Песнь флейты среди тростника

В Ли Юэ ходят слухи, что на Тростниковых островах особенно тёмными ночами, когда луна скрыта за облаками, а ветер молчит, будто уснул вместе с обычно шумным городом, можно услышать нежную мелодию флейты. Много ходит суждений о том, что это может быть за мелодия и кто её играет, но большинство сходится к одному: то экзорцисты изгоняют духов, прячущихся в зарослях тростника. Лишь изредка слышат люди, остановившиеся на постоялом дворе «‎Ваншу»‎, как в мелодию флейты вплетается музыка иного музыкального инструмента, который тяжело распознать. Торговцы говорят, что похож этот звук на тот, что издаёт мондштадтская лира, но веры торговцам нет, всем известно, что не обманешь — не продашь. Постояльцы двора говорят, что мелодия этой флейты слышна бывает даже по праздникам, будь то Церемония Сошествия или же фестиваль Лунной Охоты — флейта не стихнет. Наверное, экзорцистам что праздники, что рабочие дни, всё одно, но неужто столь много духов селится в тростниках? — Опять тоску наводишь? — задорный голос, разрывая ночную тишину, прерывает мелодию флейты и музыкант, что играл на ней, медленно опускает руки и оборачивается. Мондштадтский бард, как всегда слишком жизнерадостный, улыбается и подходит к сидящему на камне среди тростниковых зарослей якше. Тот не выглядит грустным или тоскливым, точнее, он никогда не выглядит иначе чем серьёзным, так что нельзя сказать, что он и правда наводит тоску, но, очевидно, прославленному барду виднее. — Здравствуй, — говорит он и голос его подобен шелесту ветра в листьях прибрежных растений. Венти в мгновение ока оказывается рядом, садится на камень чуть пониже и кладёт голову Сяо на колени. Тот не возражает, уже привык, просто каждый раз ведёт себя более настороженно, чем обычно и Венти это забавляет. — Ты опять один тут, — констатирует Анемо-архонт. Сяо едва заметно улыбается, кладёт руку на чужую макушку и начинает нежно перебирать волосы. Они у Венти мягкие и такие лёгкие, будто сотканы из элементальной энергии. Может, так и есть? Когда-нибудь Сяо обязательно спросит. — Ты ведь знаешь, что мне лучше находиться подальше от людей, — говорит он спокойно, чем вызывает лёгкий смешок у Венти. Он всегда такой, смеётся невесть над чем, Сяо редко понимает его, но это не раздражает, даже наоборот. — Я слышал, что в Ли Юэ сейчас фестиваль Лунной Охоты, — начинает Венти и Сяо уже знает, что он скажет дальше. Увы, придётся отказаться. Ему нельзя, да и не очень хочется, если быть честным, — и там должно быть много выпивки, так что я просто обязан побывать там. Ты ведь не бросишь меня одного скитаться по торговым площадям? — он поднимается и заглядывает в глаза Сяо, делая очень умоляющее лицо. Знает, что Сяо не сможет устоять. Сложно вспомнить, когда якша получал удовольствие от людских праздников в последний раз. Он не любит, когда вокруг шумно, когда много разных запахов и когда его окружают люди. С Венти это не так страшно, потому что тот, по какой-то причине, умудряется подавлять разрушающую энергию Сяо и отвлекать всё внимание якши на себя, не давая возможности сосредоточиться на голосах молящихся людей в его голове. Сяо не отвечает, лишь вновь подносит флейту к губам и принимается за игру. Эта мелодия хорошо знакома им обоим и Венти радостно смеётся, распознав её. — Я знал, что ты согласишься! — радостно говорит он, чмокнув Сяо в щёку. Этот жест невинный, но сколько бы раз Венти ни делал так, Сяо каждый раз чувствует, будто летит в пропасть. В его жизни не место чувствам, но Венти не спрашивает его, когда вихрем врывается в его душу и похищает кусочек израненного сердца. Они сидят вот так, смотрят на луну и играют мелодию, хорошо известную им обоим, до самого рассвета. Они целуются, нежно, подобно летнему ветру, пока восходящее солнце не окрашивает реку золотым. Венти сидит на его коленях, Сяо обнимает его за талию и они всё целуются, целуются... В такие моменты Сяо кажется, что он это даже заслужил, но всё равно это чувство проходит, как только Венти исчезает из его жизни. Только теперь Венти почему-то не хочет исчезать. Он словно приклеился к Сяо, а тот совершенно не против, потому что с Венти рядом даже дышится легче. Они ходят в гавань почти каждый вечер, Венти таскает Сяо по закусочным, где пьёт за его счёт, но Сяо не против заплатить, хотя и не одобряет любовь к выпивке своего, теперь уже, парня. Сяо правда не знает, чем заслуживает такое счастье, но думать об этом не хочется, по крайней мере сейчас, когда они оба лежат в номере на постоялом дворе «‎Ваншу»‎ и Венти дышит ему в шею. Главное, что они рядом и им хорошо, остальное же — пыль на фоне чувств, распирающих грудь. В Ли Юэ ходят слухи, что на Тростниковых островах особенно тёмными ночами, когда луна скрыта за облаками, а ветер молчит, будто уснул вместе с обычно шумным городом, можно услышать тихую мелодию флейты, сливающуюся с нежной песнью какого-то неизвестного инструмента. Торговцы говорят, что похож этот звук на тот, что издаёт мондштадтская лира, но кто бы в своём уме верил торгашам...