Совет высших сил.Философский камень

Спустя некоторого времени, а если быть точнее, то где-то через два дня после прочтения первой главы, все снова собрались в зале. И взяв книгу в руки, Смерть сказала: — Сейчас читать главу будет Амелия Боунс. Амелия кивнула и, подойдя к пьедесталу, взяв в руки книгу, прочитала название следующей главы: — "Исчезнувшее стекло" — О, значит глава о ваших стихийных выбросах, мистер Поттер, — с предвкушением потер руки Флитвик. Амелия бросила взгляд на своего бывшего учителя и продолжила чтение. Почти десять лет прошло с того утра, когда Дурсль обнаружили на своем пороге невесть откуда взявшегося племянника, но Тисовая улица за это время почти не изменилась. Солнце вставало над теми же ухоженными садиками и освещало туже самую бронзовую четверку на входной двери дома Дурслей; оно пробиралось в гостиную, оставшуюся почти неизменной с того вечера, когда мистер Дурсль смотрел по телевизору пророческий выпуск новостей. — Ууууу, как скучно! — завыли близнецы Уизли, — У нас дома всё меняется каждый день, а то и каждый час. Только стоящие на камине фотографии в рамках свидетельствовали о том, что с тех пор прошло немало времени. Десять лет назад на фотографиях было запечатлено нечто, напоминавшее большой розовый мяч в разноцветных чепчиках, — Не понимаю я этих маглов... Зачем фотографировать мяч в чепчиках?.. — брезгливо сморщил нос Драко. но с тех пор Дадли Дурсль вырос, Зал взорвался смехом. и теперь на фотографиях был крупный светловолосый мальчик, сидящий на своем первом велосипеде, кружащийся на ярмарочной карусели, играющий с отцом в компьютерные игры, мальчик в объятиях целующей его матери. Однако ничто на этих фотографиях не говорило о том, что в доме живет еще один ребенок. — Тебя отдали в приют? — с надеждой спросила незнакомая девочка с Пуффендуя. — Нет, к сожалению, — покачал головой Гарри. Но тем не менее Гарри Поттер все еще жил здесь, и в настоящий момент он крепко спал, хотя спать ему оставалось недолго. Тетя Петунья уже проснулась и подходила к его двери, и через мгновение утреннюю тишину прорезал ее пронзительный визгливый голос: — Подъем! Вставай! Поднимайся! — Ужас! Как так можно будить ребёнка? — возмутились все женщины, находящиеся в зале. Гарри вздрогнул и проснулся. Тетя продолжала барабанить в дверь. — Живо! — провизжала она. Гарри услышал ее удаляющиеся шаги, а затем до него донесся звук плюхнувшейся на плиту сковородки. Он перевернулся на спину и попытался вспомнить, что же ему снилось. Это был хороший сон. В этом сне он летел по воздуху на мопеде. У него было странное ощущение, что когда-то он уже видел этот сон. — О, это так мило, что ты помнишь как летел на мопеде в детстве! — восторженно запищала Лаванда Браун. Тетя вернулась к его двери. — Ты что, еще не встал? — настойчиво поинтересовалась она. — Почти, — уклончиво ответил Гарри. — Шевелись побыстрее, я хочу, чтобы ты присмотрел за беконом. И смотри, чтобы он не подгорел, — сегодня день рождения Дадли, и все должно быть идеально. В ответ Гарри застонал. — Что ты там говоришь? — рявкнула тетя из-за двери. — Нет, ничего. Ничего... "Так и знал, что он лентяй!" — подумал Снейп. День рождения Дадли — как он мог забыть? Гарри медленно выбрался из постели и огляделся в поисках носков. Он обнаружил их под кроватью и, надевая, стряхнул ползающего по ним паука. — Фу, ты что был неряхой?— сказала Парвати Патил. А Гарри же грустно подумал, что всё же там будет полностью описываться его жизнь, а он, дурак, надеялся, что там не будет освещаться каждый момент того времени, когда он жил у Дурслей. Гарри привык к паукам — их было много в чулане под лестницей, а именно в чулане было его место. На мгновение в зале застыла тишина, а после все недовольно загомонили. Больше всего старались миссис Уизли и леди Поттер: — АЛЬБУС ПЕРСИВАЛЬ ВУЛЬФРИК БРАЙАН ДАМБЛДОР! — прогрохотало по всему залу, — КАК ТЫ ПОСМЕЛ ОТДАТЬ ИМ РЕБЁНКА!!! Прокричали это все женщины в зале, у кого были дети. — Давайте обсудим это всё в кабинете... — попробовал вмешаться министр. Мамочки резко успокоились и с милой улыбочкой, не предвещавшей ничего хорошего, сказали: — О, да, разумеется! Перенесёмся в кабинет Дамблдора, где наши дорогие мамочки бурно решают, будут они убивать нашего дорогого и любимого директора или нет...