Засыпай

      Герман не помнил, когда именно прочитал одну книгу, но он хорошо помнил про что она. В ней рассказывалось о двух влюбленных, которые виделись всего раз в жизни, но после героям снились одинаковые сны про их совместное будущее. История закончилась тем, что одному перестал сниться его возлюбленный.

***

      На третьем курсе профессором ЗоТИ стал Римус Люпин. Он производил на Германа эмоции, которые сложно было описать. Это было восхищение и восторг от того, как он проводил уроки. И уже к концу учебного года Грейнджер понял, что он влюблен в своего профессора.       Герман мечтал о том, как однажды подойдет к профессору Люпину и расскажет ему о своих чувствах. Но события в Гремучей Иве разбили сердце мальчишке, все надежды на совместное будущее так и остались надеждами. Однако как бы Грейнджер не злился на профессора, долго это делать не получилось, да и к тому же разница в двадцать лет была довольна пугающей и большой для них. Да, этого бы не принял никто из их окружения. Сириус и Римус смотрелись куда лучше, чем Римус с Германом.       На летние каникулы Герман уехал домой и познакомился там с новой соседкой. Он узнал, что она переехала весной и что ее звали Гермионой. Это имя показалось Герману красивым. Ребята были как две капли воды. Оба кучерявые, с карими глазами. Они были копией друг друга и в поведении. Порой вспыльчивые, но всегда готовые помочь своим друзьям.       Все лето они делились своими секретами. Гермиона призналась, что в ее частной закрытой школе был один белобрысый мальчишка, который очень нравился ей, но постоянно задирал ее друзей. Герман сознался в симпатии к своему профессору.       Как лучшие друзья они решили, что им срочно нужно научиться целоваться по-взрослому, со всеми этими языками, слюнями, чтобы потом не было никаких проблем с этой частью. Первые разы были ужасные, отвратительные. Гермиона сказала, что больше никогда не будет ни с кем целоваться.       В десятых числах Герман неожиданно уезжает к своему другу Рону Уизли, забыв попрощаться с Гермионой. После этого лета Герман никогда не пересекался с подругой. Она пропала из его жизни. Герман спрашивал у своих родителей, появлялась ли она в этом районе. Они не видели ее.

***

      События во время чемпионата по квиддичу навели переполох в магической Британии, но все пытались замять Турниром Трех Волшебников, который должен был пройти в Хогвартсе. Ученики были еще больше взбудоражены новыми ребятами в школе. Хогвартс наполнился еще большим волшебством.       Герман сразу же приметил очень красивого ученика Дурмстранга. Просто великолепного. Высокого, идеально сложенного, а какие у него были чудесные платиновые волосы, словно первый снег; серые глаза пленили. Герману было очень сложно оторвать взгляд от задницы того парня. Про нее Грейнджер готов написать эссе хоть на тысячу дюймов. Он бы подобрал такие эпитеты и метафоры, какие не на найдешь ни в одном романе. Про эту задницу можно слагать легенды.       Как-то раз когда Герман сидел в Большом зале, читая очередную толстую книгу, тот парень-бог посмотрел в его сторону и улыбнулся. Как позже оказалось, он улыбнулся какой-то девчонке с Пуффендуя. Но Герман уверял себя, что та улыбка, полная любви, была адресована ему и только ему.       На следующий день Герман узнал его имя. Драко Малфой. Через час Герман уже знал всю его родословную. Еще через час в руке появилась сперма. Сперма цвета волос Драко.

***

      Как-то в коридоре Герман случайно врезался в Драко и все книги из их рук упали на пол. Герман присел на корточки и начал собирать свои книжки, Драко сделал то же самое. Их руки случайно коснулись друг друга, а глаза встретились. Драко и Герман страстно поцеловались. Но какое же было разочарование для Германа, что это все была его фантазия.       Да, они встретились друг с другом, но никто ни в кого не врезался, книги не упали, пальцы не соприкоснулись, губы не соединились. Вернее, губы Драко целовали какую-то девчонку, а его руки трогали ее. Герман быстро убежал. Ему было очень больно, настолько, что пришлось закрыться в заброшенном туалете для девочек и дать волю чувствам.

***

      На неделю пришлось забыть о Драко. Появились неожиданная проблема в виде избранного кубком Гарри. Герман метался между Роном и Гарри, пытаясь примирить их, но один был упрямее другого. Поэтому пришлось положить огромный болт (Герману хотелось думать, что член Драко такой же) на это гиблое дело и со спокойной душой дальше страдать по Малфою.       Герман очень радовался, что кубок не избрал Драко. Тогда бы Грейнджер просто сошел с ума от беспокойства за него и Гарри одновременно. Все-таки лучше страдать от неразделенной любви, чем еще и думать о том, что твоего возлюбленного может в любой момент зажарить какой-нибудь дракон, а не ты. Такие мысли Герман старательно отгонял или делал вид, что отгонял.       Поэтому слежка за Драко возобновилась с помощью Карты Мародеров. Герман специально садился на подоконники около тех мест, где должен был пройти Малфой, надеясь так привлечь его внимание. Грейнджер заметил, что одна девчонка с Когтеврана тоже появлялась в тех же местах, где он поджидал Драко. Герман начал ревновать. Драко был только его и его, но никто об этом не знал.       Иногда приходилось применять крайние меры для слежки: просить у Гарри мантию невидимку и ходить по пятам за Драко. Герману нравилось это. Он чувствовал особое удовлетворение оттого, что знал, чем занимается его будущий парень, с кем Драко зажимается по углам. Один раз это был какой-то парень. Герман так обрадовался, что не заметил, что та парочка не просто зажималась, а дралась.

***

      Герману начали сниться очень интересные сны с его возлюбленным. Они жили в большой квартире в центре Лондона. У них был большой голубой диван, где они лежали, слушая музыку. Драко очень любил читать вслух Герману, а Герман любил голос Драко. У них был кот. Они жили дружной семьей. Но наступало утро и приходилось мириться с реальностью, где Драко не замечал Германа. Опять начинались слежки и преследования.       В своем сне Герман пригласил Драко на Святочный бал, но в реальности он бы получил быстрее в нос кулаком, чем то же нет. Поэтому пришлось приглашать когтевранку, которая следила за Малфоем. Только Герман не понял, почему она так обрадовалась его приглашению. Девочки очень странные. Следят за одним, а соглашаются пойти на бал с другим.       Уже за час до начала бала Герман понял, что надо было приглашать Флер. Тогда бы Драко точно заметил его. А с этой Амандой он так и останется в тени. Поэтому Герману пришлось быстро бежать в свою комнату, чтобы откопать красную рубашку, которую он купил где-то в секонде. Если яркая красная рубашка не поможет, то считай, что уже все потеряно.       На балу Драко заметил Германа. Он задержал внимание на рубашке и ухмыльнулся. Герман был на миллионом небе от счастья. В голове только и крутилась мысль, что Малфой наконец-то заметил его. На радостях Грейнджер улыбнулся Драко. Но улыбка осталась незамеченной.

***

      После бала Драко больше не смотрел в сторону Германа. От этого было очень тошно. Герману хотелось написать огромными буквами на стенах Хогвартса «посмотри на меня, Драко Малфой». Но не было такого огромного количества краски, сколько хотел Герман внимания от Драко. Поэтому оставалась надежда только на сны, в которых они были счастливы.       Герман прекратил свои попытки преследования Драко, потому что понял, сколько боли они ему приносят. Ему больше не хотелось знать, какая девчонка теперь чувствует губы Малфоя на своих и у какого ствола дерева они это делают. Грейнджер полностью сосредоточился на помощи Гарри.       Они брали библиотеку штурмом. Одновременно приходилось искать информацию в десяти, а то и в двадцати книгах. Но в перерывах между листанием страниц мысли о Драко медленно просачивались, плотнее занимая место не только в сердце и голове, но и в венах, нервах. И каждое упоминание девочек в гостиной о нем приносили такое удовольствие напряженным нервам, что сравнить это можно было только с той ухмылкой Малфоя на Святочном балу.

***

      Драко опять проснулся от странного сна. Последние несколько месяцев ему снился очень странный мальчик, который преследовал его. Но стоит отметить, что во сне Драко Малфой не был Драко Малфоем, но он и не был тем самым Германом, который следил за ним. Малфой наблюдал за всем со стороны. Был зрителем театра, только Драко не знал, что был не единственным зрителем пьесы.       Но что было еще удивительнее, Драко никогда не был в Хогвартсе. Он только слышал про него, читал про него, но никогда не был там сам. Не ходил по тем коридорам, где ходит Герман во сне. Малфой вообще не знает, кто такой этот Грейнджер. Он, конечно, слышал про Гарри Поттера, но никто из его знакомых не говорил про его лучшего друга ― Германа.       На самом-то деле Драко наслаждался этими снами. Малфою было приятно, что кто-то так сильно бредил им, что буквально ходил по пятам и смотрел, как он трахается. Драко было все равно даже, что это делал какой-то паренек. Это сильно грело его душу. Но и сильно пугало. Поэтому в руках всегда была палочка, чтобы, если какой-то безумец решит его преследовать, он сразу смог среагировать. С палочкой пришлось даже спать.

***

      Герман снова проснулся от очень странного сна. Грейнджер думал, что странные сны — это удел Гарри, но не его. Ему очень хотелось въебать, именно въебать себе из сна, потому что он вел себя как какой-то сопливый неудачник. Сколько можно бегать за каким-то белобрысым мальчиком. Это приводило в бешенство.       Но Грейнджеру нравились эти сны. Так он понимал, что хоть где-то оставалось время на то, чтобы быть подростком. Он хотел быть влюбленным в Драко Малфоя, который на самом деле существовал. Герман проверил это в библиотеке Хогвартса. Он даже удивился, что ночной гость был его ровесником.       Как-то после сна Грейнджер вспомнил, где видел эти невероятно белые волосы. Это было в Косом переулке. Целое семейство с платиновой шевелюрой. Он толком не сумел рассмотреть их. Но эту уверенную походку и чудесную задницу невозможно не заметить.       После чудесного сна всегда наступает утро и приходиться мириться с реальностью, где первая любовь Германа, профессор Люпин, неожиданным образом всегда с Сириусом Блэком, где девчонка Гермиона больше не появляется в его районе, где Герман бежит в Министерстве Магии и отбивается от Люциуса Малфоя. Жизнь над ним насмехается. Он отбивается от отца его вроде бы и реальной, но и в то же время несуществующей любви. Кто-то слишком плохо шутит.       Перед глазами у Германа всё плывет. Он уже не понимает, где находится, от кого отбивается. Все, что остается ясным, — это пульс, грохочущий в ушах, и зелёная вспышка перед глазами. А за вспышкой белый свет, который напоминает ему о Драко Малфое.

***

      Драко вскочил со своей постели в Дурмстранге. Пот стекал по его вискам, будто это он сейчас бежал от своего отца в Министерстве. Сердце никак не хотело успокаиваться. Оно тревожно билось и билось в груди, будто какая-то часть быстро умирала. Пальцы то и дело сжимали палочку в руках.       Он пытался выдохнуть, но не получалось. Драко медленно задыхался. В какой-то момент он вдохнул свежего воздуха, но грудь пронзила такая боль, какую никто не смог бы описать. Будто его били и били в сердце, по легким, будто кто-то вонзил в него свои длинные когти и рвал все, что видит.       Малфой потерял сознание от боли. Дыхание нормализовалось, а мысли в голове улетучились. Остались только сны. Много снов.