Дьявол Феликс

      Джисон рассказал Хёнджину всё, что было с ним после того дня, когда к нему домой приходил Минхо. Он стал сам не свой, плохо спал и ел, погрузившись в работу. Панические атаки вновь проявились, как в детстве, после того случая, когда его мать изменила отцу, и они чуть не развелись, живя раздельно целый год. Джисону тогда было семь лет, и он прекрасно помнил, как запирался в шкафу, слушая их крики и скандалы. Тогда он пообещал себе, что никогда не женится, чтобы не быть преданным как папа.       Время шло, Джисон рос, психологи проработали его проблемы, а родители сошлись ради благополучия сына. И он вновь обрёл некое подобие счастья. Время залечило детские травмы Джисона. Но что нашло на него сейчас, он не понимал. Минхо давил на него: в каждом его жесте и фразе читалось, что он хочет отношений и любит его. Это напугало. Всё бы ничего, если бы Джисону он не нравился. Можно было бы попользоваться им и расстаться. Но такой милый Минхо с лисьими глазками чертовски его зацепил.       Минхо занял всё его сознание, и тогда Джисон и решил прекратить, пока всё не переросло во что-то большое и не доставило им обоим боли. Он перестал отвечать на его звонки. Ли даже приходил к его дому и к ресторану, но Джисон игнорировал, делая вид, что он его не видит. Он не знал, что ему сказать, предпочитая выждать некоторое время.       После произошедшего с Хёнджином Джисон окончательно понял, что он не хочет продолжать и связываться с лучшим другом Феликса. Это было слишком неправильно. Он так оправдывал свой отказ от него, всё ещё чертовски скучая по милому Минхо. Глупо, но порой страх быть в оковах сильнее здравого смысла.       Мина прилетела из Германии, где была со своим отцом. Узнав о случившемся, она навестила Джисона, хотя тот не горел желанием общаться и с ней. Но девушка умела располагать, сопереживая Хёнджину и ненавидя искренне Феликса за то, что тот натворил. Она не ожидала такой жестокости от друга и была подавлена произошедшим. Минхо смягчился, оставаясь с ней в дружеских отношениях.       Но что делал Феликс после всего этого? В тот день он проснулся с диким похмельем, не совсем отчетливо помня, что происходило. Кадры вчерашней ночи всплывали в его сознании, вызывая панику и учащённое сердцебиение. Он дрожащими руками включил ноутбук, ища приложение для видеонаблюдения. Феликс побледнел, ужас накатил на его лицо.       — Что я наделал?..       Не было сил смотреть на свои же действия. Пальцы судорожно переключали камеры, а он наблюдал за тем, как охранники вышвыривают тело избитого Хёнджина, раздетого и без обуви. Сердце Феликса больно кололо, руки тряслись, слёзы текли градом. Было ощущение, будто всё тело сковало, и он падает спиной в пропасть.       — Хёнджин, малыш, что же я наделал?..       Даже если Хёнджин изменил ему, как он мог так с ним поступить, он не понимал… Как он мог быть так жесток с единственным человеком в этом мире, кто подарил ему своё тепло? Глаза его краснели, дыхание участилось, он судорожно переключал камеры, переживая, что Хёнджин мог свалиться без сознания где-то по пути от дома.       Взгляд его застыл в немой ярости, когда он увидел, как знакомый джип быстро подъехал к Хёнджину, как председатель накинул на него свой пиджак и обнял, усаживая к себе в машину.       — Твою ма-а-а-ть! — Феликс закричал, с силой кинув дорогой макбук в стенуу. Гаджет моментально разлетелся на две части. Молодой человек громил свою спальню, разбивая дорогие статуэтки и бутылки с элитными напитками. — Чан, ну ты и мразь…       Нервная ухмылка на дрожащих губах Феликса переходила в отчаяние. Рывком он разбил стулом стеклянный шкаф, рухнув на пол в окружении осколков. Всё кончено, он это знал…       Феликс даже не пытался больше приближаться к Хёнджину, узнав только, что он находится в доме Чана и идёт на поправку. Ревность сжигала его изнутри, но он понимал, что сам уничтожил всё между ними и своими руками подтолкнул Хёнджина к Чану.       Время шло, Хёнджин вернулся к себе домой, но Чан настоял на том, что бы усилить охрану и сделать видеонаблюдение. Хван был не против, ему льстили ухаживания мужчины, делающего всё осторожно, без каких-либо намеков. Он просто был рядом, поддерживал и оберегал. Они вместе спланировали план по уничтожению Феликса с выгодой для Чана, у которого активы были влиты в фармфирму.       Поставки медикаментов одна за другой начали срываться, то контейнеры были пустыми, то корабль с поставкой приходил вообще в другой порт, где его грабили. Инвесторы начали выводить активы из фирмы Феликса, он терял миллионы, выплачивая неустойку, в том числе и Чану, который забрал свои вложения, разорвав контракт, даже не удосужившись прийти лично на собрание.       Прокуратура перекопала все склады Феликса по наводке Хёнджина. Ему пришлось изрядно попотеть, чтобы найти нужных людей для подкупа и скрытия улик. Громкое дело о том, что крупнейшая фирма в Корее и всём мире по производству фармпродукции, возможно, замешана в наркобизнесе прогремело на весь мир. Феликс и его отец сталкивались многомиллиардными убытками. Ли пришлось уехать из Кореи в Японию.