suitable candidate for darkness

      Жизнь — это удовольствие, судьбу которого пишет сам человек. Пишет, пишет, пишет… а потом самовластие кончается, начинаются испытания, нескончаемая боль и разочарования. А потом случится то, чего пожелаешь ты сам: смерть или же свобода. Чего желаю я? Жизни, светлого будущего. Но желать мало, нужно делать. Желают-то все, а кто делает? Один помалкивает, второй останавливает, третий предупреждает, но никто не хочет помочь, все, как крысы, по норкам разбежались и наблюдали, как вели меня в то помещение, где находился образец. Верила ли я в себя? Конечно, верила. Остальное было неважно. На меня одели защитный костюм, дышала я через трубку воздухом из баллона, чтобы у меня не было никакого контакта с внешней средой. Хоть и «динозавр» был заточен в стеклянный куб, от которого я, кстати говоря, украла ключ, ученые все равно переживали о попадании вируса наружу, то бишь в мой организм. Сегодня в моей голове таились грандиозные планы, которые не должны были сорваться. Страха нет. Получив одобрительный и короткий кивок от Профессора Малкольма, я разблокировала картой доступа дверь, поспешив открыть и войти внутрь.       Помещение представляло собой обычную белую коробку, залитую холодным светом от ламп. В одной стене находилось широкое окно, за которым сидели профессора и другие любопытные люди. В каждом углу, а также внутри самого стеклянного куба были закреплены камеры, через которые ученые наблюдали за образцом. Температура воздуха была комнатной: не жарко, не холодно. Внутри «комнатка» животного не имела ничего, кроме коврика, на котором оно лежало.       — Начинайте трансляцию. — проговорил мужчина, дав мне понять, что за мной смотрела вся база.       Дверь захлопнулась, пути назад не было, я находилась в потенциально смертельно опасной зоне. Существо, кажется, спало, но как только услышало звук дверного хлопка, проснулось и уставилось на меня зелеными, как трава, огромными глазами. Я настороженно прошла вперед, ближе к стеклу, коснувшись его кончиками пальцев. Мне было не по себе, потому что я не понимала, что это такое передо мной, но контроль каждой эмоции был на высоте. Датчики, закрепленные под костюмом, на экранах выводили состояние моего здоровья, чтобы в случае чего меня забрали отсюда полумертвую. Прежде чем говорить что-то, я хотела тщательно осмотреть сие искусство. Никаких кардинальных изменений во внешнем виде я не обнаружила, за исключением выросших из шеи жабр. Когда животное стало шипеть, раскрыв рот, я увидела множество острых зубов, которые с легкостью могли растрепать плоть человека. Размеры тела значительно превышали человеческие, и я даже представить себе не могла, как проходило превращение из индивида в это. Причиняло ли это боль или человек в первую очередь терял способность мыслить? Также, строение рук заметно изменилось: это были лапы, пальцы вытянутые и кривые, ногти приняли форму когтей длинного размера, на вид довольно-таки прочные. Осторожно постучав по стеклу, я привлекла внимание образца, чтобы он перестал рассматривать меня, а наконец посмотрел в глаза.       — Ты слышишь меня? — медленно и четко проговорила я, но никакой реакции не последовало.       Следующим моим шагом было хождение вокруг куба, и существо ходило внутри куба так же, как и я, полностью повторив каждое мое телодвижение. Я понимала, что оно эволюционировало с помощью наглядного примера — меня.       — Ты слышишь меня? Понимаешь, что я говорю? — снова разборчиво повторила я, щурясь.       Когда существо наклонило голову вбок, а потом кивнуло, меня бросило в холодный пот. Оно все понимало! Конечно, вот это знание стало меня пугать. Животные очень редко, но осознают наши намерения с помощью тона голоса и жестов, а это чудовище понимало слова! Это уже совершенно другая проблема. Это другая форма живого на планете, черт возьми! Они могут эволюционировать до такой степени, что убьют нас и захватят планету. Это точно восстание умнейших динозавров.       — Ты умеешь говорить? — существо покрутило головой, дав мне отрицательный ответ. — Писать? — далее я увидела эмоцию — непонимание.       Животное нахмурилось, снова наклонив голову набок. Холодок уже в сотый раз пробегал по моему телу, но я терпела и держалась до последнего.       — Ты обладаешь информацией о том, кто ты?       Что произошло далее, повергло меня в откровенный шок! На морде существа появилась едва заметная улыбка, словно это ухмылка. Клянусь собой, они были умнее, чем мы все предполагали. Я не удивлюсь, что пока мы сидим здесь, снаружи они возводят новые города. Повернувшись лицом к камере, я предупредительно посмотрела туда и кивнула, сигнализировав о том, что все в порядке и спасать меня пока не нужно. Образец то и дело плевал кровью в разные стороны, злясь и хмурясь, размахивая лапами, но меня это не особенно пугало. По крайней мере, он не бился в стекло.       — Вы заражаете людей, верно?       «Динозавр» посмотрел на меня с сожалением, а затем снова дал отрицательный ответ, что окончательно поставило меня в тупик.       — Как не заражаете, если по улицам бегают только такие, как ты! — слегка повысила тон. — Зачем ты врешь? Лучше говори правду, или мы тебя прикончим и всех твоих собратьев! — рыкнула я.       Во взгляде животного читалось понимание, там же присутствовал и некоторый испуг очень маленького размера. Оно подошло к стеклу, прижав обе ладони к нему, и я заметила тянувшийся сзади хвост, покрытый чешуей, конец которого украшала треугольная острая стрела.       — Если ты выйдешь наружу, ты заразишь меня? — отрицание. — Убьешь? — согласие.       Морда создания оскалилась, виднелись окровавленные клыки, и из широкого раскрытого рта вытекала слизь, падавшая на его влажное тело. Оно сфокусировало на меня сознательный взгляд, встав в позу нападения, и вдруг сжало лапы и со всей дури ударило по стеклу. Я, испугавшись, отскочила на два шага назад, часто и прерывисто дыша, от чего постепенно начиналось головокружение.       «Держи себя в руках, Клаудия», — сказала я самой себе, прежде чем отрицательно ответить на вопрос Профессора, хотела ли я закончить беседу.       Вновь вернув самообладание на место, я подошла ближе к кубу, обойдя его кругом. Животное опять же кружилось под стать мне.       — Ты эволюционируешь, верно? Сам по себе. — оно нахмурилось. — Извини, если ты женский пол, я просто этого не пойму. — что-то вроде закатывания глаз получаю в ответ. — Нам придется с тобой сотрудничать, и ты должно мне верить. — голова снова наклонилась набок. — Ты вскоре научишься говорить?       К моему большому удивлению, существо уселось в угол куба, поджав колени к широкой лысой груди. Я уловила легкое пожатие плечами, после чего выдохнула. В моей голове с каждой последующей секундой вырастали грандиозные планы на это создание. Я уверена, что мы вели беседу не в последний раз. Все только предстояло.       — Я могу тебя этому научить? — оно подняло глаза. — Но ты должно пообещать, что не попытаешься заразить или убить меня. — ответа не поступило. — Но раз ты молчишь, то на этом все.       Я слышала шорохи и постукивания за своей спиной, но не обратив на это внимания, вышла из помещения уже в другую дверь — в свое заточение. Как я уже отметила, в моей голове назревали наполеоновские планы, которые с этого момента будут находиться в полной разработке. Я доведу это существо до эволюции, узнаю, что или кто спровоцировало их появление, в чем их суть и чего они хотят. Этот этап был лишь прологом ко всей истории, этот внезапный уход должен был проучить образец. Может быть, это поможет вывести его на контакт со мной? А впереди у меня несколько дней изоляции. Оказавшись в аналогичной комнате, более комфортно обустроенной и с едой, я стянула с себя костюм, оставшись только в нижнем белье. Не успела я и переодеться, как вдруг за моей спиной прозвучал стук в стекло, и я в прыжке обернулась, увидев за панорамным «окном» наблюдателей Тома, скрестившего руки на поясе. На его лице покоилась ухмылка, а взгляд скользил вниз-вверх по моему телу, которое я отчаянно и растерянно пыталась прикрыть руками, но тщетно. Да, за секунду мой мозг перестал работать, и я уже забыла о лежавшей на койке одежде.       Когда я собиралась что-то возразить по поводу присутствия Хиддлстона, он, будто почувствовав это, развернулся и просто ушел. Что же, Локи, теперь ты будешь мучить меня своими безмолвными уходами прочь?