычке Джин отвёл глаза в сторону, чтобы ещё больше не злить стоящего напротив из-за зрительного контакта. Между ними царило молчание. Что и показалось странным. Лучше бы снова уст Намджуна вырывались язвительные словечки, чем он просто ничего не говорил. Потому что от этого ещё страшнее. Брови хулигана были сердито вскинуты над его властными глазами, а веки чуть припущены. Похоже, он бился в размышлениях, что следует сделать: в очередной раз побить ботана, но теперь из-за того, что он является источником какой-то эйфории внутри, или же сделать то же самое, как и в первом варианте? Злость истязала внутренности. Прежде он не испытывал такого. Именно... такого. От неизвестности, что с ним творится, он готов был сотворить любую херню. Даже выместить гнев на интерьере или на самом Джине не было бы достаточным. Взгляд Намджуна опустился ниже. На обнажённую грудь Джина, виднеющейся из-под раздёрнутой в стороны рубашки, которую он не успел застегнуть. Худое тело, выражающее привлекательную бледность, и гладкий живот заставили мёртвых бабочек в животе хулигана воскреснуть. Намджун опешил, как только понял, что у него встал. Чтобы убедиться в этом, он медленно посмотрел вниз. Прикусив губу, он сжал кулаки. — Ты... — его голос был тихим и сдерживающимся, — совсем придурок? Собираешься и дальше светить этим? — Ч-что? — не понимая, Джин взглянул на него. Хулиган стиснул зубы и спохватился за обе стороны рубашки, быстро прикрыв оголённую часть. — Глухой, блять. Пошёл отсюда. Быстро. Немедля забрав все вещи из шкафчика, Джин в спешке убежал. Оставшись в комнате один, кулак Джуна впечатался в стену. После чего и он уткнулся туда лбом. — Сука... Да что это со мной? Ненавижу тебя, грёбаный ботан. Держа в охапку вещи, которые не успел сложить, Ким нёсся по коридору. Лишь бы быть подальше от Намджуна. Настолько был погружён в себя, что в кого-то врезался. Не взглянув на того, с кем произошло столкновение, Джин лихо поклонился в знак извинения. — Джин..? Донёсся незабываемый сладкий голос с маленькой хрипотцой, которая только дополняла его звучание. — О, Чимин. Это ты... — облегчённо выдыхает Ким. — Привет. Подойдя ближе, Чимин растерялся из-за его потрёпанного вида. Ким был всё ещё одет в спортивные кроссовки и шорты, а рубашка так и осталась расстёгнутой. Ещё и вата в носу, которая давно впитала всю кровь. Парни расположились на ближайшей лавочке. Чимин принёс ему освежающий напиток в пластиковой бутылке и присел рядом. — Тебе не холодно? — обратил внимание на его распахнутую рубашку Мин. Наконец-то обратив на это внимание, Джин шустро застегнулся. До него только дошло, что он бежал по всему корпусу в таком виде. — Я... Очень устал после физры. Забыл переодеться, — уголки его губ устало поднялись на вопрос о том, что произошло. — Не обращай внимания. Мин поник. И выглядел обеспокоенным. — Ты же знаешь, что мы не виделись уже несколько недель? В столовой тебя с того раза больше не видел. Я стал беспокоиться. Вдруг.... что-то произошло. А у меня даже твоего номера нет, чтобы позвонить и спросить, — он расстроено потупил веки. Кроме мамы за Джина никто не волновался прежде. Вот поэтому эти слова пробили на слёзы. — Прости. Прости, что заставляю переживать из-за меня, — Джин крепко сжал губы и кулаки, сложенные на коленях. Он отвернулся в сторону, чтобы никто не видел его сверкающих от накопившихся слёз глаз. Чимин опешил. Подумал, что неправильно выразился. — Э-эй? Ты чего? — Пак подвинулся к нему и тактично сложил руку на плечо, опечалено вскинув брови. — Я не имел в виду что-то плохое. — Нет, я не... не об этом, — стал, кивая, отнекиваться Сокджин. — Просто из меня никудышный друг. Я совсем не думал о твоих чувствах. Чувствую себя эгоистом. Может быть, именно поэтому в моей жизни никогда не было возможности дружить с кем-то, — последние слова он высказал, сорвав плачущий голос. Хоть парни знакомы всего ничего, сейчас было похоже, что они перешагнули целую ступень начала дружбы, отбросив все прелюдия. Пак обнял его и положил голову на сгорбившуюся спину. А Джиновы слёзы сразу улетучились. Будто их и не было вовсе. Почувствовав тепло от объятий, стало спокойнее. — Не говори так. Ты не эгоист. Успокаивающий тембр заставил Кима смолкнуть, совсем позабыв о душном комке в горле. Чимин продолжал: — Не хочу, чтобы ты так говорил о себе. Я начинаю злиться на себя, что ничего не могу с этим сделать. Джин посмотрел на руки. Руки, которые его обнимали. Он не мог поверить в то, что происходит. Как будто кто-то залез внутрь и установил там маячок счастья. То самое малиновое чувство, которое томило своим отсутствием долгие годы. Убедившись, что тот больше не плачет, Чимин отстранился. — Взгляни на меня, — его ласковая улыбка внушила послушаться. Вытянув рукав кофты, Чимин начал протирать его заплаканные и оттого румяные щёки. — Только не пропадай больше вот так, хорошо? Ты больше не один. — Спасибо, — Джин кивнул, после чего губы расплылись в хилой улыбке. — А, у меня ведь ещё нет твоего номера. Вот... — он достал из кармана телефон и протянул ему. — Напиши его. Мин улыбнулся и они наконец обменялись номерами. — Надеюсь, ты понимаешь, что я могу не сразу ответить, потому что часто занимаюсь и- — Я понимаю. Всё в порядке. Ким выдохнул с облегчением. — Кстати, Джин, — голос Пака немного переменился. Стал более... встревоженным, что ли? — А что это за странная надпись? Вообще, Чимин заметил её ещё до того, как они пришли сюда, но спросить решился только сейчас. Сначала Джин не нашёл слов, чтобы объясниться. Метался: сказать правду или солгать. Но последний вариант был не по душе. Не хотелось врать. — Это... Я не понял как это случилось, но это сделал Намджун. Это тот самый, о котором я говорил тебе. Пак вопросительно поднял брови, ведь перевод слова он прекрасно знал. — А почему именно это слово? Было стыдно признаться насчёт этого. Он кидал взгляд то на Чимина, то снова в пол. — Ну... Я не знаю, почему всё так обернулось. Не знаю, почему все начали думать про меня так. Чимин был весь во внимании. — В общем, все вдруг стали считать меня, ну... — Ах, я понял, — отчеканил Мин, слыша в голосе Джина тяжесть. От волнения Сокджин стал кусать свои пухленькие губы. — И ты с этой надписью весь день ходишь..? — Да. Но у меня есть пиджак, которым я мог закрыть её, — через усталость усмехнулся Джин. — Так что я в норме. По Чимину не было видно, что он раздражён. Но на самом деле так и было. У него появилось дикое желание проучить Намджуна, который заставляет Джина неоднократно страдать. Просто терпеть не может, когда обижают других. Особенно, если это его друзья. Отбросив все размышления на потом, Чимин стал помогать ему приводить себя в порядок. — Это тоже он сделал? — он убрал из его носа окровавленную ватку. — Нет. Тут просто неудачно прилетел мяч. — Кровь больше не идёт. Теперь это можно выбросить. Джиновы губы расплылись в нежной улыбке. — Почаще улыбайся. Тебе идёт, — заметив его очаровательную улыбку, улыбнулся и сам Пак. — Мне? Идёт? — пробубнил Джин, удивившись. — У тебя ведь последний урок был? — Да... — Тогда мы можем пойти домой вместе. — Было бы здорово! — воскликнул Джин.